Чтение онлайн

Мне потребовалось несколько минут, чтобы справиться с гневом. А когда я смог трезво мыслить и говорить, не срываясь на рычание, рядом со мной остался только Старейшина.

— Она…, — мне пришлось несколько раз глубоко вздохнуть. — Дикон, ты что-то понимаешь?

— С девушками это случается, она успокоится и извинится, мой лорд.

Вот в этом, я сильно сомневаюсь! Я и не подозревал, что меня можно настолько вывести из себя. Похоже, мне понадобиться все мое терпение, чтобы не сорваться до приезда лорда Колина. Сдать ее на руки ближайшему родственнику и забыть навсегда!

— Я искал вас, чтобы сообщить, — напомнил о себе Дикон. — Только что прибыли Бертин с сыновьями и Торвальд.

— Хорошо, — выдохнул я. — Что еще?

— Торвальд привез с собой двух девушек для леди и вдову мастера Фица, Кристу. Вы должны помнить ее.

Конечно, я помнил! Барышня была идеальной до зубовного скрежета.

— Мне бы хотелось, чтобы вы сообщили леди Тэйе, что ее свита уже в крепости, — улыбнулся я. — Идем, Дикон, поприветствуем дам.

Быстро шагая по направлению к холлу, я, не переставая, думал о Тэйе. Эта маленькая злючка сделала из меня посмешище, рассказами о том, как она вытолкала меня из кухни мои люди будут развлекаться до весны, а поваренок избежит наказания. Девчонка ловко выторговала его жизнь для себя. Ладно, пусть! Но Лентолет? Служить капризной невоспитанной девчонке, что может быть хуже? Я бы предпочел умереть.

Криста дат Хирд Фиц

Нам повезло, ветер стих, как только мы выехали, я посчитала это хорошим знаком. Мы удостоились редкой милости Госпожи Путей. Но эта милость не могла защитить от пронизывающего холода, я почти не чувствовала ног, когда мы достигли крепости и была благодарна стражам, которые перенесли меня в тепло и позаботились о подогретом вине.

Почти год моим единственным желанием было вернуться в Серые Башни, подальше от лорда Хирда! Развернутое по ветру черное знамя Агомаров и сигнальный огонь на одной из башен крепости, переполошили всех в селении, подарив мне надежду. А потом прибыл гонец с радостным известием, и я решилась. Я сама пришла к мастеру Торвальду и предложила свои услуги. Ведь леди, по словам гонца совсем малышка и ей необходимо женское участие, разве нет? Эконом Серых Башен не стал спорить и тут же отправился к Хирду. Как жаль, что я не видела его жирного лица, когда Торвальд объявил, что волей лорда забирает меня в крепость!

Вместе со мной забрали еще двоих. Глупые девки плакали половину дороги и теперь их лица опухли и покраснели от слез. А я улыбалась, даже когда от холода лицо сводило судорогой. Все складывалось как нельзя лучше. Я буду единственной взрослой женщиной в Серых Башнях. Леди еще ребенок, а эти две селючки годятся только на то, чтобы развлекать прислугу. У меня будет достаточно времени, чтобы добиться своего. Мне нужно совсем немного, одна ночь. Одна ночь с лордом-хранителем и я навсегда буду избавлена от покровительства Хирда и никогда не вернусь в тот проклятый поселок.

Мей О`Ши из рода Хирд

Мы с Алтеей радовались, узнав о возвращении в Серые Башни наследницы, и даже смогли увидеть, что за подарки посылает ей лорд Хирд. Но о большем и мечтать не смели!

А мастеру Торвальду, эконому Серых Башен, достаточно было сказать всего одно слово, и наша жизнь круто изменилась. Мы с сестрой и глазом не успели моргнуть, как оказались в возке, все дальше уносившем нас от родного дома. Все произошло так быстро! Гордость на лице отца, пожелания счастья от мамы, зависть на лицах остальных девушек. Все очень быстро и совсем не понятно. Алтея проревела всю дорогу, я успокаивала ее, как могла, утирая собственные слезы.

У нас не было мехов и теплого шерстяного платья, как у Кристы и мы отчаянно мерзли, кутаясь в старый отцовский полушубок. Как мы не жались к друг другу, тепла все равно не прибавлялось, и мы бы наверняка замерзли, если бы не капитан стражей. Он отдал нам свой плащ, подбитый волчьим мехом, и назвал меня Лапочкой. Сказал, что дал слово нашему отцу и присмотрит за нами в крепости, сказал что наша леди будет нам доброй хозяйкой и велел не бояться. А потом, уже в крепости, усадил нас ближе к огню и принес теплый медовый напиток, чтобы мы быстрее согрелись.

Госпожа Криста улыбалась и щебетала, а мы и глаз поднять не смели. Сидели тихо-тихо, наслаждаясь теплом. Внимания на нас никто не обращал и мы, украдкой, начали рассматривать наш новый дом.

Алтея первой увидела ее, невысокую девушку со светлыми, как беленый лен волосами, в сопровождении норда. Она смотрела на лорда-хранителя и госпожу Кристу, так же, как леди Хирд на неугодившую ей служанку и хмурилась.

Таисия Соколова

Влетев в комнату, я минут десять сидела в «ванной», мне не хотелось, чтобы Гру видел следы слез на моем лице. Вот зачем я во все это влезла? Что мне до них? Какая мне разница, что будет с этим мальчишкой? Это чужые мне люди, чужая жизнь и чужой мир. Зачем мне эта ответственность? Уходить! Убираться отсюда как можно скорее! И не поела опять…

— Что ж так не везет-то! — пробормотала я, с ненавистью посмотрев на свое отражение.

Гру обнаружился в кресле. Хмурый.

— Когда все соберутся? Гру? Сделаю, зачем пришла и уберусь из этого сумасшедшего дома!

Норд тяжело поднялся.

— Тебе очень повезло, что лорд Хок так хорошо владеет собой. Ты хоть и принцесса, но все, же женщина и должна вести себя соответственно, — вздохнул он.

— Типа, знай, свое место, женщина?! — хмыкнула я. — Я понимаю, Гру, другие порядки и все такое, и с удовольствием изобразила бы из себя овцу, чтобы соответствовать, так сказать. Но унижать себя не позволю.

— И к слову сказать, уважаемый Хранитель, дед никогда не затыкал рот бабушке, а она не вела себя как дрессированная обезьяна.

— Леди Вивет всегда вела себя, как подобает леди. А лорд Фредегард относился к своей жене с большим уважением, и я не понимаю, что значит «дрессированная обезьяна», — взглянув на меня исподлобья, — ответил норд.

— Забудь про обезьяну, Гру. Если быть «настоящей леди», значит ходить, опустив глаза, изображая дебилку и сидеть взаперти, то это не для меня.

— Тэйе, — Гру придвинулся ближе. — Не горячись. Все гораздо сложнее, чем ты думаешь. Страж у твоей двери ради твоей безопасности…

Я фыркнула и отвернулась.

— Тэйе! Пойми, ты не принадлежишь ни одному мужчине и…

— Что? Что значит «принадлежишь»? Я что вещь? Я такой же человек, как и вы все, с руками ногами и головой, — вскочив с места, я чуть не задохнулась от возмущения.

— А теперь ты проявляешь неуважение ко мне, леди, — строго сказал Гру и, схватив меня за руку, усадил в кресло.