Чтение онлайн

Пока закипал на плите чайник, смотрели, как падает за окном снег. Наконец вода закипела, заварили чай, разлили по кружкам, капнув в них этого отвратительного вина, и напиток получился изысканный.

Как отправились обратно - ветер переменился, опять дул в лицо; вместо снега начался дождь - прежде снег был теплый, а дождь брызгал - холодный, ледяной. Старик еле волочил ноги, почувствовав, что заболевает, и горячий чай с вином не помог.

Дома старик поскорее улегся в постель и позвал жену. Варя потушила свет, разделась и легла рядом с ним, когда они уже не спали вместе. Кузькин обнял ее и поцеловал, и старуха, счастливая, быстро уснула, а он не мог уснуть, ощущая, как сердце прыгает в груди.

2

Когда дети узнали, что старик заболел, они решили, пока не поздно, еще раз сходить к дедушке, потому что если он умрет, никогда они уже не получат свою шоколадку. Конечно, им было очень страшно идти сейчас к нему, да откладывать нельзя, они даже решили прогулять в школе уроки и, когда вышли из своей деревни, услышали на мосту, как в церкви на другом берегу зазвонили в колокольчик, очень бодро, и весело, и настойчиво. Хотя небо висело пасмурное, неподвижное, свежая белизна снега ослепляла, и пелена на небе истончалась, готова была прорваться, и на нем собиралось просиять солнце.

Перед тем как зайти к дедушке на другом берегу, решили сходить в церковку помолиться, чтобы старик вернул шоколадку. Там из распахнувшихся "царских врат" шагнул священник, благословляя, и - шепотом, едва слышно запел. Широкое, бородатое лицо его ярко горело, и на иконах в этой церковке святые раскраснелись - такие же круглолицые. Вдруг слышно стало, как потрескивают свечи, и батюшка продолжал шепотом молиться. И над иконами, над батюшкой, над его слабым простуженным голосом летала в благоухающем дыму от кадила, ожила зимой перед алтарем бабочка, трепыхалась в волнующемся воздухе. Между словами у батюшки стало тесно, и, не понимая, о чем он поет, дети растерялись. Народу в церковку набилось много, и когда дети выбрались на свежий воздух, ослеплены были выпавшим, пока они молились, снежком, который освежил, обновил все вокруг, и у Настечки закружилась голова. Костя поддерживал сестру, чтобы не упала в обморок, и от нее к нему промелькнула отчетливая мысль, что дедушка заболел, как только получил паспорт, и если бы не получил его, остался бы здоров, и зачем они попросили тетю Дусю.

После церковки дети еще сильнее стали бояться и запели про себя, как бы стыдясь своей слабости, и, вошедши в дом, подошли к кровати, на которой лежал под одеялом старик.

Он похудел, осунулся, под глазами появились синие круги, и взгляд у старика уже направлен был куда-то очень далеко, где ни страха, ни страданий, и - как ужасно это ни оказалось, - любопытство перед смертью у детей возрастало. Бабушка ходила от одной стены к другой, посматривала в окно и руки прижимала к щекам - они, наверное, горели. В такой обстановке нельзя было напомнить дедушке про шоколадку, еще прошел час, и старуха, переволновавшись, села на стул у окна и, глядя в него, уснула, не закрывая глаз, положив руки на подоконник и на них голову.

– Сразу купил бутылочку, - старик повернулся к внуку и внучке, - а после того как выпил, забыл, где спрятал от бабушки деньги, - пробормотал он.
– Теперь придется ожидать следующей пенсии.

Услышав сквозь сон про пенсию, бабушка Варя, подхватившись, оказалась незаметно рядом, поднялась на цыпочки, ловя каждое слово старика. Дети спрятались от нее за шкаф. Она, будто слепая, подняла руки - шарила ладонями перед собой, и за шкафом Костя и Настечка не увидели ее выражения на лице, и напрасно, потому что она моргнула - и ангел исчез, и когда дети выглянули, у нее уже было другое лицо.

Старуха наклонилась над мужем, когда у него по щекам потекли слезы, и он, собравшись с силами, повернулся к стене. Дети увидели слезы и выскользнули из дома. Во дворе Костя схватил за руку сестру. Настечка в недоумении оглянулась, а он показал ей на березу у сарая. После того как на улице спилили деревья, эта береза во дворе осталась одна и возвышалась над заснеженными крышами. Девочка подняла голову и ахнула, а Костя вместо слов сжал еще сильнее ей руку. На каждой ветке сидела розовогрудая птичка с хохолком - это были свиристели; они всегда неожиданно появлялись зимой, прилетали целой стаей, и при виде их возникала в душе радость и оставалась надолго. Костя с Настечкой задумались, почему свиристели прилетели к старику во двор и уселись на его березе именно в этот час и в этот день?

Дети побрели в свою деревню на другом берегу, молча, глядя в землю; начинало вечереть, небо посинело, нахмурилось, и - они простили старику шоколадку и не вспоминали про нее никогда.

3

После поминок, когда все разошлись, бабушка Варя стащила с себя дырявые сапоги - весь день на ногах, и они промокли насквозь, - поставила сапоги сушиться у печки, сняла чулки и повесила их на веревку, протянутую от печки к стене, а перед тем как лечь в постель, вспомнила: не все еще сделала, что нужно, и, не зная молитв, первый раз в жизни поклонилась перед иконой, даже не зная, кто изображен на ней - круглолицый, румяный и молодой.

Намаявшись за этот тяжелый день, она легла - будто под землю провалилась, а под утро видит сон: въезжает во двор машина с дерьмом и остановилась у сарая. Из машины выпрыгнул мужчина в расцвете сил, но она знает, что это ее старик, только он все время поворачивается спиной, затем открыл сарай и стал что-то искать на полочке у верстака.

Старуха подхватилась, вспомнив из сонника, что "дерьмо - это деньги", набросила поверх ночной рубашки пальто и босиком, по снегу, выбежала во двор и в сарае, под полочкой у верстака, нашла пенсию мужа. В доме старуха пересчитала деньги и не могла в себя прийти от радости, и все же надо было как-то дальше жить, - она увидела, что не прибрана постель, и стала ее застилать. Тут неизвестный ей святой с иконы сказал, что она не так положила подушку.

– А куда?
– она спросила.

Он сказал, и старуха положила туда, куда он сказал. Белая подушка отразилась в зеркале - стало светлей в комнате и еще стало тепло от этого света и начал распространяться сладкий запах. И при таком счастье она вспомнила про шоколадку, пошла в магазин и купила самую дорогую и еще резиновые сапоги. Она пришла домой, натянула на ноги сапоги, а шоколадку положила на полочку под иконой. Старуха сидела, счастливая, в сапогах, и смотрела на шоколадку, и ей так захотелось попробовать, что она не вытерпела, распаковала и отломила кусочек; после этого отдавать ее детям было стыдно, и она весь день отламывала по кусочку и сама съела шоколадку, а вечером прямо в новых сапогах легла в постель и сладко уснула.

Назавтра она проснулась в слезах и, чтобы развеяться, отправилась к соседям, где застала дома одну хромоножку. О чем разговаривать с ней старухе после похорон мужа?
– и она повернула назад, но девочка остановила ее. Хромоножка рассказала, что ей приснился старик - зашел к ним и пел веселые песни, и когда она спросила: как вы сейчас живете?
– ответил: ты не представляешь, как мне здесь хорошо! Старуха не могла разделить радости, потому что сегодня Кузькин приснился ей с черным лицом, и потом каждую ночь снился с таким лицом, и он, может быть, так ей снился, потому что она не могла забыть его изможденного лица, с кругами под глазами, когда старик болел, и она все-таки слишком с ним, с пьяницей, намучилась за жизнь.