Чтение онлайн

Лёнька дернул меня щупальцем за ухо, пытаясь привлечь к себе внимание. И что за дурацкая привычка у него такая?

«Дан, спроси еще про излучатель», – бывший кио продиктовал вопросы.

– Яша, так этот опытный образец излучателя все еще действует? – озвучил я первый из них. – Не сломался за двести лет?

– Да, как ни странно, – охотно откликнулся Яков. Видно, после совместного боя он стал больше доверять мне. А еще разговоры помогали ему забыть о гибели товарищей. Их сегодня полегло немало. От всей разведгруппы, считай, только они вдвоем с Алёнкой и остались. – Собирали излучатель на совесть, каждую деталь изготавливали индивидуально. А потом постоянно смазывали, чинили, протирали спиртом и вообще трусились над ним, как над младенцем. Даже имя дали – Изя.

Ничего удивительного. Я вон тоже своему оружию имена даю.

– Создавали излучатель сперва против био, – продолжал Яков, – но в самый последний момент добавили еще один режим. Против человека. Вернее, против любых существ из плоти и крови. Действует он как генератор боли. Попавшие в поле действия Изи люди, нео или те же крысособаки становятся чумными. Теряют ориентацию, воют, на месте крутятся, а то и сознание теряют.

– Полезная штука, – присвистнул я. – Нам бы в Кремль такую.

– Невозможно. При нынешних допотопных технологиях новый излучатель не создать. Можем лишь ремонтировать старый. И то с запчастями проблемы. Особенно КВС в дефиците. Этот кристалл в основном использовался в пунктах командной связи, а таких по пальцам пересчитать можно.

«Такой пункт есть на Рижском вокзале», – подсказал Лёня.

– Да знаем мы, – кивнул головой Яков, когда я озвучил ему эту информацию. – Только там обосновался клан нео…

– Уж не под командованием ли Гррыга? – вспомнил я слова шама Хога. Вроде этому Гррыгу меня и несли в подарок.

– Я у этих тварей имен не спрашивал, – пожал плечами Яков. – Знаю одно, клан, что в Рижском, очень сильный. Мало того что у них бойцов немерено, так еще и вооружение приличное – благодаря Лосям, кстати. Эти долбаные маркитанты и нашим и вашим. Со всеми договорились: и с нами, и с мутантами… Нео с Рижского спят и видят, как бы нашу крепость захватить. Но пока Изя работает, хрен им крысособачий, а не Ниитьма.

– А Кощей говорил, что ваш излучатель на ладан дышит, – осторожно напомнил я. – Это правда?

– К сожалению, да, – подтвердил Яша. – И все из-за КВС. Он в последнее время то и дело самопроизвольно отключается. Техники говорят, долго не протянет. От силы неделю, а то и меньше… Так что это проблема проблем. В настоящий момент самая важная для Ниитьмы.

Руководство уже несколько раз ставило вопрос о налете на Рижский вокзал, чтобы изъять там злополучный КВС. Так и так просчитывали операцию, и каждый раз получалось, что без больших потерь с нашей стороны не обойтись. Потому и тянули до последнего. А тут вроде как повезло – от Музея Поле Смерти ушло…

«Повезло, как утопленникам, – хмыкнул Лёнька. – И с КВС проблему не решили, и Кощея себе на жопу повесили. Лучше б уж на Рижский налет сделали».

Мы оттащили последний труп на лестницу. Там же сложили оружие.

Яков деловито оглядел пустырь.

– Все вроде. Можно уходить. Сейчас только закрою замок.

Он принялся что-то делать с тем самым неприметным столбиком. То ли пытался на бок опустить, то ли в асфальт утопить. Но действие явно требовало усилий.

Я присел рядом на корточки.

«Спроси, откуда они автоматы берут? И боеприпасы», – напомнил Лёнька.

Действительно, откуда? У нас, в Кремле, к примеру, автоматическое оружие раньше только на картинках было… До того как Данила нам целый танк, набитый автоматами, пригнал.

– В Ниитьме АК наперечет. Штук десять – пятнадцать на всю крепость. А ты думал, у каждого ниитьмовца автомат под подушкой лежит? – зафыркал Яков. – Нет, «калаши» выдают только разведгруппам в рейд. Правда, Алёнка у нас исключение из правила. Имеется у нее свой личный автомат. А еще ей пистолет выделили. «Грач» называется. Она сегодня его с собой не взяла. Там с затвором что-то, оружейники обещали посмотреть… А вообще, убойная штука, если вблизи стрелять.

Яков мечтательно закатил глаза. Чувствовалось, пистолет младшей сестры ему нравится до чертиков.

– За что же ей такая привилегия? – не понял я.

– Так она за медом по два раза в месяц ходит. Чаще всего, конечно, ее наша группа сопровождает, но иногда приходится сестренке и в одиночку действовать. Так что вооружили ее по полной.

Он наконец справился со столбиком – завалил его на бок. Тотчас пришла в движение дверь-плита. Заскрипела, поехала вдоль полозьев, закрывая зев бункера.

– Все, можно уходить. Сверчок, – Яков помахал рукой сестре, – иди сюда.

– И все-таки, – вернулся я к прежней теме, – откуда у вас оружие и боеприпасы?

– От маркитантов, – ответила Алёна. Она подошла к нам и услышала мой вопрос.

– А у них откуда? – настаивал я.

– Ну, во-первых, не зря Кощей по Москве рыщет. Он как раз заброшенные склады и разыскивает. А во-вторых, у них и в Лосинке много всего. Перед самой Войной в Лосиноостровской оборудовали крупный военный склад, – пояснил Яков. – Говорят, там под землей целые стеллажи оружия. Автоматы, пистолеты и винтовки в ружейном масле. И патроны в герметично запаянных цинках. Правда, порох в них все равно пришел в негодность, но наши химики умеют восстанавливать его свойства. Лосям поэтому и выгодно с нами дружить – они передают нам боеприпасы для восстановления. Часть мы оставляем себе, в качестве платы, а остальное возвращаем им.

– А еще довоенные консервы, – добавила Алёна. – Их у Лосей полно. Только они бе, – она скорчила выразительную рожицу. – Несъедобные абсолютно. Но мы и их восстанавливаем в своей лаборатории. Ничего так, вкусно получается. Особенно сгущенка, – девушка заметила мой удивленный взгляд и пояснила: – Это сладкое густое молоко.

Осьминожка у меня за ухом громко сглотнул. Чувствовалось, что ему до смерти хочется отведать незнакомого лакомства. Вот сластена!

– Сколько ж у вас, в Ниитьме, всего полезного! – вслух восхитился я.