Чтение онлайн

– Осторожней…

Элин кивает:

– Просто устала.

Адреналин отхлынул, и быстрая эйфория после дозы сахара сменяется жутковатым безразличием, легкие позывы голода становятся настойчивее.

– Меня по-прежнему беспокоит хронология событий, – говорит Стид, пока они продолжают путь. – Если Беа и Сета убил тот же человек, что и подростков… Что-то должно было произойти, раз он снова решил действовать спустя столько времени. Для серийного убийцы нехарактерно устраивать перерыв на пару десятилетий.

– Может, его посадили и только недавно выпустили. Думаю, нужно досконально проверить всех на острове. Узнать, не был ли здесь кто-нибудь в то время, когда убили подростков. Нужны любые имена, каким-то образом связанные с делом Кричера. Дети, учителя, вожатые лагеря. Любые связи.

Он кивает:

– Я этим займусь. А тебе никто не приходит в голову?

Элин тут же вспоминает Майкла Циммермана, но почему именно он? Потому что иногда ведет себя странно?

– Нет, но, учитывая найденное в хижине, нельзя исключать и человека, который не живет здесь, а мог приехать тайком. – Она задумывается. – Ясно одно – человек, которого мы ищем, зачарован скалой и проклятием. Я не профайлер, но, скорее всего, он в плену своих бредовых идей, возможно, у него психоз. В подобных случаях убийцы часто испытывают галлюцинации, слышат голоса, велящие им что-либо сделать.

– Жнец? – бормочет Стид.

– Вполне вероятно, учитывая найденный плащ. Возможно, он входит в образ и считает, что ему велели убивать.

Стид засовывает пустую банку в боковой карман рюкзака.

– Это я понял, но неужели маньяк способен спланировать все в таких деталях, как в случае убийства Беа и Сета?

– Ты прав. – Элин размышляет: – Обычно они действуют хаотичнее. В случае убийства подростков так и было, он действовал как безумец, но с Беа и Сетом – совсем другое дело.

– А если это подражатель Кричера? Объяснило бы непоследовательность. – Он передергивает плечами. – Или это несколько человек.

Элин обдумывает его слова, по-прежнему сомневаясь. Все в пещере указывает на то, что последовало продолжение. Кто-то продолжил начатые убийства Кричера.

– Может быть, но мне кажется, важно не то, как совершено убийство, а то, как его обставили и запечатлели.

– В любом случае, – добавляет Стид, – одно мы знаем наверняка – кто бы ни исполнил тщательно спланированные убийства Беа и Сета, это уводит нас в другом направлении.

Она кивает:

– Чтобы этот кто-то выиграл время и смог снова убивать.

На мгновение оба умолкают, с ужасом осознавая, что это значит.

Убийца еще не закончил.

Расхаживая взад-вперед по коридору мимо спален, Хана едва сдерживает энергию, не зная, куда ее девать.

В голове крутятся слова Калеба о ссоре Джо и Сета: «Ты должна была сказать, что это ты уходила с виллы».

Джо соврала детективу, соврала всем.

Хана накручивает себя, воображение распаляется до полной бессмыслицы. Она же знает, что Беа упала, детектив это подтвердила, но не может избавиться от вопросов, которые наслаиваются один на другой.

Джо уходила с виллы в ту ночь, чтобы встретиться с Беа? Они поссорились?

А что, если?..

Хана знает, что не успокоится, пока не выскажет все это Джо. Пока не получит ответы. Разгоряченная, она останавливается перед дверью Джо.

Она должна это сделать. Прежде чем убедит себя уйти.

Хана поднимает руку и громко стучит по дереву. От первого же удара дверь приоткрывается, становится видна полоска комнаты – деревянный пол, перевернутая сандалия. Дверь не заперта.

– Джо?

Ответа нет.

– Джо? – уже громче повторяет Хана. – Ты тут?

Заглядывая в дверь, она обнаруживает, что комната пуста, на кровати валяется одежда – спортивные костюмы, шорты, – как будто Джо уже начала собирать вещи. Хана решает уйти, но вдруг застывает, увидев вставленную в розетку рядом с кроватью зарядку и провод, змеящийся по деревянной раме к телефону.

В голову закрадывается мысль: а почему бы просто не взглянуть?

Обычно такое не приходит ей в голову, но в последние несколько дней Хана стала другим человеком. Эта поездка словно содрала с нее внешний слой, обнажив под ним нечто иное.

Проскользнув внутрь, Хана останавливается у кровати. Сет.

Его следы повсюду – в шкафу висит одежда, под кроватью стоят кроссовки, на тумбочке у кровати валяется бумажник. Несмотря на браваду, сердце гулко стучит, отдаваясь в ушах.

Хана корит себя – это же их личное пространство. Нехорошо было вторгаться сюда, тем более после случившегося.

Но Хана собирается с духом. Она больше не будет чувствовать себя виноватой. Именно это многие годы тормозило ее – ей всегда было важно, что подумают люди, вдруг перестанут считать ее хорошей и милой.

Быстро покосившись на дверь, она берет телефон и выдергивает из него провод. Распознавание лица точно не сработает, но ей это и не нужно – Хана видела, как Джо вводила пароль. Это первые четыре цифры номера их старого дома и затем месяц ее рождения.

Разблокировав телефон, Хана скроллит экран, пока не находит Ватсап – мессенджер, которым пользуется Джо. Если в телефоне и есть что-то интересное, то именно там.

Наверху – сообщения, которые Джо посылала Сету, но, сколько Хана ни листает, там лишь банальности, ежедневная рутина.

Сет: Ты где?

Джо: На пробежке.

Сет: Мы идем завтракать.

Джо: Я скоро буду.

Никаких упоминаний о той ночи, когда приехала Беа.

Хана возвращается в список контактов. Ее взгляд скользит по именам, но выхватывает только одно: Беа. Хана листает переписку. И тут же видит, насколько она отличается от переписки с Сетом.

Язык колкий и агрессивный, ссора продолжается и в сети.