Шрифт:
1
Телефон надрывался уже полминуты.
– Алло! – сказала я, наконец взяв трубку.
– Лилия ***вна?
– Да, это я. Вы опять по поводу продажи?!
– Верно, – гадостно прохрипел голос в трубке.
– Я уже говорила, что не собираюсь продавать фирму! Не! Собираюсь!
– Хорошо подумали? – голос заставил меня остановиться, хотя я уже хотела бросить трубку: – А что, если я скажу вам, что у нас один весьма значимый для вас договор?
– Если вы мне это скажете, – саркастически ответила я: – я вам не поверю. Все значимые для меня и моей фирмы договора при мне, уверяю вас!
– Уверены? Что, даже тот, что лежал в самом надежном потайном сейфе вашего кабинета?
– я вздрогнула и невольно метнула взгляд в его сторону: – Да-да, – издевательски скрипнула трубка: – Тот самый, слева, под картиной.
Я медленно подошла к стене, отодвинула картину и сняла панель, закрывавшую нишу от посторонних глаз.
Ерунда! Им его не взломать! Там трехуровневая защита. Есть еще вариант вскрыть корпус сзади или сбоку, но сделать это возможно, разве что взорвав на нем ядерную боеголовку! Его не возьмет ни одна "металлорезка".
– Чушь! – отрезала я и, положив трубку, грубо швырнула телефон в мягкое кресло. Запугивают. Нашли сейф и думают, что если скажут, где он, я помру от страха и сразу продам им фирму!
И все же, для самоуспокоения, я решила проверить.
Я сняла с шеи ключ, изготовленный в единственном экземпляре, и вставила в скважину замка сейфа. Панель клавиш приветственно засветилась. Я набрала 11-значный (!) код и приложила руку к сканеру отпечатков. Одобрено.
Дверца мягко щелкнула и приоткрылась.
Сейф был цел. И пуст.
2
Все отчеты охраны, записи наружного и видеонаблюдения, запросы по работе системы сигнализации были предательски чисты. Ничего подозрительного. Ровным счетом ничего.
Я со стоном откинулась на спинку кресла. Что ж. Какая, в конце концов, разница, как? Важно понять, что теперь с этим делать…
– Марина, Роман еще в офисе? Пришли его ко мне.
Роман был молодым человеком 26 лет; ростом – чуть выше среднего, слегка худощавый, темноволосый, с не слишком короткой, но, тем не менее, аккуратной стрижкой и вечно недовольным лицом. В целом, внешность непримечательная. Роман ***ский занимал должность нечто среднее между заместителем и младшим помощником. И, хотя по статусу недалеко ушел от рядовых сотрудников, был, по сути, вторым человеком в фирме после меня.
Я хотела поговорить с ним о предстоящей конференции в городе N, обсудить сроки прибытия и отбытия, состав делегации и деловой план, а также ответственных на период нашего отсутствия (легче всего было бы назначить Романа, но он нужен был мне там).
Как ни хотелось мне в свете последних событий послать эту конференцию куда подальше, но отказаться от нее было невозможно.
Пока обсуждали конференцию, я, отвлекшись, почти позабыла о своей беде. А вот как отправилась домой… Мрачные мысли окружили меня, словно кокон. Над нашей фирмой, над всем нашим коллективом нависла угроза. Вопрос, что же теперь с нами будет, терзал меня всю дорогу. Как вернуть документ? Неужели теперь и правда придется продать фирму конкурентам?.. М-да… Нам поможет только чудо…
"Служба психологической поддержки "Чудо" тел. горячей линии 8 ***… Звоните, и мы поддержим Вас в трудной ситуации", – гласило объявление в подъезде.
Я усмехнулась, оборвала номерок и сунула в карман.
3
Следующий день начался паршиво, а закончился еще хуже. Два звонка с до тошноты вежливыми ультиматумами, безрезультатный вызов следственных органов и несколько нервных совещаний.
Вернувшись домой, переоделась, начала готовить ужин. Приготовила, накрыла на одного, села. Но кусок в горло не лез. Накинула куртку, вышла на балкон. Залезла в карман за сигаретами и нашла там вчерашнюю бумажку "Чудо".
Подумав, набрала номер.
Мягкий женский голос на том конце провода:
– Здравствуйте. Служба психологической поддержки "Чудо". Оператор Виктория. Могу Вам помочь?
Я молчала. Затем вздохнула и проговорила:
– У меня украли важную вещь и хотят отобрать фирму. Следствие безрезультатно, доказательств у меня нет. Я не знаю, что мне делать, и вряд ли Вы, Виктория, можете мне помочь.
Я хотела уже класть трубку, но девушка, помолчав несколько мгновений, вдруг сказала:
– Хотите, встретимся?
Настолько нестандартный вопрос поставил меня в тупик, и я, невразумительно промычав, переспросила:
– Что?
– Хотите, встретимся лично и поговорим?
Я, наконец, поняла:
– А-а, нет, что Вы! У меня совсем нет времени, да и все эти приемы, психологи, надо же по записи, а я…
– Нет, Вы не поняли. Не прием, не надо никуда записываться. И времени много не займет. Я приеду к Вам сама, куда Вам удобно.
"Вот это сервис!" – мысленно восхитилась я.
– Ну… Не знаю… Не настолько я и нуждаюсь… – насколько же у меня, должно быть, был депрессивный голос, что оператор решила сама ко мне приехать! – Ну ладно, давайте на улице ***ской, у моста.
– Хорошо. Я смогу быть там через 45 минут. Вам удобно?
– Д-да… – растерянно хлопнула глазами я.
– Тогда до встречи! – оператор положила трубку.
Минут пять я тупо пялилась в вечернее небо, не отрывая телефона от уха. Потом убрала так и не закуренную сигарету, застегнула куртку и отправилась.
4
Я пришла к мосту за 20 минут до назначенного времени. Было безлюдно. Я стояла под фонарем, и меня было хорошо видно.
– Добрый вечер! – мягко окликнул меня знакомый голос.
– Здравствуйте, Виктория!
Обменявшись приветствиями, мы решили зайти в кафешку неподалеку. Когда мы сели за столик, Виктория сказала:
– Должна сказать, что вы и правда не ошиблись насчет меня – я вряд ли смогу помочь Вам, – она сделала паузу, внимательно взглянув на меня. Я кивнула, понимая, что девушка не понеслась бы через полгорода, чтобы сказать только это. Поэтому я ждала, что она скажет дальше. Девушка улыбнулась (уже не так открыто, а куда более таинственно, склонив голову и глядя слегка исподлобья) и продолжила: