Чтение онлайн

– По-моему, это нехорошо, – заявила Жанна, с трудом пытаясь привести в порядок смешавшиеся мысли. – Пятьдесят лет и семнадцать… почему он не выбрал свою сверстницу?

– Два девственника. – Дион легкомысленно рассмеялся. – Это безнадежно. Из сырых веток костра не разведешь.

Он задумчиво посмотрел на Жанну. Та, почувствовав неловкость, переменила позу, от всей души проклиная сено, предательски шуршавшее, стоило ей шевельнуться.

– Ну, у тебя, наверное, с этим проблем не было.

– Да, с тех пор, как мне минуло пятнадцать.

– Ты был влюблен?

Жанна попыталась представить Диона влюбленным, но безуспешно. Зато она не сомневалась, что в пятнадцать он был почти таким же, как сейчас, только ростом поменьше. И на подбородке еще не выросла щетина.

– Конечно, – кивнул он с глубокомысленным видом. – Ведь мне было пятнадцать лет.

– А девушке? – сурово спросила Жанна. Ясное дело – тоже несовершеннолетняя!

– Я хотел жениться, но ее родители были против. – Дион философски вздохнул. – Ее отец сказал, что лучше обручиться с ветром, и, в общем, он был прав.

– Ты не из тех, кто женится?

– Ну почему же. – Глаза Диона смеялись. – Ради Бога! Если некая кинозвезда сделает мне предложение и все это будет заснято на цветную пленку, я очень серьезно подумаю об этом…

– Ты имеешь в виду меня? – Жанна немного успокоилась, видя, что разговор принял шутливый оборот. – Я вовсе не знаменитая актриса и вряд ли когда-нибудь ею стану. – Тут она вспомнила о предстоящих съемках, и лицо ее омрачилось. – В этом фильме есть одна сцена… с Иденом…

– Любовная сцена, если я не ошибаюсь?

Жанна бросила на него испытующий взгляд. Как Дион догадался? Неужели ее видно насквозь?

– Да… всякие там поцелуи. – Жанна пожала плечами, изображая полное равнодушие. – По-моему, люди придают этому слишком много значения.

Дион расхохотался:

– Тебе нужно попрактиковаться, вот и все.

– Практика здесь совершенно ни при чем, – заявила она со всем достоинством, на которое только способна женщина, вынужденная нарядиться в мужские носки. – А ты знаешь, что в некоторых странах вообще не принято целоваться?

«Это похоже на цитату из книги», – вдруг подумала Жанна и смутилась.

– Но что может быть более естественным? Целуются все: собаки на улицах, крысы в норах, даже младенцы в материнском чреве. Ты только представь. – Глаза Диона блеснули. – Говорят, будто крысята от одного помета запоминают друг друга на всю жизнь, хотя они разбегаются в разные стороны, едва успев родиться. Поцелуи остаются в памяти навеки. Когда ты пробуешь на вкус губы незнакомца, возникает столько вопросов! Кто ты? Откуда? Куда идешь? Друг ли ты мне? Да, – торжественно кивнул Дион. – Поцелуй – важное дело. Вопрос жизни и смерти.

Жанна смотрела на него с сомнением, ибо подозревала, что Дион смеется над ней. Поди ж ты, крысы, собаки…

– Спасибо. Я не раз видела, что собаки вытворяют на улицах.

– Ну вот и замечательно. – Дион пожал плечами, потом нагнулся к огню и поворошил поленья. – Какое у тебя любимое блюдо?

Неожиданная смена темы застигла Жанну врасплох. Вообще-то она не любила говорить о еде.

– Чипсы.

И мгновенно представила горячие, золотистые хрустящие кружочки.

– С уксусом?

– Да. И с майонезом.

Дион закрыл глаза, притворяясь, что вот-вот упадет в обморок.

– О, какое кощунство. Бедный картофель. Но ничего. – Убедившись, что костер разгорелся, он слегка отодвинулся от огня. – Это поможет тебе решить проблему. Перед тем как поцеловать Идена, представь, что перед тобой пакетик, до краев полный горячими, пахучими чипсами, с уксусом и огромным количеством майонеза, – Дион скрестил руки на груди и строго посмотрел на Жанну. – Ты ведь сумеешь поцеловать их, не правда ли?

– Ну, надолго меня не хватит. – Она невольно улыбнулась. – Я их съем.

– Вот именно. – Дион одобрительно кивнул. – Губы и созданы для того, чтобы пробовать на вкус и есть. Поцелуй-ка меня.

– Что? – В первый момент Жанне показалось, что она ослышалась.

– Попробуй, поцелуй меня, – повторил Дион громко и четко, как будто разговаривал с несмышленым ребенком. – Если хочешь, считай, что я – Идеи. – Он любезно улыбнулся. – Или Грей. Порог твоего дома, твоя любимая тетушка – да кто угодно. Давай. Обещаю – кусаться не буду. Более того, я даже не пошевелюсь.

Жанна уставилась на него в полной прострации. Что сказать? Как реагировать? Она онемела от ужаса: случилось то, о чем она мечтала, и для этого не потребовалось никаких ухищрений и заранее заготовленных монологов.

– И помни, – успокоил ее Дион, – чем ближе ты подходишь к мужчине, тем меньше оснований для волнения. Это как в боксе: стоит прорвать оборону противника, и ты в безопасности.

В безопасности? Ну, разумеется. Вызов Диона пробудил в Жанне какое-то странное волнение. Сердце бешено колотилось, но не от страха, а от удивления. В устах Диона все звучало так естественно, что отказаться было бы просто невежливо. Она колебалась, прикидывая разделявшее их расстояние. Достаточно протянуть руку и…

– Не забудь: сперва надо принюхаться, – напомнил Дион. – А потом можешь и не целоваться, если не понравится.

Жанна невольно улыбнулась: бойскаут предлагает старушке перевести ее через дорогу. Она осторожно приблизилась к Диону, думая, что никогда бы не решилась, если б не усталость и горьковатый дым костра, застилавший глаза. Впрочем, это ведь ради дела. Обычная формальность, одно из тех препятствий, которое нужно преодолеть, – и идти дальше, не оглядываясь назад.

Еще не коснувшись Диона, Жанна почувствовала жар его тела и осторожно втянула в себя воздух. От него пахло травой, яблоками и свежевскопанной землей. Приятный запах, ничего не скажешь. Их губы слились. Дион, оставшись верным своему обещанию, не шевелился. Правда, его теплый рот чуть дрогнул от еле сдерживаемого смеха.