Чтение онлайн

ВИКТОРИЯ. То есть, весь мир в твоих руках, Сенечка?

СЕМЕН. Да, Вика. Получается почти что так. Я понял, что я себе не принадлежу. И если раньше я с ужасом ждал встречи с чужой страной, то теперь я жду этого с нетерпением. Теперь я знаю, что мне делать. Ты понимаешь, я полюбил свое дело, я даже полюбил ненавистный мне раньше этикет…

ВИКТОРИЯ. Даже суп из мяса черепахи?

СЕМЕН. Да! Ты будешь смеяться – да!

ВИКТОРИЯ. И когда же туда уедешь, Сенечка?

СЕМЕН. Завтра я еду в Москву на оформление и прямо оттуда – на год практиковаться в наше морское представительство.

ВИКТОРИЯ. В Лондон?

СЕМЕН. Самое удивительное – да! Ты тогда угадала, теперь я верю, что твое сумасшествие, которое не сумасшествие, развило у тебя способность угадывать.

ВИКТОРИЯ. А как же я?

СЕМЕН. Пока я еду один. Но через год я вернусь, и тогда, Вика, с тобой мы всё решим. Учти, я помню каждое слово, которое говорил тебе полгода назад…

ВИКТОРИЯ. И я помню, Сенечка. И я была уверена, что Анюта будет танцевать с английским королем.

СЕМЕН. Нет, Вика, с королем придется танцевать тебе. Ну что ты всё про Анюту вспоминаешь? Забудь про нее! И вообще, за что мы с тобой на нее напали? Она-то ни в чем не виновата. Между прочим, это я ей изменил, а у нее с боцманом ничего не было. Я ей изменил, она мне это сразу простила…

ВИКТОРИЯ (испуганно). Простила? А откуда она узнала, что у нас с тобой было? Ты ей все-таки рассказал? Ты ей все-таки рассказал про ту нашу ночь?

СЕМЕН. Я понимаю, Вика, на что ты намекаешь.

ВИКТОРИЯ. Я не намекаю, Сенечка. Теперь я знаю. И ты знаешь. Это она написала.

СЕМЕН. Я ей рассказал правду. Для того чтобы она знала, насколько у нас с тобой всё серьезно. И сказал, что собираюсь на тебе жениться. И, зная всё это, она меня не бросила в беде. За это время я узнал её достаточно близко и уверяю тебя, Вика: на подлость она не способна.

ВИКТОРИЯ. Это она написала. И ты это знаешь!

СЕМЕН. Ерунда! Да ты пойми: если не она, как бы у меня хватило сил перенести три операции? Она вела себя просто самоотверженно. Перезнакомилась со всеми врачами, с моими преподавателями. Смешно, она за компанию со мной стала учить английский. Мы с тобой должны быть очень даже благодарны… Уверяю тебя, она на такое не способна. Я ни за что не поверю, что Анька…

ВИКТОРИЯ. Что Анька убила человека. И не верь, миленький…

СЕМЕН. Если б я даже поверил в эту чушь, ты подумай логически, чего она надеялась этим добиться? Зачем ей было писать?!

ВИКТОРИЯ. А ты можешь понять, зачем их вообще пишут?

СЕМЕН (твердо). Я не верю, что это она.

ВИКТОРИЯ. И никогда-никогда не верь! Конечно, не верь, миленький! Иначе как тебе с ней жить?.. Ведь ты собираешься с ней жить, а не со мной.

СЕМЕН (смеется). Кто тебе сказал, что я собираюсь с ней жить? Сама обвиняешь, сама судишь, сама приводишь приговор в исполнение. Да не живу я с ней!

ВИКТОРИЯ. До сих пор? Бедный Сенечка!

СЕМЕН. Ты пойми. Не могу я её обижать, когда я сам перед ней виноват. Нужно, чтобы время прошло. А там, через год, видно будет… Ты сама лучше меня знаешь, что будет через год. Ведь у тебя же план!

ВИКТОРИЯ. Миленький, ты только не чувствуй себя виноватым передо мной. Мне тебя так жалко! Миленький, ты же всю жизнь будешь чувствовать себя перед всеми виноватым и сам не поймешь почему. Но зато когда ты, уже старенький, придешь сюда через много-много лет, когда тебя сами ноги сюда принесут и ты подымишься на второй этаж, чтобы взглянуть на меня, чтобы вспомнить, как это было…

СЕМЕН. Я приду гораздо раньше. Ты прекрасно знаешь, я к тебе вернусь через год!

ВИКТОРИЯ. …через много-много лет. Когда ты будешь дедушкой своих внуков и весь мир будет у тебя в руках, ты сюда приедешь, и тебе вдруг станет хорошо-хорошо! Ты увидишь меня, умную и толстую, – директоршу этой школы. Я буду говорить речь. А твоя доченька в красном галстуке будет стоять на этом удивительном паркете и принимать рапорты… И сверкать… И ты поймешь, что все-таки был у тебя в жизни момент!.. «Счастье мое, ты всегда и повсюду со мной…». (Запела и, желая показать, как её дочка будет лихо принимать рапорты, повернулась на сверкающем квадрате паркета и вдруг мягко опустилась на пол.)

По-настоящему она упала или нарочно – Семен не мог понять. Он подошел к ней, чтобы помочь ей встать.

(Весело.) Сначала ты упал, теперь я.

СЕМЕН. Ты это кончай, ты это брось. Ты дошутишься когда-нибудь.

ВИКТОРИЯ. Я опять похожа на Мону Лизу Джоконду? Миленький, только не пугайся, пожалуйста. Ты очень-очень хороший человек, и ты ни в чем не виноват. И если ты не понимаешь, шучу я или всерьез, это потому, что я тебя люблю, Сенечка. Когда я с тобой, у меня обостряется актерский талант. Обещай мне, что не будешь бояться…

СЕМЕН. Ты о чем?

ВИКТОРИЯ. Ну обещай!

СЕМЕН. Ну обещаю.

ВИКТОРИЯ. Ты совсем-совсем не будешь волноваться?

СЕМЕН. Ну совсем-совсем…

ВИКТОРИЯ. Тогда пойди тихонечко в ботанический кабинет к телефону и вызови «скорую помощь».

СЕМЕН. Тебе плохо? Тебе правда плохо, или ты опять шутишь?

ВИКТОРИЯ. Мне очень-очень хорошо. Понимаешь, миленький, мне всегда везет. Мне в консультации сказали, что вполне может быть, что она родится раньше времени. Другие рождаются целых девять месяцев, соскучишься ждать. А она может родиться скоро-скоро… Но ты не волнуйся, ты же мне обещал! Она будет здоровенькая и красивая девочка… И очень-очень похожа на тебя… Ну иди же к телефону, Сенечка!