Чтение онлайн

– Ничего там нет, – ответил один из наемников. – Только кулек с конфетами. Проклятые Айоши даже обивку с возка содрали.

– С конфетами? – Клоч вздрогнул. – С какими конфетами?

– С тянучками, – беззаботно ответил наемник. – Ну, этими, которые из лакрицы делают.

– Принц не любит сладкое, – медленно произнес Клоч и тяжелым взглядом обвел затихших наемников. – Ну-ка, разойдись, я взгляну на труп!

– Что-то не так, Клоч? – спросил Леньян.

– Возможно, – Дантист ухватил мертвое тело мальчика за воротник платья, рванул. Плотный шелк не поддался, и Клоч, чертыхаясь, достал кинжал. – Ирмас говорил, что у принца Оваро над правой ключицей есть три крупные родинки, расположенные правильным треугольником. Посмотрим, проверим…

Клочу наконец-то удалось разрезать пропитанный засохшей кровью шелк. Ткань отошла от тела, открыв правое плечо мальчика. Клочу подали флягу с водой, чтобы смыть кровь.

– Клянусь Рундой! – вырвалось у Клоча. – Это не принц! Никакого треугольника из родинок.

– Двойник, – догадался Леньян.

– Санджийская сволочь! – Клоч в ярости пнул тело Кадаи. – Этот старый пес всех надурил. Обвел нас вокруг пальца, как последних недоумков. Принц жив. Люди Леорса убили двойника.

– Этого быть не может, – неуверенно сказал Ла Бьер, глядя на тело мальчика. – Ирмас мог ошибиться насчет родимого пятна.

– Не мог, принц, почитай, рос на его глазах, – Клоч злобно плюнул прямо на мертвого ребенка. – Кадаи оказался умнее нас всех. Умнее Ирмаса и дегенератов из дома Айоши. Подставил с самого начала какого-то безродного выродка. Или же их кто-то предупредил.

– Мирчел? – предположил Леньян.

– Сомневаюсь, – Клоч скрипнул зубами. – Эта курва не успела бы встретиться с Кадаи до того, как тут появились ребята Леорса. Без лошади ей ни за что бы не поспеть. Бьюсь об заклад, двойник был с ними от самого дворца, Кадаи предчувствовал подвох. Мы влипли по полной. Так что хватит гадать. Надо искать принца.

– Пустая затея, Клоч, – сказал Леньян. – Принца могло не быть в кортеже.

– Я, может быть, простой солдат, приятель, но я не идиот. Ирмас сказал мне, что это была затея принца поехать в Гойлон. Неужто думаешь, что он остался во Дворце Горного Дракона, пока его двойник путешествует? Нет, парни, клянусь кишками Таралла, что принц был в кортеже. Квиш, – Дантист повернулся к рослому бородатому норрингцу в кольчуге, – возьми тридцать человек и скачи на север, к Дреммерхэвену. Обшарь все деревни, ищи мальчишку. Если найдешь, вези его ко мне. Леньян, а ты дуй на юг. Нагони Леорса и постарайся выяснить, видели ли они еще одного мальчишку в кортеже. Может, кого-нито они прихватили с собой живьем. Тридцать человек с тобой. Только ничего не говорите про принца. Просто спросите про мальчишку. А я с остальными поеду в Гойлон. Надо разобраться со святошами и посмотреть, не отправил ли Кадаи мальчишку под их крылышко. Встретимся у Семи водопадов. Этой сукой Мирчел потом займемся. Ей некуда деваться. – Клоч вытер ладонью покрывшийся испариной лоб. – Рано или поздно я набью из нее чучело.

Они долго смотрели друг на друга: Мирчел с недоумением, Береника – со спокойным ожиданием. Наконец, наемница шумно вздохнула.

– Так принц жив? – вымолвила она.

– Как видишь, – Береника подошла к Мирчел, взяла ее за руку. – Ты этому рада, дочка?

– Я… ничего не понимаю. – Мирчел оглядела застывших вокруг нее айджи с мечами в руках. – Это и есть принц Оваро?

– Да, это я, – с достоинством сказал мальчик. – Отдай свои мечи моим телохранителям и не вздумай сопротивляться. Я не хочу твоей смерти, но мое милосердие не бесконечно.

– Постойте, – Береника повернулась к принцу. – Эта девушка не враг тебе, мой принц. Сам Гелес привел ее сюда, чтобы помочь нам.

– Она сказала, что мой дядя убит. И Ойдзе тоже мертв. Откуда она это знает, если не была вместе с убийцами?

– Ойдзе? – не поняла Мирчел.

– Мальчик, похожий на меня. Мне очень жаль, что его убили. Он выполнил свой долг, как настоящий слуга. – Оваро с достоинством посмотрел на наемницу. – Ты видела моего дядю?

– Да, принц. Он тоже мертв. Я узнала его только по мечу, который он сжимал в руках. Убийцы отрубили ему голову и увезли с собой.

– Тетя Рана будет плакать, но я успокою ее. Мой дядя погиб как воин. Он всегда мечтал так умереть.

Мирчел покачала головой: самообладанию этого ребенка мог бы позавидовать взрослый мужчина.

– Дай мне оружие, – приказала Криспила, направляя острие меча на Мирчел.

– Хорошо, – наемница сбросила на землю сначала танги, потом прямой полуторник. – Нэни Береника сказала правду, я не хочу никому из вас зла.

– У тебя неважная репутация, – сказала Криспилла, знаком велев одной из айджи поднять оружие Мирчел. – Я не доверяю тебе.

– Послушайте, что я вам скажу. В Гойлон идет отряд наемников командира Ирмаса. У них приказ найти и убить принца.

– Ты лжешь, – сказала Криспилла. – Ирмас Удэн верный слуга дома Эдхо.

– Возможно. Но он лично отдал мне приказ убить принца Оваро. И при всем уважении к тебе, капитан, я бы выполнила приказ, если бы захотела. Твои айджи мне не помешали бы.

– Почему ты нарушила приказ Ирмаса?

– Потому что я не хочу смерти Оваро.

– Зачем же ты приехала сюда?

– Чтобы поговорить с матерью Береникой. Только ради этого.

– О чем ты хотела поговорить со мной, дочка? – спросила настоятельница.

– Обо мне. Когда я была здесь прошлый раз, ты… открыла мне что-то. Я уверена, ты что-то можешь мне рассказать. Что-то очень важное для меня. Все это время я думала о видениях, которые у меня были, о тебе. Я прошу тебя помочь мне.

– А я все эти дни ждала, когда ты вернешься, – сказала Береника. – Поверь, для меня очень важно, что ты сама искала со мной встречи. Пойдем. Нам о многом надо поговорить.

– Ты хочешь разговаривать с этой женщиной в храме? – спросил Оваро настоятельницу.

– Да, мой принц. Это очень важно. А тебя я попрошу немного подождать. Ты ведь подождешь?

– Если тебе хочется этого – да.

– Очень хорошо, – Береника подняла на Мирчел свои пронзительные синие глаза. – Иди за мной, дочка. Гелес ждет нас.

Мирчел двинулась следом за монахиней, ощущая на спине пристальные взгляды айджи. В храме ничего не изменилось со дня ее последнего посещения, только теперь тарелка и чашка на алтаре были пусты, а свечи не горели. Береника встала у алтаря, тяжело дыша, знаком велела наемнице подойти ближе.