Чтение онлайн

Ник представил ее и подал стакан имбирного пива. Ровно без пятнадцати семь он вышел из комнаты. Знаток зебр сел напротив, болтая о всяких пустяках, а звезда эстрады не спускала с Кейт глаз, разглядывая ее с головы до пят.

– Похоже, продюсер к вам неравнодушен, милочка. Старая страсть или новая? Вы поэтому попали на шоу? – ядовито осведомилась звезда, а актриса ухмыльнулась. В городе появилось новое лицо, и им это не понравилось.

Кейт улыбалась, но ей хотелось умереть. Положив ногу на ногу, она подумала, не видят ли они, как дрожат ее колени. И вдруг ее выручили журналист и комик, как будто их Бог послал с небес специально для этой цели. Журналист попросил помочь ему с паштетом, а комик засыпал ее забавными анекдотами. Все трое весело общались друг с другом, оставив двух женщин кипеть от ярости. Кейт больше их не замечала, занятая болтовней. Ник был прав: каждый мужчина в этой комнате дал бы свою руку на отсечение, лишь бы уйти вместе с ней с этого шоу. Но Кейт так волновалась, что не понимала, какое произвела впечатление.

Комик смотрел на Кейт с улыбкой; она со смехом отхлебнула пиво. О Господи, а что, если она начнет икать? Кейт быстро поставила стакан и схватила бумажную салфетку влажными руками.

– Не волнуйся так, детка. Тебе понравится, – тихо прошептал комик с теплой улыбкой. По возрасту он годился ей в отцы, но она почувствовала, что его рука легла ей на коленку. Она не сказала бы, что ей это понравилось, но тут наступило эфирное время. Море огней, казалось, обрушилось на комнату, и все замолчали.

Певица вышла первой. Она спела две песенки и удалилась, поболтав с Джаспером пять минут, который был «безмерно благодарен за то, что она вовремя остановилась». Следующим был журналист. Будучи регулярным участником шоу, он вел себя непринужденно и был очень забавен. Затем актриса. Комик. А затем... О, Боже мой... нет! Человек в дверях с наушниками на голове подозвал Кейт. Меня? Сейчас? Но я не могу!

Кейт онемела. Она не слышала, что ей говорят. И что всего хуже, не слышала себя. Ей хотелось завыть, но, к своему изумлению, она обнаружила, что смеется, болтает, объясняя детали, которые она опустила, когда писала книгу, рассказывает о своих чувствах, которые испытывает, живя в деревне. Оказалось, что детство Джаспера прошло в местах, похожих на описанные ею. Кейт говорила о писательском труде, о самодисциплине, которой требует эта профессия, и даже о том, как приятно оказаться в Лос-Анджелесе. Она отпускала шуточки в адрес дамочек, которых видела возле бассейна, позволила себе сделать некий возмутительный намек, а пауза после него усилила значение, и зрители легко все поняли. Она была потрясающа, все время оставаясь сама собой. А где-то в стороне, среди прожекторов, неразберихи и камер стоял Ник, делал ей одобрительные знаки и с гордостью улыбался во весь рот. Она справилась!

Потом к ней присоединился специалист по зебрам, а Кейт к этому времени уже чувствовала себя как дома, смеясь и получая удовольствие от участия в беседе. Журналист и комик поддерживали ее, а она и Джаспер так спелись, что, казалось, знали друг друга много лет. Это было одно из тех шоу, которое удалось с самого начала до конца, и Кейт стала его бриллиантом. Она все еще находилась в ударе, когда кончился эфир. Джаспер расцеловал ее в обе щеки.

– Ты была великолепна, моя дорогая. Надеюсь увидеть тебя снова.

– Спасибо! Это было замечательно! И так просто!

Она вся пылала от возбуждения и вдруг оказалась в объятиях комика. Он отпускал свои шуточки, и она заразительно хохотала. Она любила их всех! Потом с сияющей улыбкой появился Ник, и у нее внутри все оборвалось.

– Ты справилась! Ты бесподобна! – проговорил он слишком тихим для этой дикой неразберихи голосом.

– Я забыла рассказать о собаке и погоде. – Они обменялись понимающими улыбками. Сейчас она чувствовала себя с ним немного застенчиво; она снова стала Кейт, а не миссис Харпер.

– Нам надо будет вернуть тебя в шоу.

– Спасибо, что не напугал меня.

Он засмеялся и положил ей руку на плечо. Прикосновение доставило ему удовольствие.

– В любое время, Кейт, в любое время. У нас есть еще десять минут до отъезда на банкет. Кстати, ты готова?

Она чуть не забыла.

– А где Стю? Я его увижу?

– Он звонил до твоего прихода. Мы с ним встретимся на банкете. Знаешь, сегодня день рождения Джаспера. Там будут все.

Золушка на балу. Почему нет? Ей до смерти хотелось отпраздновать.

– Чудесно.

– Хочешь поехать в одном из этих коричневых бананов или смоемся одни? – Он отвернулся, чтобы подписать какую-то бумагу. А потом посмотрел на часы.

– Коричневые бананы? – удивилась Кейт.

– Один из них я посылал за тобой. Коричневый «мерседес». У нас их два. Все гости шоу и Джаспер едут в этих двух авто. Но мы можем избежать толкотни и поехать на моей машине.

Так было проще, но страшновато: она потеряет поддержку группы. С другой стороны, Кейт чувствовала неловкость из-за комика, хватавшего ее за коленки. Все-таки поехать с Ником удобнее.

– Можно взять с собой цветы?

Он улыбнулся. Кейт вспомнила. Больше никто так не сделал. Все оставляли свои цветы в гримерных, и горничные забирали их домой.

– Конечно, можешь. Немного воды машине не повредит. – Они рассмеялись, и он проводил ее в гримерную.

Никогда в жизни она не испытывала такого подъема. Во всяком случае, долгое время. Очень долгое.

Кейт осторожно взяла вазу с розами. Еще раньше она положила карточку в сумку. Сувенир с бала Золушки.

– Спасибо тебе и за это тоже, Ник. – Хотелось спросить, всегда ли он такой внимательный, но она не посмела. Это прозвучало бы неуместно.

Представление окончено. Они снова превратились в обычных людей. Он больше не продюсер, она не звезда. Кейт почувствовала некоторую неловкость, когда они медленно шли к его машине, но когда остановились, она даже присвистнула, что совсем не соответствовало ее внешности.

– Это твоя? – Перед ней стоял длинный, низкий, темно-синий «феррари», обитый внутри кожей кремового цвета.

– Признаюсь, я перестал есть, когда купил ее.

– Надеюсь, это стоило того.

Судя по тому, как он смотрел на машину, она поняла, что не ошиблась. Он тоже по-своему был большим ребенком. Ник открыл перед ней дверцу и подождал, пока она заберется внутрь. В машине даже запах стоял дорогой: густая смесь хорошей кожи и хорошего мужского одеколона.

Когда их машина влилась в общий поток, Кейт уютно откинулась на спинку сиденья и стала приходить в себя.

– Почему ты вдруг притихла? – поинтересовался Ник.

– Просто отдыхаю.

– Повремени с этим. То ли еще будет на банкете.

– Сумасшедший дом?

– Без сомнения. Надеюсь, ты выстоишь?

– Это в некотором роде дебют для деревенской девушки, мистер Уотерман. – Но он видел, что ей это нравилось.

– Что-то подсказывает мне, Кейт, что ты не всегда была деревенской девушкой. Ведь для тебя это все не в новинку, верно?