Чтение онлайн

— Все будет сделано, босс.

Мэнн вывел Бекки из здания и провел на служебную автостоянку.

— Давай догадаюсь, какая машина твоя. — Она обежала взглядом полупустую стоянку. — Одно из двух — либо что-то спортивное и винтажное, либо мини с мощным мотором.

— Кабриолет «БМВ» подойдет?

Она улыбнулась:

— Неплохой выбор.

Они выехали из центра, промчались через туннель на полуостров Коулун и дальше — прочь от залива. Затем вверх по Натан-роуд и Голден-Майл добрались до маленьких проселочных дорог Монг-Кока. Это оказался шумный старый мир узких улочек и разрушающихся дорог, популярный у иностранцев благодаря своим рынкам: ночному, рынку янтаря, птичьему. Все это было там, но там же случалась и резня — стычки между триадами с использованием топоров для рубки мяса. Большинство туристов пребывали в блаженном неведении относительно того, что эту территорию контролирует организованная преступность.

Было все еще раннее утро. Ночной рынок сворачивал лотки, и груды мусора, собравшегося за ночь, еще предстояло вывезти. Владельцы лавочек только-только устанавливали свои прилавки и поднимали металлические жалюзи в ожидании первых покупателей. Несмотря на то что большинство магазинов не открываются до десяти часов, улицы уже были запружены народом. Мимо прошел белый бизнесмен в деловом костюме со стаканчиком кофе из «Старбакса». В толпе он казался белой вороной.

— Как было для тебя — расти здесь? — спросила Бекки, пока они стояли на тротуаре, ожидая возможности перебраться на другую сторону между движущимися ларьками и уличными торговцами.

— Главное в Гонконге не цвет кожи, а то, сколько у тебя денег. Мне повезло, я из весьма благополучной среды.

— Твои родители все еще здесь живут?

— Мама. Она живет у бухты Стэнли. Моего отца убили триады, когда мне было восемнадцать. — Они остановились около старого жилого дома. — Пришли.

Бекки не успела задать вопрос, как он уже выбрался из машины.

— Вот как? — Бекки вышла из машины и поспешила за ним. — Так вот что Микки имел в виду. Когда я сказала ему, что ты едешь, он назвал тебя истребителем триад. Он был прав — для тебя это личное дело.

— Да, личное дело.

Когда-нибудь он расскажет ей, как его держали двое мерзавцев и заставляли смотреть на расправу над отцом: его били до тех пор, пока он не упал на колени, а затем раздробили череп. Джонни смотрел в глаза отцу и знал, что подвел его. Когда-нибудь он расскажет Бекки, как винил себя в том, что не смог этому помешать.

Они прошли за каким-то мужчиной внутрь здания. Он свернул налево и исчез. Они двинулись направо к лифту. Мэнн открыл тяжелую металлическую дверь, пропустив Бекки в крошечную кабинку. Туда втиснулись еще четыре человека. Поднявшись на третий этаж, они пошли мимо открытых дверей, откуда доносились громкие звуки работающих телевизоров и крики матерей, ругающих детей. Остановились у двери в середине коридора. Мэнн постучал. Через несколько секунд дверь открыла женщина. Она взглянула на пару, улыбнулась, поклонилась и отступила, пропуская их внутрь. Помещение было забито целлофановыми пакетами — «Луи Вюиттон», «Шанель», «Гуччи» — до самого потолка. В комнате пахло пластиком и новой кожей.

— Входите. Смотреть… много хороший сумка. Хороший цена. Вы предлагать. Я давать скидка. Что вы хотеть? — Женщина в ожидании посмотрела на Бекки.

Мэнн осмотрел комнату, гору поддельных чемоданов, сумок и саквояжей — все в целлофановых пакетах.

— Где Конский Хвост?

— Не тут. — Женщина повернулась к Бекки и снова принялась предлагать товар. Взяла одну сумку, сорвала пленку и сунула в руки Бекки.

— Скажи ему, чтобы пришел. — Мэнн взял сумку из рук Бекки и повертел ее в руках, рассматривая швы. Затем с отвращением швырнул в общую кучу. — Дерьмо. Мы дерьмо не покупаем. Зови Конский Хвост — или мы уходим.

Женщина кинулась к другой стопке товаров и принялась срывать другие пластиковые обертки.

— Вот этот. Этот самый лучший. Смотри!

Она сунула очередную сумку Бекки, все еще надеясь, что та начнет торговаться. Мэнн взял сумку и швырнул ее через комнату на манер фризби. Она приземлилась на кучу других.

— Пошли, — сказал он Бекки. — Это все дерьмо. — Он двинулся к двери.

— Стой, стой… Я позвонить Конский Хвост! Уверена, он придет ради такой особый клиент. — Женщина поклонилась, загораживая выход.

Мэнн отступил.

— Ладно.

Через две минуты в дверь проскользнул болезненный с виду молодой человек, доедающий завтрак. Его грязные волосы были стянуты сзади в крысиный хвостик. Лицо грязное, в оспинах. На парне были серые джинсы с темными пятнами спереди. Похоже, он постоянно вытирал о них жирные руки.

Увидев Мэнна, он замер, прекратив жевать. Глаза перебегали с Бекки на Джонни. Он опустил миску и вытер с подбородка соус.

— Вы хотели меня видеть? — спросил он по-английски.

— Нам сказали, у вас есть чемоданы высшего качества. Мы пока таких не видели.

— Конечно. У меня есть высшего качества, сделаны на той же фабрике, что и фирменные. Следуйте за мной.

Парень передал миску с лапшой хозяйке квартиры, которая недовольно заворчала, сердясь на необходимость вовлекать в сделку еще одного человека и, следовательно, потерю части комиссионных. Конский Хвост не обратил на нее внимания и провел Мэнна и Бекки через маленькую дверь в конце комнаты. Он закрыл за ними дверь, повернулся и усмехнулся, глядя на Мэнна.

Затем он осмотрел Бекки с головы до ног.

— Мать твою, Джонни, — заметил он на кантонском диалекте, — совсем неплохо.

Мэнн ухмыльнулся:

— Вспомни про свои гребаные манеры и говори по-английски, деревенщина. Бекки, это детектив Тин… Конский Хвост. Он один из лучших копов, работающих под прикрытием, и мой старый друг. Бекки работает вместе со мной над одним делом. Она из Лондона.

Конский Хвост вытер руку о штаны и протянул для пожатия Бекки:

— Счастлив познакомиться.

— Я получил твое послание. Что у тебя есть для меня?

— Полагаю, ты в курсе, что ходят слухи, будто ты работаешь на Луна?

— В курсе.

— Есть еще кое-что. Говорят, ты работаешь на новую группировку — «Белый круг».

— Это все, что у тебя для меня есть?

— Болтают, что Лун сам все подстроил. Он хочет войны, чтобы расправиться с противниками и захватить все выгодные пути секс-трафика. Якобы он руководит новой группировкой, используя белых торговцев, которые уже проявили себя на Филиппинах. Пока они делают за него всю грязную работу, а потом он от них избавится.