Чтение онлайн

— Тебе стоит с ней поговорить.

Хаджар повернулся к Иции. Та, закутавшись в теплую шаль из шерсти, подошла к костру. Пламя, весело треща поленьями, освещало небольшую дорогу, разрешавшую луга и поля. Вдоль неё отряд и двигался.

Лэтэя объяснила (собственно, это был один из тех немногих случаев, когда им удалось перекинуться парой слов), что это тропа небогатых торговцев, соединявших города Звездного Дождя и того самого — Подземного Шепота.

Расспрашивать о том, как и почему наследник другой семьи, с которым Лэтэя была помолвлена, чуть не отправил её к праотцам, никто не стал. Все просто немного удивились тому факту, что торговцы прокатали колею в траве, а не пользовались небесным транспортом.

Хотя, учитывая, что пару раз в небе они видели тени, накрывавшие собой землю вплоть до горизонта, то, вероятно, небеса в Чужих Землях были ничуть не менее опасными, чем земля. Но тут, хоть, сражаться удобнее.

Хаджар посмотрел на Лэтэю. Девушка делала вид, что медитирует, но на самом деле просто смотрела куда-то в сторону заката. Это было понятно по тому, как порой вспыхивала её энергия, когда она возвращалась памятью в не самые приятные для неё моменты.

Хаджар перевел взгляд на Густафа.

— У него еще молоко не обсохло в местах, где его даже быть не должно, — фыркнула Иция.

— А ты потеряла навыки коммуникации?

Иция чуть грустно улыбнулась.

— Мне сложно находить общий язык с другими женщинами… ты знаешь.

Хаджар знал. Этим страдали многие из работниц Чистого Луга. Борделя где, когда-то, разве что не в прошлой жизни, жил и работал музыкантом Хаджар.

Что-то менялось в этих женщинах.

Это как волк и собака. Внешне они выглядели почти одинаково. Но волк всегда рассматривал собаку, как добычу. А собака сторонилась волка.

Ицию и Лэтэю разделяла пропасть, через которую им еще только предстояло перекинуть мосты.

— Ладно, — Хаджар вздохнул и вернул серые камни обратно в пространственное кольцо. Видимо, этим вечером попытаться перейти на следующую стадию развития ему будет не суждено.

Что же, он пока не особо и рвался. Если скакать по стадиям аки заяц на убое, то особого толка от этого все равно не будет. Скорее больше вреда. На каждой начальной стадии каждой ступени следовало посвятить время укреплению фундамента, а уже потом строить на нем «дом».

Хаджар встал рядом с Лэтэей. Ему всегда нравились закаты в северных долинах. По своей красоте они могли сравниться разве что с закатами и рассветами в горах.

— Он был отважен и верен вам, миледи, до самого конца.

Лэтэя молча вглядывалась в линию горизонта. На пролитую полоску кровавого золота. Иные адепты её уровня силы видели такие закаты чаще, чем собственное отражение. Она же, совсем юная…

Хаджар впервые, за долгое время, ощутил себя старшим. Да, по меркам адептов, он сам мало чем отличался в вопросах возраста от Лэтэи. Что такое один век на фоне тех, кто эти века измерял десятками.

И все же.

— Я знаю, — кивнула она. — он всегда был таким.

— Позволите?

Места было достаточно, чтобы сесть куда угодно, но в такие моменты человеку, порой, требовалось, чтобы рядом находилось какое-то другое живое существо. Не важно — разумное или нет. Мыслящее или не очень.

Просто чтобы кто-то был рядом.

Лэтэя чуть отодвинулась.

Хаджар благодарно кивнул и сел рядом.

От неё приятно пахло. Чем-то сладким, но не терпким. Какими-то фруктами, чей вкус Хаджар никогда не знал. И цветами. Садовыми. Ухоженными.

Так они и сидели какое-то время.

Иция, позади, несла дозор. Жребий, на эту ночь, выпал именно ей.

— Кассий всегда был рядом, — нарушила, наконец, молчание принцесса. — С самого детства. Как себя помню.

Хаджар молчал. Слушать было куда важнее, чем говорить.

— Мое первое воспоминание, это то, как я вбежала в лекарскую, — улыбнулась девушка каким-то своим воспоминаниям. — Сбежала от няни. Она опять пыталась научить меня письму, а мне хотелось бегать — резвиться. Вот я и побежала. А там…

Хаджар легко представил, что могло твориться в лекарской столь жаркого и скоро на расправы региона, как Чужие Земли.

— Мы тогда враждовали с семьей Элнадир. Со старого языка это переводится, как…

— Осенний Цветок Бурана, — перевел Хаджар.

Лэтэя кивнула.

— Не знала, что во внешних землях помнят старый язык.

— Я люблю читать легенды прошлого, — ответил, хоть вопроса и не прозвучало, Хаджар.

— Кассий тоже любил, — вздохнула Лэтэя. Она крутила в руках цветок ромашки. — Он мне часто их читал перед сном, чтобы я могла заснуть. Про юношу, сделанного изо льда. Про девочку, говорящую на языке солнца. Про Горшечника и его Возлюбленную. Про битву со Врагом всего Сущего.

— Хорошие истории.

— Хорошие…

Они снова на какое-то время замолчали.

— Я тогда сперва испугалась, — Лэтэя продолжила с того места, где и прервала рассказ. Будто и не отвлекалась. — Все в крови. Кричат. Кто-то без рук, другие без ноги. Я тоже закричала. А потом, вдруг, меня кто-то обнял. Прижал к себе. Сказал, что все хорошо и что это просто кошмар. Я тогда подумала, что это тоже лекарь — весь в белом был.

В битве с Кассием, Хаджар почувствовал застарелые раны на энергетическом теле воина. Видимо так он и вышел на пенсию — Почетный Воин… скорее Почетный Калека.

— Он был мне как дедушка, — улыбка Лэтэи стала чуть теплее. — Ты не подумай, у меня хорошие отношения с отцом и матерью. Да и старейшины клана меня всегда любили, но…

— Рядом был именно Кассий.

— Всегда, — кивнула леди. — С самого первого дня. Он дал мне мое первое копье. Посадил в седло. Научил играть на Ронг’Жа…

Сердце Хаджара слегка дрогнуло. Он уже не помнил, когда в последний раз его пальцы касались струн.

— Я давно не играл, миледи, — Хаджар взмахнул рукой и на его коленях появился инструмент. — и был бы рад… если вы, конечно, хотите…