Симулакры
Шрифт:
— В чем дело? — спросил Карп.
— Я… удивлен, — с трудом выдавил Винс.
— Как только Фрауэнциммер примет вас на работу, сообщите мне. Не говорите на эту тему ни с кем, кроме меня. — Карп прошелся по устилавшим пол коврам, энергично почесывая переносицу. — Мы оповестим вас, что делать дальше. Пока это все, герр Страйкрок.
— Имеет ли значение, чем я буду там заниматься? — тихо спросил Винс. — Я имею в виду, важно ли, какая у меня там будет должность…
— Нет, — сказал Карп.
Винс покинул апартаменты. Когда дверь за ним захлопнулась, он остановился, пытаясь привести в порядок мысли.
«Боже мой, — подумал он. — Они хотят внедрить меня в фирму Фрауэнциммера. Это абсолютно точно. Саботаж или шпионаж — третьего не дано. В любом случае, что-то незаконное. И на меня обратит свое внимание НП. На меня, а не на Карпов. На меня и на брата. — Он ощутил полное бессилие. — Они заставят меня делать все, что захотят, стоит только мизинцем пошевелить. И я сдамся».
Он вернулся в свой кабинет, трясясь от страха, плотно закрыл дверь и уселся за стол. Некоторое время сидел, куря сигару из эрзац-табака и размышляя. Потом вдруг обнаружил, что руки едва слушаются его.
«Нужно уносить ноги отсюда, — сказал он себе. — Я не собираюсь быть жалким и ничтожным проводником воли Карпов. Иначе мне конец!»
Он с яростью раздавил в пепельнице сигару, в которой не было ни крошки табака.
«Куда же податься? — думал он. — Куда? Мне нужна помощь. От кого ее ждать?.. Есть этот врач-психоаналитик. Тот, у которого мы с Чиком собирались проконсультироваться.
Подняв трубку, он связался с дежурной видеофонисткой «Карп Верке».
— Свяжите меня с доктором Эгоном Сьюпебом, — попросил он дежурную. — С тем самым единственным оставшимся психоаналитиком».
И стал ждать.
«Слишком многое еще нужно сделать, — думала Николь Тибодо. — Я буду продолжать тайные хитрые переговоры с Германом Герингом. Я приказала Гарту Макри заключить контракт на нового Дер Альте с малоизвестной фирмой, а не с Карпом. Я должна решить, что делать, если будет найден Ричард Конгросян. А тут еще и акт Макферсона, и этот последний психоаналитик, доктор Сьюпеб. И, наконец, поспешное решение НП о наступлении на „Пристанища Чокнутого Луки“!.. Решение, принятое без каких-либо консультаций со мной и даже без попытки заблаговременно уведомить меня об этом…»
С большим неудовольствием она изучала приказ, который был разослан во все подразделения НП на территории СШЕА.
«Это совсем не в наших интересах, — решила она. — Я не могу прищучить Луку, потому что не в силах справиться с ним. Мы будем выглядеть дураки дураками. Нас обвинят в тоталитаризме, существование которого обеспечивается только огромной военной силой и полицейским аппаратом».
Николь бросила быстрый взгляд на Уайлдера Пэмброука.
— Вы в самом деле уже нашли распродажу? — спросила она. — Ту, что в Сан-Франциско, где, как вам кажется, находится Ричард?
— Нет. Мы ее пока не нашли. — Пэмброук нервно вытер пот со лба, ему явно было не по себе. — Я бы, разумеется, проконсультировался с вами, но время… Ведь если он успеет стартовать к Марсу…
— Лучше потерять его, чем преждевременно выступить против Луки!
Николь очень уважительно относилась к Луке. Она прекрасно знала о его деятельности вот уже в течение длительного времени. Не менее хорошо она знала и то, с какой легкостью он уходит от городской полиции.
— У меня есть интересное сообщение из «Карп Верке». — Похоже, Пэмброук попытался перевести разговор на другую тему. — Они решили проникнуть в фирму Фрауэнциммера, чтобы…
— Позже! — нахмурилась Николь. — Вы совершили ошибку. Кстати, в глубине души мне нравятся все эти «Пристанища драндулетов»: они такие забавные! Вы просто не в состоянии понять это, у вас мышление полицейского. Позвоните своим в Сан-Франциско и прикажите освободить «Пристанище» из-под ареста. Если они его нашли… А если еще не нашли, то пусть прекратят поиски. Отзовите полицейских и забудьте об этом. Когда придет время возбуждать против Луки уголовное дело, я сама скажу вам об этом.
— Но Гарольд Слезак согласился…
— Политику делает не Слезак. Я удивляюсь, как вы не обратились за разрешением к Руди Кальбфляйшу. Это доставило бы вашим парням еще большее удовольствие. Вы мне не нравитесь, я нахожу вас отвратительным. — Она посмотрела на него таким взглядом, что он отшатнулся. — Ну? Скажите хоть что-нибудь в свое оправдание.
— «Пристанище» не нашли, — с достоинством сказал Пэмброук. — Так что никакого вреда нанесено не было. — Он включил рацию и скомандовал: — Прекратить розыски! — Обильно вспотевший, он потерял весь свой внушительный вид. — Забудьте об этом…. Да, все верно. — Он выключил рацию, поднял голову и натолкнулся на взгляд Николь.
— Вас следовало бы уволить, — сказала она.
— Что-нибудь еще, миссис Николь? — деревянным голосом спросил Пэмброук.
— Нет. Выметайтесь!
Твердым размеренным шагом Пэмброук двинулся к двери.
Глянув на часы, Николь обнаружила, что уже восемь часов вечера.
«Так, — подумала она. — Какие у нас там планы на вечер?»
Вскоре предстояло отправляться в телестудию для участия в программе «Визит в Белый дом», семьдесят пятый выпуск в этом году. Все ли организовала Джанет и удалось ли Слезаку вогнать программу в график? Скорее всего, нет.
Она прошла через весь Белый дом в кабинет Джанет Раймер.
— У вас есть на сегодня что-нибудь впечатляющее?
Пошуршав бумагами, Джанет нахмурилась и сказала:
— Одно выступление я бы назвала поистине удивительным. Дуэт на кувшинах. Исполняют классику. Дункан и Миллер. Я видела их в «Аврааме Линкольне», зрелище потрясающее. — Улыбка Джанет полнилась надеждой.
Николь издала тихий стон.
— Они действительно хороши. — Голос Джанет стал настойчивее. Таким голосом только приказы отдавать… — Их музыка повышает настроение. Я хотела бы, чтобы вы дали им шанс. Они выступают то ли сегодня, то ли завтра. Я не уверена, на какой день их назначил Слезак.