Чтение онлайн

— Я слышала, что вы сказали Шестому Воину, — продолжила, наконец, Старейшина. — Что не ищите от нашей семьи никакой выгоды.

Хаджар поставил пиалу на стол.

— Прошу простить, если вас это оскорбит, но вы услышали неправильно.

— И в чем же я ошиблась? — теперь уже и старушка поставила на стол пиалу.

Атмосфера стала чуть тяжелее. Не было никаких сомнений в том, что даже если Хаджар выложит все козыри на стол. Все, до единого, то в любом случае у него вряд ли получится выйти из этой передряги не вернувшись к участи калеки. И это если он выживет.

Легкое Перо обладала слишком невероятной силой.

— Я сказал, что я и мои соратники не ищем от вашей семьи ни золота, ни драгоценностей, ни знаний.

— Тогда, позволь поинтересоваться, что вам могло понадобиться, что вы рискнули заявиться в мой дом даже после того, как ваших рук коснулась кровь моего ученика.

Взгляд Легкого Пера потяжелел. Настолько, что рука Хаджара невольно потянулась к рукояти меча. Чистый инстинкт — не более того.

— Если не хочешь лишиться её, — старушка перевела взгляд к ножнам. — то лучше сохраняй спокойствие.

— Кассий, он…

— Был моим учеником, — кивнула Старейшина и снова отпила чаю. — с самого детства, когда я подобрала его на улицах города и до своей смерти. Хороший он был человек. Надеюсь, у тебя была веская причина, чтобы лишить его жизни. И, смею тебя заверить, если бы не его раны, то мы бы с тобой сейчас не беседовали.

— В этом у меня нет никаких сомнений, Легкое Перо, — согласился Хаджар. — что же до обстоятельств его гибели… Я могу вам рассказать эту историю, но она займет какое-то время.

— Пусть время, Хаджар, в нынешнем положении это роскошь для меня, но, пожалуй, это та дань, которую я должна своему ученику. Рассказывай.

И Хаджар рассказал. Почти все.

Он рассказал, что они следили за Кафемом. Рассказал про случайную встречу с их процессией, про храм, про спасение принцессы, про смерть Кассий и то, что тот не держал зла на Хаджара.

После рассказа они на какое-то время замолчали. Легкое Перо, несмотря на невозмутимый внешний вид, в глубине глаз, где-то далеко внутри своей души, боролась с болью.

Порой узы между мастером и учеником становятся так же прочны, как между родными людьми — Хаджару ли не знать об этом.

— Глупый, упертый, честный мальчишка, — вздохнула, наконец, Легкое Перо. — я всегда знала, что его чувство достоинства его же и погубит.

— Старейшина, — Хаджар так же отставил пиалу, в которой, за время паузы, уже и не осталась чая. — когда вы будете рассказывать об этом принцессе, то…

— Я стара, Хаджар. Уже давно потеряла хватку и мое копье не так быстро, как прежде, — Хаджар едва воздухом не поперхнулся. И ведь действительно. В таком возрасте Старейшина, не перейдя на следующую стадию ступени Небесного Императора, должна была в полной мере ощущать тяготы старости. Но тогда… насколько сильна она была в прошлом. — Но еще не выжила из ума. Лэтэя честна и сильна. Она обладает десятком других доблестей, но она все еще юна. И это её главный грех. Даже если она сможет принять и понять эту историю, то простить тебя и твоих товарищей — никогда. Так что мы оставим сей секрет между нами.

— Спасибо, Легкое Перо.

— Меня тебе не за что благодарить, Ветер Северных Долин, — прикрыла глаза старушка. — если бы я хоть на долю мгновения усомнилась в искренности твоих слов, то ты и все те, кто пришел с тобой были бы уже мертвы.

И почему-то у Хаджара не возникало сомнений в том, что одна эта старушка способна раскидать весь их отряд. Тот же Кафем, на её фоне, выглядел жалко.

— Тогда мы переходим к главному вопросу, — она налила еще по одной пиале чая, давая понять, что разговор не закончен. — С чего ты взял, что хоть кто-то из Сорока решит помочь вам в вашем походе против Ордена Ворона?

— Но я не говорил, что…

— Я ведь сказала, — сверкнули стары, но все еще яркие и ясные, глаза. — я стара, но не глупа. А время — роскошь. Так что давай перейдем ближе к сути. К сути, где мы оба поймем, чем можем быть полезны друг другу.

Хаджар с сомнением посмотрел на Легкое Перо. Кто бы что ни говорил, но старые, действительно старые люди в мире боевых искусств доживали до своего срока двумя путями.

Либо они были ленивы, любили нежится в лучах «славы» и всеобщего признания, а так же просто прожигали жизнь, либо…

Либо обладали просто невероятной силой и, что не маловажно, прозорливостью. И, что-то подсказывало Хаджару, что Старейшина Звездного Дождя была вовсе не из первой группы.

— Чем я могу быть полезен вашему клану? — искренне удивился Хаджар.

Нет, они с Абрахамом имели мысли, как замотивировать сорок семей на то, чтобы те отправились на приступ Ордена Ворона. Вот только это не включало личное участие в заварушках Чужих Земель. Уровень местных проблем находился на столь заоблачном, для Хаджара и отряда, уровне, что задумываться об этом не приходилось.

— Скромность? — удивилась Легкое Перо. — Или глупость?

— Скорее трезвая оценка моих сил, Старейшина, — чуть поклонился Хаджар, чтобы его слова не сочли за грубость.

— Может ты и не мастер, Ветер Северных Долин, — старушка продолжала спокойно пить чай. — но твои техники удивительны. То, что ты использовал во дворе, чтобы шокировать Дасиния и его братьев — я такого никогда не видела. Это даже сильнее, чем техника, основанная на Словах… Может, если ты, когда-нибудь, овладеешь этой силой в полном объеме, то ни один из смертных не сможет стоять прямо в твоем присутствии.

Неудивительно, что Легкое Перо никогда не встречала такой техники. Она была стара — без сомнений, но на фоне тех же драконов, живущих целыми эпохами, Старейшина оставалась, по меркам этого мира, маленькой девочкой. Та же принцесса Драконов, ныне — Императрица Тенед, видела закаты и рассветы на протяжении стольких лет, что трудно было себе представить.

Если бы драконы развивались даже немного быстрее — мир бы давно стал их вотчиной.

Что лишний раз демонстрировало причудливое равновесие сил в природе.