Чтение онлайн

Мужики засмеялись.

— Ну что, — Вздохнул зампред, гладя на агронома — заворачивай, свою Ниву, Сергей Александрович. Езжай на огороднюю, за трактором.

— Да как же так-то? Нам с вами еще на другие поля надобно! А так весь, — он хлопнул по листам желтоватой бумаги, что держал в руке, — график наш коту под хвост!

— Ну и что теперь?

— Ну мы поедем, — пожал плечами бывалый, которого назвали Митей, Виктором, значит, — на обратную дорогу. Может, по пути встретим трактор. Или я загляну в огороднюю.

— В начале дня трактора так просто не добъесся, — покачал головой зампред.

— Давайте я его дерну, — сказал я зампреду, — возьмем на буксир, и в два мотора вытянем.

— Закопается сильнее в ил, — поджал губы усатый, по имени Демид.

— Не закопается, если все сделать правильно, — ответил я.

— А тебя как звать, молодой? — Посмотрел на меня зампред.

— Игорь Землицын, — ответил я.

— Семена Землицына сын, значит?

— Значит. А вас?

— Евгений Макарович Щеголев, — удивился зампред, — а ты не знаешь, что ли?

— Да откуда ж мне, простому парню знать, — прикинулся я дурачком. — кто у нас колхозом командует? Мое дело в масле ковыряться, да руль крутить.

Не хотелось мне с колхозными чиновниками объясняться, почему я половину из них не знаю, хотя живу тут, в Красной, с самого рождения.

Зампред одобрительно кивнул. Потом поджал губы, подумал пару мгновений, сказал:

— Ну, попробуй. Только вряд ли у тебя что выйдет. А зароется он глубже, сам будешь с лопатой в воде копаться, ил подрывать.

— Не буду, — ухмыльнулся я, — только тут нужно с умом подойти. И перво-наперво, опорожните все свои самосвалы, чтобы машины не мешали маневрировать. И надо, чтоб новые обождали, к берегу не прижимались. Мне простор нужен.

— И правда, — ответил бывалый Виктор, — что стоять, языками зря мести? Пойдем, Демид. Сгрузимся.

Казачок загородил своим самосвалом все пространство на пологом берегу, и потому остальным пришлось поднимать кузова подальше, на крутобережье. Я же оставил свою машину груженной.

Потом подогнал ее задом к берегу. Принялся соединять буксиром наши с Казачком самосвалы. Для этого, правда, пришлось залезть в воду. Но делать было нечего. Кроме того, подсказал я и Казачку машину опорожнить, что б его газон был легче, и не создавал на задние колеса такого давления.

— Может я, давай, за руль утопленника сяду? — Спросил Виктор.

При этих словах Казачок виновато опустил взгляд. Было видно, как молодому шоферу стыдно за свой промах.

— Да не, спасибо, дядь Вить, — сказал я, — мы сами справимся. Генка вырулит, — посмотрел я на Казачка.

Тот поднял на меня благодарный взгляд.

— Ну как знаешь, — вздохнул Михаил, — но на огороднюю я все равно заскочу. Может, добуду вам трактор.

— Думаю, — я уселся на гравий, принялся выливать воду из ботинок, чтоб не занести в кабину, — нам он будет без надобности. Вытянемся.

— Хм, — только и сказал шофер, а потом вернулся к машине.

Самосвалы уехали. Агроном перегородил гравийку своей Нивой. Оба они, с зампредом остались посмотреть. Я слышал, как перед этим они шептались:

— Ну что, Евгений Макарыч, поедем? Нам еще на соседнее поле надо.

— Обожди, Сережа. Посмотреть хочу, как машину высвободят.

Зачем это ему надо? Не знал я. Может, приметить хочет молодого шофера?

— Ты давай только, — шепнул я Казачку, перед тем, как он собрался идти вброд, до кабины, — давай не опростоволосся второй раз. Внимательнее будь.

— Спасибо, что дал мне ошибку свою поправить, — благодарно посмотрел на меня Казачок.

— А кому ж еще ее править, кроме как тебе? Давай! Машины ж задерживаем! Еще надо глянуть, заведется ли твоя. А там уж посмотрим.

Евгений Макарович наблюдал за молодыми водителями.

Однако, интересовали Евгения совсем не машины. Ему было все равно, вытянут ли газон из беды или так он в озере и останется. Хотел он посмотреть на Землицына.

Игорь показался ему толковым и решительным парнем. Способным, одним словом. А самое главное, выглядел он как человек, кто много делает, но не очень-то думает. А именно такие шоферы ему и были нужны для их с директором сельпо маленького пока еще, но обещающего быть прибыльным дела.

— Слушай, Игорь, — сказал мне Казачок, перед тем как опустошать кузов своей машины, — а может и тебе нужно самосвал тоже разгрузить? Он же тяжелый! Нагрузка на мотор будет огого!

— Ничего, — хмыкнул я, — справится. Ты, давай, лезай в кабину. Время зря тратим.

Сказав это, я оглянулся, наблюдая за тем, как к Ниве подъезжает новый самосвал. Агроном Николаенко замахал руками, подбежал к кабине грузовой машины и перекинулся двумя словами с водителем. Видимо, попросил его подождать.

Казачок наперекор мне ничего говорить не стал. Вброд вернулся к самосвалу, мокрый как цуцик, залез в машину.

Я вернулся в свою. Глянул в зеркало заднего вида на Генкин грузовик. Когда завел двигатель, мотор зарычал, срываясь в высокие тона под педалью газа. Казачковская машина тоже едва заметно вздрогнула, в момент запуска двигателя.

Выглянув из окошка, я оглянулся, махнул рукой, давая Казачку сигнал поднять кузов. Мотор Гениной машины высоко завыл. Железный ковш кузова стал медленно подниматься. Зерновой сор посыпался в воду, запылил все вокруг желтоватым прозрачным облаком. За машиной образовалась небольшая горка, выглядывающая из воды, по бокам кузова. После этого кузов стал медленно опускаться в прежнее положение, пока гулко не грохнул о раму машины.