Чтение онлайн

— Миш, пошли. Парней не будем подводить.

Коромыслов мои слова мимо ушей пропустил. Сейчас ему уже было всё безразлично.

— На степановских горах, тумба-тумба...

На эстраду Мишка решил больше не подниматься, а прямо сидя за столом песню исполнить. Билетик на ресторанную развлекательную программу он приобрел — пусть теперь отрабатывают индивидуальные предприниматели от сферы культуры. Им трудовая копейка плачена.

— Мужики, уходите.

На завзала смотреть было больно.

— Мы за переходящее знамя победителей в социалистическом соревновании боремся...

Последняя фраза по всей вероятности должна была нам что-то объяснить. Ну, почему мы должны были покинуть зал ресторана до прихода дружинников. Их встреча с нами каким-то образом отодвигала получение коллективом ресторана переходящего знамени.

Мишка тем временем пел.

— Он не курит и не пьет, тумба-тумба.

Только девушек...

На «девушках», именно на этом красивом и возвышенном слове, в зал ресторана вошли трое мужчин с красными повязками на правых рукавах.

Причину своего вызова в заведение они определили сразу. Переглянулись и в сторону нашего столика зашагали.

Мишка солировал, а зал слушал его затаив дыхание.

— Почему хулиганите? — самый молодой из пришедших тронул Коромыслова за плечо.

— Кто хулиганит? — Мишка прекратил петь и поднял глаза на говорившего.

— Вы. — дружинник свёл брови.

— Мы? — Мишка перевёл взгляд на меня. — Ни в одном глазу.

Почему именно так он выразился, для всех было загадкой.

— Сигнал к нам поступил, — присоединился к диалогу второй дружинник.

— Сигнал? От кого? Кто сигналил?

Коромыслов поднялся из-за стола. Потёр своей пятерней щёку.

Сознаваться в подаче сигнала в опорный пункт никто не спешил.

— Вот, это вам из какого-то другого места звонили. — Мишка ткнул пальцем в сторону окна. — Туда и идите.

Старший из пришедших, комплекции почти как у Коромыслова, с Мишки взгляд не сводил. В глазах его веселинки сейчас так и скакали. Когда он к столу подходил — их не было.

— Мишка? Коромыслов? — наконец произнёс он совсем негромко, как бы ещё не веря себе.

Недавний певец на полуслове замолк. Ручищей своей отодвинул в сторону младшего дружинника и к говорящему шаг сделал. Внимательно вгляделся в его лицо и... перекрестился.

— Свят, свят...

— Я это, Миша, я. Не покойник оживший...

— Ванька!!! — взревело наше пьяное чудище и ещё шаг сделало к человеку с красной повязкой.

— Ванька... Живой...

В этот самый момент события сделали ещё один неожиданный поворот.

Глава 17 Тут шажок, здесь шажок...

Завзала в ресторане случайные люди не становятся.

Тут надо уметь правильно разные ситуации разруливать. Причем, с людьми, принявшими на грудь жидкости изменяющие восприятие окружающей действительности.

— Такая встреча! Такая встреча! Пойдемте, пойдемте со мной. Что мы тут в общем-то зале...

Завзала вежливо, но твёрдо, направил в нужную сторону траекторию движения Коромыслова и его неожиданно восставшего из мертвых товарища. Мы все за ними следовали.

— Ванька! Живой! — всё повторял и повторял Михаил, никак он не мог поверить в такую встречу.

— Живой, живой. Что мне сделается, — отговаривался дружинник.

Работник ресторана распахнул неприметную дверь и мы оказались в довольно просторной комнате. Посреди неё стоял стол, уже сервированный алкоголем и закусками.

— Присаживайтесь. Тут вам никто не помешает. — ответственный работник общепита просто лучился добродушием и хлебосольством. Ситуация, грозившая неполучением переходящего знамени, вроде и удачно рассасывалась.

— За счет заведения. — завзала тронул меня за плечо и указал глазами на накрытый стол. — Два друга-ветерана встретились, радость-то какая!

Лиса... Хитрющая...

Впрочем, я тоже был весьма рад, что всё так получилось.

— Мы-то думали, что ты... того... Тогда, когда взорвалось там...

Дружинник не дал Коромыслову договорить.

— Миш, давай про это не будем. Ранило меня, жив я остался... Да и...

Мужчина, которого Коромыслов называл Иваном, поднял глаза к потолку, а потом приложил палец к губам.

— Понял, понял. — Мишка замахал руками. — Молчу, молчу.

Далее Коромыслов и его друг начали своим настоящим делиться. Один другому рассказывать, как они сейчас и что. Общее прошлое им озвучивать подписки не давали.

— Я на заводе. Щит Родины куем...

— В заводской медсанчасти работаю. Это пока, а там видно будет, — расплывчато поделился со встреченным другом Михаил своими планами.

Я, санитары из терапии и остальные два дружинника присутствовали при разговоре в роли мебели. Добровольные стражи порядка алкоголь игнорировали — только ели, а представители санитарского сословия лишь лениво в своих тарелках ковырялись. Мы тут уже давно, сыты по горлышко.

— В добровольную народную дружину вот записался, — делился своим друг Коромыслова. — Дни дают к отпуску, да и вообще...

Так, а может и мне в дружину записаться? Хуже не будет. Нет, не из-за дней к отпуску, а вообще — как Мишкин дружок закадычный выразился. Это «вообще» может в определенных ситуациях важную роль сыграть. Как я уже знал, тут активная жизненная позиция дорого ценится.

— Можно в вашу дружину записаться? — задал я вопрос рядом со мной сидящему парню с красной повязкой на рукаве.