Чтение онлайн

— Дело же не в завтраке…, - добавил Конь.

— В рекорде! — закончил за командира Гиятулин, втайне радуясь, что несостоявшийся рекорд принадлежал не ему.

Внезапно Елена вспомнила свой сегодняшний кошмарный сон: огромных белых акул, с которыми бесстрашно сражался ее муж. Акул было много…

— Леонид, — обратилась она к капитану Пржевальскому, — я почему-то уверена, что мы сейчас этот рекорд побьем!

Офицеры взглянули на нее недоверчиво, но с проблеском надежды.

— Думаешь, пора забрасывать спиннинги? — поинтересовался капитан.

— Сначала нужно передислоцироваться, — без запинки произнесла Елена с ходу выученное трудное слово, о значении которого она в целом догадывалась, — Мастер приказал. Мы должны встать лагом к берегу на оба якоря в полукабельтове от нашего пирса, имея справа и метрах в двадцати мористее подводную каменную гряду.

Глаза офицеров расширились так, как если бы с семнадцатилетней красавицы, лишь три дня назад вышедшей замуж за моряка, вдруг соскользнуло полотенце!

Елена с тревогой ожидала вопросов, касающихся только что произнесенных ею специальных морских терминов, значение которых Илья за недостатком времени объяснять ей не стал, но ее волнение оказалось напрасным.

— Поднять якоря! — скомандовал Пржевальский, и его подчиненные бросились выполнять команду.

Капитан, с уважением посмотрев на Елену, поднялся в рубку. Он подвел катер в обозначенное Ильей место, Дмитрий и Тимур отдали якоря, и Пржевальский, оглядев с высоты рубки новую диспозицию, оценил ее преимущества при атаке на «Оазис» со стороны залива.

Капитан посмотрел на берег. Разделанную рыбину уже унесли на кухню, Олег протирал стол в беседке. Илья стоял на пирсе с мобильным телефоном в руке и посылал комичные восторженные знаки своей жене, сумевшей четко передать командиру экипажа его распоряжение. Елена, облокотясь на леера, смеялась серебристым смехом и отвечала мужу воздушными поцелуями.

На профессорский пирс примчался Чарли, вежливо поздоровался с Ильей, подав ему лапу, улегся рядом на настил и стал с интересом рассматривать катер, приблизившийся к берегу на расстояние девяноста метров.

Пржевальский связался с Ильей по телефону.

— Мастер, как тебе удалось стащить наш рекордный экземпляр? — задал он вопрос после взаимных приветствий.

— Рекордный?! — искренне удивился Илья, личный «рекорд» которого был больше шести метров в длину и весил около двух тонн.

Года полтора назад он лишь в последний момент сумел увернуться от зубов неизвестно откуда взявшейся белой акулы и убить ее специальным разрывным патроном, закрепленным на конце короткого древка, точным ударом в голову.

— Извини, Леня, в жизни бы не подумал! Давай, отпускай мою жену, а то ей становится жарко в полотенце.

— Извини, Илья, — зловеще, подражая шефу «гестапо» папаше Мюллеру, произнес Пржевальский, — но госпожу Синельникову я попрошу остаться!

На пирс пришел Олег с профессиональной цифровой видеокамерой, поздоровался с Чарли и принялся снимать, как Елена один за другим придирчиво осматривает и взвешивает на руке предлагаемые ей офицерами спиннинги.

Выбрав, наконец, один из них, она что-то сказала капитану, и Пржевальский заменил «воблер» на мощную блесну. Елена сделала красивый взмах в сторону берега, и блесна плюхнулась в воду, преодолев почти половину расстояния до причала.

— Моя школа! — гордо сказал Олег, не опуская видеокамеру.

Елена стала быстро вращать катушку, выбирая леску. Неожиданно блесна за что-то намертво зацепилась, и расстроенная рыбачка, заблокировав леску, прислонила спиннинг к леерам.

— Зацеп! — с досадой вымолвил Илья, от всей души «болевший» за свою жену.

— Нет тут никаких зацепов, — удивленно воскликнул Олег, продолжая съемку, — здесь сплошной песок и ни одной коряги!

Елена прощалась с офицерами, пообещав отцепить блесну на обратном пути. Вдруг спиннинг неожиданно дернулся, описал над леерами полукруг, пролетел несколько метров по воздуху и, упав в воду, с сумасшедшей скоростью стал удаляться от катера, закладывая плавный вираж в сторону открытой воды.

— Есть!!! — одновременно воскликнули на пирсе и катере пять восторженных мужских голосов.

Олег, ощутивший себя военным оператором на переднем крае в разгар сражения, заснял свою сестру в тот момент, когда она, сбросив полотенце, чайкой вспорхнула над леерами, почти без всплеска погрузилась в воду, вынырнула, покрутила головой по сторонам и погналась за удаляющимся спиннингом.

Илья, напряженно следя за погоней, тут же связался с катером.

— Леня, не вмешивайтесь!

Капитан Пржевальский что-то крикнул с мостика своим подчиненным, и оба лейтенанта, вздохнув, вновь стали натягивать брюки.

В несколько взмахов Елена настигла спиннинг и ухватилась руками за пробковую рукоять. Рыба остановилась, потом повернула назад. Отважная рыбачка, то и дело окунаясь в воду с головой, принялась со всей возможной скоростью вращать катушку, выбирая слабину лески.

— К катеру! К катеру! — кричали с бака Вишневский и Гиятулин, вцепившись в леера.

— К катеру, Лена! — вторил им командирским баритоном Конь, в нетерпении переступая на мостике ногами, словно перебирая копытами.

— К пирсу, доча, к пирсу! — размахивая бритвенным станком, вопил Андрей Азаров, примчавшийся на причал в веселеньких семейных трусах в горошек.

С густой белой пеной на лице профессор походил на Деда Мороза, в суматохе перепутавшего времена года.

— К берегу, Лена! — кричали Светлана и Лидия, бегущие к причалу в кухонных фартуках с облепленными мукой руками.

— Шай-бу! Шай-бу!! — задорно кричал со второго этажа из окна своей спальни Сергей Бокалов, решивший до конца оставаться на этом наблюдательном пункте, чтобы ничего не пропустить.

— Ле-на! Ле-на!! — скандировали Синтия и Ирина, высунув из окна мавританской крепости головы с замотанными в мохнатые полотенца волосами.

— Держись, родная, — бормотал себе под нос Илья, не спуская с жены влюбленного взгляда, — держись, моя хорошая!

Чарли с громким лаем носился взад и вперед по причалу, едва не сбивая болельщиков и «телеоператора» с ног.

Наглотавшаяся воды удачливая ведьма продолжала упрямо вращать катушку.

— Неужели, сошла?! — с ужасом подумала она о рыбине, выбрав уже большую часть лески.

Внезапно леска натянулась, болельщики смолкли, и над заливом повисла напряженная тишина. Лежа на спине, мертвой хваткой вцепившись в рукоять спиннинга и уперев ее в живот, Елена подняла удилище вертикально и потянула на себя. Ее передохнувшая добыча ринулась в глубину; упрямая, но неопытная рыбачка попробовала упереться пятками в воду, и с согнувшимся дугой удилищем пошла ко дну, едва успев глотнуть воздуха напоследок. Когда конец удилища вслед за Богиней скрылся под водой, болельщики затаили дыхание.