Чтение онлайн

Поверхность воды взорвалась фонтаном брызг. Огромный, невероятных для здешних мест размеров, судак взмыл над поверхностью, сверкнув в солнечных лучах чешуей, описал в воздухе плавную дугу в направлении берега, с громким всплеском обрушился в воду и вновь ушел в глубину.

Елена, не отпуская рукоять спиннинга и вытянувшись в воде, лишь на секунду мелькнула у самой поверхности, как несущаяся к берегу торпеда, и снова исчезла, не успев вынырнуть и глотнуть воздуха. Секунд через десять мертвую тишину над заливом нарушил испуганный голос Светланы:

— Илья!..

Ее зять, не оборачиваясь, предостерегающе поднял руку. Он напряженно всматривался в водную гладь и мысленно отсчитывал секунды.

— Держись, милая, — твердил он про себя, — ты победишь!

Елена вынырнула из-под воды метрах в двадцати от причала, несколько раз судорожно вдохнула воздух и подняла над водой спиннинг. Залив огласился приветственными криками, Илья перевел дух.

Его отчаянная помощница, его отважная Маргарита вновь быстро завертела катушку и выбрала еще несколько метров слабины. Когда леска натянулась, Елена, то и дело погружаясь в воду с головой, продолжила вращать катушку, подтягивая к себе вконец ослабевшую, как ей показалось, добычу.

Неожиданно метрах в пяти от нее на поверхность всплыл огромный судак и, застыв на воде, укоризненно уставился желтыми глазами на свою мучительницу.

— Ух, ты! — восхитилась бессердечная рекордсменка, продолжая тянуть к себе тяжеленную рыбину. — Только бы ты поводок не перегрызла!

Немногочисленные, но преданные болельщики, затаив дыхание, наблюдали за почти уже одержанной их фавориткой победой. Андрей Александрович, согнувшись и уперев руки в колени, стоял на самом краю причала и с напряженной улыбкой следил за своей дочерью и сдающейся ей на милость невероятной рыбой.

Судак, очевидно сраженный красотой пленившей его морской Богини, безропотно приближался к ней, когда случилось непредвиденное.

Чарли, возмущенный бездействием мужчин, не торопящихся прийти на помощь его юной соседке, с ненавистью взглянул на легкомысленные профессорские трусы, разбежался и с силой ударил их обладателя передними лапами в зад.

Не ожидавший ничего подобного лауреат международных премий перекувыркнулся в воздухе и рухнул в воду, выронив бритву и подняв вокруг себя волны размером с небольшое цунами. Напуганный атакой с тыла судак передумал сдаваться и, в панике пронырнув под расхохотавшейся рыбачкой, рванулся к открытой воде, увлекая ее за собой. Елена, едва успев сделать вдох, перевернулась, сверкнув в воздухе загорелыми ногами, и ушла под воду вслед за своей добычей.

На некоторое время дееспособных болельщиков осталось двое: Илья, обеспокоенный тем, что его лучшая половинка вполне могла захлебнуться под водой от смеха, и его шурин, мысленно уже пристроивший свой сюжет в программу "Вы — очевидец!" и поэтому, сжав зубы, упорно продолжающий снимать осиротевшие прибрежные воды.

Обмотанные полотенцами головы исчезли из окна мавританского особняка: их обладательницы в истерике катались по полу. Декан, едва не вывалившись в окно второго этажа, разочаровался в своем наблюдательном пункте и скрылся в доме, ринувшись к эпицентру событий. Светлана и Лидия смеялись на береговой кромке, обнявшись и перепачкав друг друга в муке. Капитан Пржевальский недоуменно оглядывал опустевшую палубу катера, а два лейтенанта, выпавшие за борт через леера, взбирались по штормтрапу в мокрой одежде. Профессор Азаров, которого сверху облаивал рассерженный мраморный дог, подплывал к берегу, пуская от хохота пузыри.

Елена, сумев, наконец, вынырнуть и глотнуть воздуха, увидела, что судак тащит ее прямиком по направлению к катеру, злорадно улыбнулась, глубоко вдохнула и вновь ушла под воду. Тимур Гиятулин, оставшись на штормтрапе, держал наготове поданный ему Дмитрием Вишневским короткий рыбацкий багор.

Не доплыв до катера метров трех, обессиленный судак всплыл на поверхность и остановился. Хитрая Богиня осторожно обогнула его по дуге, ухватилась левой рукой за штормтрап, передала Тимуру спиннинг и приняла у него острый багор. Как только офицер подтянул судака вплотную к катеру, Елена аккуратно подвела багор под свою добычу и, резко дернув на себя рукой, снизу вонзила острие в рыбью голову.

Гиятулин и Вишневский втянули на борт поверженную рыбину и помогли подняться на палубу измученной, но счастливой рыбачке.

Капитан Пржевальский подхватил судака на безмен, не поверил собственным глазам и показал весы с замершей стрелкой своим подчиненным и Елене.

— Тридцать четыре семьсот?! — хором прошептали потрясенные офицеры.

Самодовольно усмехнувшись, Богиня вспомнила вдруг о своем чисто символическом купальнике, прыгнула в воду и не спеша поплыла к берегу, под прицелом видеокамеры стараясь делать руками исключительно красивые взмахи.

— Тридцать четыре семьсот!!! — торжественно пророкотал в мегафон Леонид Пржевальский.

Берег и судно огласились восторженными криками. Илья, его декан и его тесть, взявшись за руки, исполнили на пирсе несколько па совершенно дикого танца, незаслуженно забытого с неандертальских времен.

Чарли, не выдержав, прыгнул в воду, встретил свою храбрую соседку метрах в пятнадцати от причала и в качестве почетного эскорта сопроводил ее к берегу.

За завтраком в беседке находящаяся в центре внимания Богиня благосклонно принимала поздравления и милостиво улыбалась мужу, смотревшему на нее с немым обожанием.

— Хорошо, что мы пожарили их судака, а не моего, — важно заметила она, презрительно ковыряя вилкой круглый пласт размером с тарелку, — мой бы на сковороду не влез!

— Ну почему ты не сфотографировалась с добычей?! — укорял свою излишне скромную, по его мнению, дочь профессор Азаров. — Они-то не постеснялись, — кивнул он на катер.

Капитан Пржевальский и оба лейтенанта полчаса фотографировали друг друга рядом с рекордным судаком в разных ракурсах и даже в обнимку!

— Пусть порадуются, — вздохнула Елена, поклявшись себе сегодня же выбросить злополучный купальник на помойку, — салаги!

Сидя за роскошным письменным столом в своем личном кабинете казино "Огненная Земля", куда вход был категорически запрещен всему персоналу, включая номинального директора, Меченый внимательно слушал Мардана Мамедова, улыбался, изредка кивал головой и решал его судьбу.