Чтение онлайн

Выражение лица молодого человека ужаснуло Сабриэль, оно было таким живым, что надо было все время напоминать себе: это всего лишь деревянная статуя.

— Слишком похож на живого, — пробормотала Сабриэль, отступив от корабля. Рука ее опустилась на пояс с мечом, а магическая интуиция завибрировала, чувствуя какой-то подвох или хитрость.

В действительности не было никакого подвоха, но Сабриэль ощущала что-то странное в самой фигуре или около нее. Что-то похожее на присутствие привидения, какую-то загадочность, которую невозможно было определить словами.

Сабриэль еще раз внимательно обследовала фигуру со всех сторон. Теперь она без всякого смущения стала изучать это мужское тело, его пальцы, ногти, кожу, отмечая, как совершенно они созданы. Она заметила даже крошечный шрам на руке, очевидно, след от удара мечом или кинжалом. На лбу молодого человека ясно виделись знаки Хартии, и можно даже было рассмотреть слабые линии вен на его веках.

Тщательно исследовав статую, Сабриэль пришла к некоторым выводам, но все еще не решила, как следует поступать дальше. Поэтому она решила найти Моггета. Не то чтобы она придавала большое значение советам кота, особенно сейчас, когда он демонстрировал глупейшее кошачье поведение. Может быть, это была всего лишь реакция на события прошлой ночи?

Снова став котом, Моггет, возможно, испытывал облегчение. Но никакого совета от кота Сабриэль не получила. Он спал на лужайке среди желтых цветов Около ручья, его хвост слегка подрагивал, а лапки шевелились, будто он бежал за мышью. Сабриэль посмотрела на соломенно-желтые цветы, сорвала один, понюхала его и пощекотала им кота за ушами. Затем вернулась к фигуре молодого человека на носу корабля. Видимо, запах этих цветов сначала подействовал на кота возбуждающе, а затем усыпил его. Сабриэль поняла, что сама должна принять решение.

— Итак, — начала Сабриэль, обращаясь к статуе, как адвокат обращается к суду. — Вы, очевидно, жертва каких-то заклинаний Свободной магии и хитростей волшебника. Ваш дух сейчас летает между Жизнью и Смертью. Я могла бы пройти в Смерть и найти вас на границе. Уверена — там меня поджидало бы множество неприятностей. Итак, что же мне делать? Что сделал бы мой отец Аборсен или любой другой Аборсен на моем месте?

Размышляя об этом, Сабриэль прохаживалась взад-вперед, забыв на время о своих ранах. Ей казалось, что она поняла свое предназначение. Отец наверняка постарался бы освободить человека. Для этого он и жил на свете. Долг каждого Аборсена заключался в том, чтобы исправить неправильное волшебство и колдовство Свободной магии.

Сабриэль прекратила дальнейшие размышления. Возможно, и на нее подействовал запах желтых цветов. Она даже не подумала, что стоило бы немножко подождать, хотя бы до следующего дня. В конце концов, этот молодой человек был заточен в дерево много лет назад, столько же времени душа его была в ловушке у Смерти. И Аборсен не должен немедленно приступать к исполнению своих обязанностей…

Но впервые с тех пор, как Сабриэль прошла за Стену, она почувствовала, что необходимо самой принять решение. Несправедливость должна быть исправлена.

И все-таки Сабриэль решила проявить некоторую осторожность, поэтому пошла, взяла Моггета и положила захмелевшего кота у ног фигуры молодого человека. Она надеялась, что в случае какой-то физической опасности он должен проснуться. Ведь при пересечении границы Жизни и Смерти ей предстояли значительные трудности, а еще труднее будет вернуться назад в Жизнь.

Сабриэль проверила колокольчики, пробежав пальцами по их деревянным ручкам и чувствуя внутри их голоса. Она вынула из мешочка Ранну. Он был самый незаметный из всех колокольчиков, легко успокаивающий того, кто его слушал, обманом заставляющий заснуть или ослабить внимание.

Сабриэль чувствовала себя вполне уверенной, готовой к небольшой прогулке в Смерть и вполне защищенной этим королевским некрополем. С мечом в одной руке, с колокольчиком в другой она перешла в Смерть.

Сабриэль охватил холод, и по ногам ударило безжалостное течение, но она не шевельнулась, она все еще чувствовала со спины тепло Жизни. Она прочно установила ноги против течения. Ее якорем была связь с Жизнью против реки Смерти.

Казалось, все было спокойно. У ног непрерывно журчала вода, и издали, от Первых Ворот, доносился равномерный шум. Никто не появился, никакие тени не замаячили в сером свете тумана. Сабриэль старалась почувствовать, не прячется ли кто-нибудь в засаде, нет ли хоть малейшего намека на западню. Кроме того, ей надо было ощутить живой дух молодого человека. Там, в Жизни, она находилась очень близко от него, поэтому и здесь он должен был быть где-то рядом.

Что-то возникло, но оно было значительно дальше в Смерти, чем предполагала Сабриэль. Она пыталась это рассмотреть, но серая мгла не позволяла точно определить расстояние. Скорее всего, оно пряталось под водой.

Сабриэль поколебалась, затем, осторожно ступая, сопротивляясь течению, двинулась вперед. Она явственно ощущала, что там находится что-то странное, и не сомневалась, что это — пойманный дух.

Она не обратила внимания на еле слышный голосок в своем сознании, который предположил, что это может быть злобное создание Смерти, достаточно сильное, чтобы сопротивляться быстрому течению реки.

И, тем не менее, когда Сабриэль была уже в нескольких шагах от того, чем бы оно ни было, девушка качнула колокольчик — Ранна прозвенел и вызвал желание зевнуть, вздохнуть, опустить голову, закрыть глаза и заснуть.

Если там создание Смерти, подумала Сабриэль, оно должно стать неподвижным. И она наклонилась, опустив руки в воду.

Руки коснулись чего-то твердого и холодного как лед, чего-то совершенно непонятного. Сабриэль дернулась назад, затем снова наклонилась, и ее руки нащупали плечо. Она двинула рукой вперед и наткнулась на голову.

Иногда, если дух проводил слишком много времени в Смерти, он становился совсем не похожим на свое физическое тело, но этот точно соответствовал тому, что существовало в виде деревянной скульптуры. Смерть его не изуродовала, он сохранился так же хорошо, как и его деревянное изображение.

Сабриэль ухватила его за руки и вытолкнула из воды. Как дельфин выскакивает из моря, так мертвенно-бледное, негнущееся тело выскочило из черной реки. Сабриэль отступила назад, течение забурлило вокруг ног, но ей удалось удержаться и не упасть в воду. Сабриэль потянула тело обратно в Жизнь. Это давалось ей с трудом. Течение у Первых Ворот оказалось слишком сильным, а окаменевший дух слишком тяжелым, тяжелее, чем должен был быть дух.