Чтение онлайн

Некоторые специалисты подчёркивают роль алкоголя как питательного вещества. Безусловно, при его употреблении выделяется значительное количество энергии, равной 7 калориям из грамма чистого спирта. Однако эта энергия растрачивается нецелесообразно. Алкоголь идёт не на создание, как белки, жиры и углеводы, а на сгорание. Он хаотически сгорает в организме и в своём пламени сжигает другие питательные вещества. При этом он сгорает вне потребностей организма, не являясь строительным материалом.

Наука в настоящее время полностью исключает какую-либо пользу алкоголя для организма. Вред же его огромен. Особенно коварен и опасен он тем, что быстро превращает пьющего человека в пьяницу со всеми вытекающими отсюда последствиями до хронического алкоголизма и тяжёлых психических заболеваний. Чтобы стать алкоголиком, не требуется много труда. Достаточно начать пить, приучиться преодолевать защитный барьер организма — отвращение к спиртному, и вскоре его самого уже тянет к вину, как и ко всякому другому наркотику. У такого человека не хватает воли и ума, чтобы вовремя бросить пить, и он начинает пить постоянно. Ускоренному пути к алкоголизму способствует врождённое ослабление защитных механизмов организма и слабая сила воли.

Конечно, не каждый пьющий становится алкоголиком. Мощные защитные силы заложены в человеке, благотворная микросреда, большая сила воли, внутренняя культура отдельных людей предупреждает некоторых от скатывания в болото алкоголиков. Эти-то примеры и создают у окружающих иллюзию безнаказанности пьянства. Эта иллюзия является одной из ведущих причин повсеместного распространения привычки к употреблению спиртных напитков, которая во многих случаях ведёт человека к гибели.

Росту потребления алкоголя способствует изготовление не только государственного, но и кустарного хмеля (самогон, чача, вино), который не был вытеснен продажей водки. В результате, после отмены «сухого» закона производство алкоголя к 1973 г. возросло в 20 раз, в том числе самогона в 8 раз.

Люди начинают пить, потому что не знают правды о вине, так как вокруг спиртных напитков всё время создаётся ложная реклама. Она заложена уже в том, как люди говорят о вине: «винцо», «коньячок», «водочка», «ах, как хорошо», «вот это здорово», «пей до дна», «на здоровье», «пьяница проспится, дурак никогда», «пошла по жилам чарочка» и т. д. Такие слова человек слышит с детства, и у него с ранних лет остаётся такое чувство, что это нечто хорошее, о чем говорят с нежностью: он любит в обед пропустить чарочку, другую». Создаётся впечатление, что это что-то полезное, что «улучшает аппетит, согревает, веселит, делает человека сильным и храбры». А если так про это вино говорят, тем более близкие, родители, родственники или солидные люди, учёные, писатели и т. д., — значит, это правда, значит, надо пить! И если человек выпил первый раз и, убедившись, что это гадость, скажет об этом откровенно, его засмеют, пустят в его адрес целую гору обидных замечаний, а то и просто оскорблений: «какой ты мужчина?», «какой ты рабочий, если пить не умеешь?», «какой ты моряк?», «какой ты студент?» и т. д. Для любой профессии найдутся подходящие слова, чтобы выразить ему своё возмущение, убедить, что он ошибается, высказавшись отрицательно о водке.

Не каждому хочется быть плохим мужчиной, поэтому он в следующий раз, как бы ему не было противно, будет говорить: «Ах, как хорошо», вводя в заблуждение тех, кто ещё не пробовал вина на вкус. А дальше? А дальше вступит в свои права наркотик, затуманивающий высшие центры мозга и создающий привыкание и потребность.

Невольно возникает вопрос, зачем пьющие люди, зная, что это гадость и вред, так настойчиво угощают, чуть не до ссоры, чтобы непьющий человек тоже с ними пил?

Почему пьющий не терпит трезвого? Да потому, что он отлично понимает, как отвратительно и глупо выглядит он по сравнению с трезвым. И он инстинктивно стремится этого избежать. Когда в компании все пьяные, они все воображают себя умными и талантливыми, но, понимая, что это не так, что это как раз наоборот, не хотят, чтобы кто-то в глубине души смеялся над ними.

Другая причина чисто эгоистическая: он отлично понимает, что отравляет себя и причиняет себе вред. И этот вред уже чувствует, но не может в этом сознаться даже себе, потому что не может бросить пить. Но если причиняет вред себе, то почему рядом сидящий за столом не вредит себе? Нет! Пусть и он отравляется, раз находится в нашей компании!

Наконец, человек, выпив, чувствует потребность раскрыть себя и показать перед другими свою красивую, благородную душу! Он хочет заставить людей уважать себя. Задерживающие центры ослабли, но в глубине души какое-то подсознательное чувство, заложенное, может быть, в подкорке, говорит ему, что трезвому это неинтересно и смешно. Он чувствует себя как бы связанным перед трезвым и потому не может терпеть трезвого около себя. Только перед такими, как он, пьяными, он может полностью раскрыть себя, показать свой ум, свою силу, которая, ему кажется, переполняет его. Поэтому так часто, схватив своего соседа за рукав или за пуговицу, выпивший говорит и говорит о своих достоинствах и победах, потому-то все компании с выпивкой так однообразны и не оставляют после себя ничего, кроме головной боли. Так или иначе, пьющие люди являются рассадником пьянства.

Что же касается выражения «пей до дна», то оно должно быть полностью исключено и может быть применено только в том случае, когда речь идёт о молоке или соке. Надо перестать говорить о вине или водке в ласкательном духе. Ибо такой разговор создаёт психологический настрой положительного заряда.

Пьют потому, что создано положительное общественное мнение вину в том или ином виде. Если же мы хотим победить это зло, то прежде всего, надо перестроить наше сознание в сторону его отрицания. Надо, чтобы люди твёрдо знали и говорили в один голос, что алкоголь — это яд, разлагающий человека и общество. Он несёт зло и гибель людям в любом виде и в любой дозе.

ЛОЖЬ: сухие вина полезны, «умеренные» дозы безвредны, «культурное» винопитие — ключ к разрешению алкогольной проблемы.

Начатая с конца 50-х и начала 60-х годов пропаганда «умеренных» доз развернулась энергично.

В речах и статьях сквозило, что потребление алкоголя чуть ли не государственная установка и она не подлежит изменению. Весь вопрос заключается в борьбе с излишествами, со злоупотреблением, то есть с алкоголизмом.

ПРАВДА: каждому образованному человеку ясно, что бороться с алкоголизмом, не борясь с потреблением алкоголя, — бессмысленная вещь. Учитывая, что алкоголь — наркотик и протоплазматический яд, потребление его неизбежно приведёт к алкоголизму.

Вести борьбу с пьянством, не запрещая потребление алкоголя, равносильно бороться с убийством во время войны. Говорить, что мы не против, мы за вино, но мы против пьянства и алкоголизма — это такое же ханжество, как если бы политики говорили, что мы не против войны, мы против убийства на войне. Между тем, совершенно ясно, что если идёт война, будут и раненые и убитые, что если имеет место потребление спиртных напитков, то будут пьяницы и алкоголики. Не понимать этого могут только те, кто совершенно отравил свой мозг алкоголем, или же те, кто удовлетворён теперешним положением дел, кто хотел бы «стабилизации достигнутого уровня потребления».

Один из корифеев борьбы за трезвость, социолог из Орла И. А. Красноносов в своём письме приводит таблицу потребления алкоголя, составленную на основании данных ЦСУ, опубликованных в печати, из которой видно, что если за единицу принять уровень потребления алкоголя в 1950 г., то в 1981 г. уровень потребления повысился более чем в 10 раз. Он пишет, что цифры душевого потребления алкоголя, опубликованные в 1940,1964 и 1978 гг., так же, как во Франции, не учитывают нелегального алкоголя. Он составляет (как считают французы) от 50% до 100% к легальному (Ю. П. Лисицин и Н. Я. Копыт).