Чтение онлайн

Страхи стать жертвой местных хищников или ночных чудовищ вспыхнули с новой силой. Пусть Роману до сих пор не приходилось встречать никого опасного (если не считать медведя, конечно), но от этого не становилось легче. Скорее уж наоборот, в голове вспыхнули образы наблюдающего за ним из засады монстра, только и ждущего, чтобы в самый неожиданный момент напасть со спины. Роман даже обернулся, окинув взглядом равнину позади. Он почти убедил себя, что обнаружит там огромного монстра. Но, как и на протяжении последних дней, никого увидеть не удалось. Хотя страхи от этого нисколько не уменьшились.

Несмотря на первый порыв кинуться к людям, Роман остался на месте. Даже ничего не зная о мире вокруг, он нутром чуял, что местные жители вряд ли обрадуются скелету, который зайдёт к ним через ворота прямо среди бела дня. Пожалуй, стоит сначала изучить, хотя бы немного, местные нравы. По крайней мере, будет больше информации, чтобы принять верное решение.

Через пару часов наблюдений Роман пришёл к нескольким выводам. Во-первых, местные жители не были фермерами. Больше всего поселение походило на пограничную заставу, хотя отсутствие формы и хоть какого-то понятия дисциплины нивелировало эту догадку. Поэтому скелет остановился на мысли о том, что здесь собираются охотники или некто подобные. По крайней мере, ему удалось заметить несколько человек, которые возвращались в поселение, неся с собой куски туш. Об этом говорили и их кожаные доспехи, луки за спинами и некоторое другое оружие, имеющееся у каждого, кто гулял по поселению. В общем и целом, местные ребята выглядели достаточно опасными, чтобы бояться их ещё больше.

Во-вторых, частокол действительно выступал не в качестве декоративного украшения. Роман заметил в нескольких местах чёрные подпалины, кое-где виднелись серьёзные повреждения, а в паре участков частокол явно не так давно обновляли. Это означало, что поселение подвергалось штурму, а, скорее всего, и не одному.

Третье наблюдение было, пожалуй, самым важным. Заключалось оно в том, что за поселением следили. Роману повезло, что эти незамеченные им в первые минуты наблюдатели выбрали в качестве точки обзора другой холм. Как повезло и в том, что следящие не заботились о том, чтобы смотреть по сторонам.

Эти неизвестные наблюдатели, в отличие от жителей деревушки, носили более серьёзные доспехи, усиленные металлическими пластинами. Да и оружие их, мечи и топоры, предназначалось вовсе не для охоты, а для убийства себе подобных. Больше всего незнакомцы походили на солдат. Армия.

Роман снова оказался перед дилеммой. На чью сторону встать? Охотников? Спасти их от неведомых вражеских солдат, намеревающихся напасть исподтишка на гражданский объект? Но что, если это не охотники, а браконьеры? А солдаты — просто пограничники или егеря, собирающиеся покарать нарушителей закона и порядка?

Может и вовсе не вмешиваться, позволив им разбираться самим? В конце-концов, кто он для них? Чужак, не знакомый ни с правилами, ни с законами. Как там говорилось в земной пословице? Двое дерутся, третий не лезь? Пожалуй, этот вариант поведения будет самым оптимальным.

Выбрав путь невмешательства, Роман продолжил слежку. Продолжалось это до темноты, когда события, затормозившие свой ход в последние дни, вновь понеслись во весь опор.

Через ворота выехал небольшой караван, состоящий из трёх крытых повозок. Судя по количеству охраны, почти две дюжины бойцов, внутри находилось нечто крайнее ценное. Когда через минуту после этого зашевелились те, кто прятался на соседнем холме, Роман понял, что именно этого каравана неизвестные наблюдатели и ждали.

Чаша весов склонилась на сторону «охотников». Теперь вооружённые до зубов «солдаты» в глазах Романа сменили статус на «разбойников». Скелет покачал головой. Его готовность поддерживать нейтралитет дала серьёзную трещину.

Оставалось непонятным, чем думали местные жители, отправляя караван на ночь глядя, но благодаря этому Роман мог оставаться незамеченным. Он осторожно спустился со склона и поспешил следом за медленно катящимися повозками. Их тянули широкоспинные тяжеловозы. Эти лошади отличались хорошей выносливостью, но скорость никогда не была их сильной стороной.

Приближаясь к каравану, Роман пожалел о том, что не обзавёлся оружием. Можно было бы хоть дубинку себе какую сделать. Теперь же придётся сражаться голыми руками.

«Не буду я ни с кем сражаться! Пусть сами разбираются в своих проблемах! С какой стати мне нужно вмешиваться? Просто посмотрю со стороны, чтобы разобраться. Только посмотрю…»

Караван катился дальше. Стены поселения уже скрылись из виду, а повозки всё также мерно пожирали расстояние, скрипя колёсами. Сидящие на козлах возницы изредка покрикивали на своих лошадей, отчего те ненадолго ускоряли шаг, но вскоре возвращались к привычному темпу передвижения.

Идущие рядом с повозками охотники негромко переговаривались друг с другом. Роман крался слишком далеко, чтобы разбирать слова, но тон их разговоров был спокойным. Наверняка говорили о каких-то банальностях, своём быте и всяких пустяках. Как и он сам в далёком прошлом болтал о ничего не значащей ерунде с одноклассниками, а позже и с коллегами.

Момент нападения из засады скелет, в отличие от охраны каравана, не прозевал. Оно и понятно, у обычного человека зрение ночью сильно ухудшается. Для скелета же ночь была вовсе не непроглядной. Поэтому Роман различал всё в деталях, в первые же секунды поняв, каким будет исход вооружённого столкновения.

Бесшумный ливень стрел просто смёл почти половину охранников. Они падали, хрипя и царапая землю в последних судорогах. Оставшиеся в живых, надо отдать им должное, не впали в панику. Охотники знали о возможном нападении, поэтому действовали быстро и чётко. Они тут же развернулись спинами к повозкам, поднимая оружие для защиты. Неожиданно вспыхнули факелы, которые, как оказалось, были закреплены на каждой повозке. Свет пламени, такой яркий после ночной тьмы, осветил пространство вокруг каравана. И в этот освещённый круг хлынули вооружённые клинками воины в тёмных, почти чёрных доспехах.

Нападавшие превосходили стражу не только в вооружении, но и в численности. Звон стали и крики умирающих людей заполнили ночь. Роман, пригнувшись за пределами освещённого круга, наблюдал за происходящим. Он по-прежнему не мог решить для себя, на чьей стороне вступить в схватку. А та между тем всё больше напоминала бойню. Кровь лилась, ряды защитников редели, таяли, как последний снежок под жаркими лучами майского солнца.

— Не убивай! Пощади! — пронзительный девичий крик прорезался в творящемся бедламе. — Не уби…