Чтение онлайн

Затем Уильям положил в форму большое количество какого-то мягкого материала, вроде пластилина, сказал мне закрыть глаза и захлопнул форму вокруг моей головы. После чего открыл, снял излишки пластилина и разрезал получившийся слепок, проводя ножом прямо по моей нынешней голове. После этого требовалось время для застывания этого специального пластилина. Уилл отправил меня наверх, а сам заказал доставку обеда с каким-то рыбным блюдом. Какое счастье, что у меня не было обоняния. Рыба в микроволновке не для слабонервных.

На следующий день пластичный состав затвердел достаточно, чтобы можно было начать обработку. Уильям поставил на стол слепок посреди мастерской, и принялся слой за слоем снимать лишнее при помощи наждачной бумаги и ножа. Это было необходимо для того, чтобы осталось место под искусственную кожу.

После этого Уильям разделил слепок на несколько частей и уехал к знакомому для закалки материала в печи. Полученный материал оказался легким, но достаточно прочным.

Следующим этапом стало изготовление самого лица. Уилл поместил готовый слепок в форму для заливки, закрепив его на проволоке. После этого аккуратно залил подготовленный раствор цвета, предположительно схожего с моим лицом, в образовавшееся пространство формы, и оставил на пару дней.

Пока раствор застывал, мы успели съездить в Харвуд Хайтс и продать старый диагностический стенд, стоявший в кладовой. В этот раз я заранее помог вытащить комплект и лег на задний диван машины, укрывшись темной накидкой. Покупатель забирал стенд с парковки и не должен был меня увидеть.

И вот, я расположился в ремонтном кресле. Уильям пододвинул поближе стойку с освещением и начал снимать с головы защитное покрытие, создающее простую имитацию кожи.

– Хочешь посмотреть на себя без кожи? – Спросил Уильям.

– Благодарю, но не хочется.

– Зря отказываешься. На всякий случай сделаю фото и потом буду тебя шантажировать.

Вся работа сопровождалась громкими звуками рядом с ушами. Слух робота не может подстраиваться под окружение, как у человека, и было достаточно неприятно. Кстати, уши тоже пришлось снять.

Краем глаз удалось увидеть материал под кожей. Это был полимер светлого цвета, который виднелся на носу. Он был легче металла, и хорошо держал форму. Таким образом, разработчики облегчили конструкцию модели, оставив значимую часть нагрузки в виде искусственных мышц и металлического несущего каркаса для рук, ног и рамы туловища. Насколько я мог понять, основа головы была полностью полимерной, для облегчения конструкции и улучшения сигнала средств связи. Не стоит забывать, что нормальные андроиды, в отличие от меня, умели выходить в сеть, а также постоянно сообщать свое местоположение. В туловище не стали использовать большое количества металла во избежание помех для электроники, поэтому оставили лишь небольшой силовой каркас. Кроме того, для андроидов, используемых на строительстве, транспортировке тяжелых грузов и на силовых работах была предусмотрена опция в виде каркаса повышенной прочности. Конечно же, она устанавливалась на производстве за отдельную плату.

Уильям начал укладывать на мою голову промежуточный слой, корректирующий форму головы. В некоторых местах Уилл подклеивал тонкую пленку, а в некоторых даже шлифовал мою полимерную голову, чтобы скорректировать форму будущей головы. Не стоит говорить, насколько это были громкие и неприятные звуки.

Последним этапом стала укладка внешнего слоя. Основной шов располагался на затылке, Уильям старательно замазывал его красящим составом. После этого он долго поправлял кожу в области челюсти. Когда я открывал рот, кожа съезжала наверх, вместо того, чтобы растягиваться. Уильям попросил меня заткнуться и дополнительно занялся крупными швами, замазывая их полимерным составом.

Закончив работу, Уилл отошел в сторону, посмотрел на меня и принялся громко смеяться. Мне нельзя было разговаривать, пока не застынет клей. Я просто сидел и смотрел на него. Успокоившись, Уилл поднес к моему лицу зеркало.

Это была очень похожая, почти идеальная копия моего лица. Вновь, впервые за долгое время, я ощутил нотки волнения. Первый раз в своей новой жизни я видел в отражении зеркала прежнего себя. Если бы не один момент. Веки оказались слишком толстыми. Я открывал и закрывал глаза, набухшие веки опускались и поднимались, пытаясь съехать на глаза. Всё это время Уильям смеялся без остановки. Вдоволь повеселившись, он снял веки и отшлифовал их с внутренней стороны. В следующий раз он наклеивал на полимерные подвижные веки практически пленку. Но получилось то что надо.

Теперь я точно смотрел на свое лицо. Это была очень подробная копия, с большой детализацией, правда без бровей, ресниц и привычной небольшой щетины. И пока что бесцветными губами. Я узнал каждую родинку, каждую ямку на своем лице. Это точно был я. Кроме того, эта форма щек меня устраивала больше, чем в последние пару лет моего настоящего тела. Это было лицо за год или два до последних событий событий, к тому времени я не набрал несколько лишних килограмм веса, что естественно отразилось на щеках.

Разговаривать можно было только вечером. Я открывал и закрывал рот, Уилл фонариком подсвечивал места стыков и швы, проверяя прочность.

– Значит, вот какой ты теперь?

– Что, завидуешь моей природной красоте?

– Сейчас твоя так называемая красота только рукотворная. Главное чтобы люди не шарахались от такой рожи.

Он выключил фонарик и отошел в сторону.

– Но надо признать, теперь тебя намного проще принять за человека. Правда, бесцветного, будто из морозильной камеры.

На это ушел практически весь день. Уилл отправился наверх, навстречу отдыху, а я остался на первом этаже, занимаясь нанесением краски на лицо.

К счастью, Уильяма не было рядом. Мне совсем не хотелось слушать глупые шутки про андроида, который наносил на свое лицо макияж.

Закончив с закрашиванием губ, я приклеил брови и парик. Брови оказались слишком густыми, а прическа слишком непривычной, мои настоящие волосы были светлее. Излишек бровей я аккуратно состриг. Волосами решил заняться позже. Такой вариант на первое время сгодится. Осветлить цвет парика можно самостоятельно. Может, со временем получится договориться с Уильямом о стрижке.

Остальную часть суток я стоял перед зеркалом и тренировался, подбрасывая металлический шарик. Мне было важно научиться двигаться как человек. Движения выглядели скованными, и приходилось постоянно корректировать броски. Также я начал тренировать походку. Теперь, когда не было необходимости скрывать лицо, нужно было ходить с прямой спиной, но плавными движениями ног и расслабленными руками.

На следующий день я стоял полностью одетый и рассматривал себя в зеркале.

– Был роботом, а стал нарциссом. – Громко произнес Уильям, сидя на диване и помешивая кофе.