Чтение онлайн

— В любом случае я встречусь с ним в сражении еще раз, — сказал горько Хардгрейв.

— Пожалуйста, но я не согласна провести остаток дней в Тауэре, пока вы будете гоняться за славной смертью в бою! Вперед! В прошлый раз вы проиграли сражение, но еще можно наверстать упущенное. Идите!

Уорик и его отряд летели со скоростью ветра.

Они оставили город и мчались по дороге, мимо тенистых рощ и долин, богатых и покрытых зеленью круглых холмов, минуя стада овец и поля пшеницы.

Уорик дрожал от слепой ярости. Ему удалось вырвать девушку из рук палача, но сейчас, похоже, он рискует потерять ее навеки. Будь он не так высокомерен, он сразу бы оценил ее несравненную красоту и смелость, угадал в ней волшебницу, способную околдовать самого сильного мужчину и похитить его сердце… Господи, как же он любил ее!

Эта любовь ослепляла его, лишая рассудка. Если бы не Юстин и Букингем, Уорик в бешенстве совершил бы не одно убийство! Нет, он должен взять себя в руки! В битвах он всегда проявлял хладнокровие, расчетливость и храбрость. Но эта любовь! Она сломала его, сделала уязвимым. Его сердце сжималось от страха за судьбу Ондайн. Господи, как все это могло произойти?! Он был бы счастлив положить за нее свою жизнь, но может оказаться, что этого недостаточно для ее спасения. Если… О Боже! Никаких «если»! Когда он отыщет Ондайн, то тут же отправит ее в колонию. Почему он не сделал этого раньше? Ее жизнь всегда будет под угрозой, пока она носит имя Четхэма, и если этой драгоценной жизнью когда-либо придется поплатиться, его собственная потеряет всякий смысл.

— Уорик, смотри! Вон туда! Я вижу ее! «Марианну»! — крикнул Юстин. — Третья с края; пришвартована между рыболовными судами. Моряки, кажется, отдают концы!

Так и есть! Уорик увидел моряков, двигавшихся по палубе. Судя по всему, корабль выходил из доков.

— Вперед! — крикнул Букингем, и пришпоренные лошади понеслись бешеным галопом. Отряд всадников ворвался в городок. Лошади громыхали копытами по булыжникам мостовой, распугивая прохожих, которые с криком разбегались в разные стороны. Опрокинулась повозка с овощами и фруктами. Бешено лаяли собаки. Обыватели, застигнутые врасплох посреди дня за привычными дневными делами, со страхом и недоумением выглядывали из своих домов.

Сердце Уорика гулко стучало. Он ни на что не обращал внимания и думал только о том, чтобы добраться до «Марианны», прежде чем она успеет отчалить от берега.

Он резко дернул поводья и выскочил из седла, не дожидаясь, пока лошадь перейдет на спокойный шаг. Краем глаза он видел Хардгрейва, который скакал рядом и, очевидно, собирался принять участие в предстоящем сражении.

Юстин закричал:

— Стойте! Эй, вы, на «Марианне»! Подождите! Именем короля, остановитесь! Капитан корабля, приказываю вам остановиться!

— Остановиться? Никогда!

Капитан, высокий парень с черной повязкой на левом глазу, грязной бородой и дьявольской усмешкой, обнажил меч.

— Эй, парни! Да здесь чертова дюжина щеголей! Но у нас два очка вперед! Надо же, именем короля! А ну-ка достаньте нас, если можете, джентльмены! Эй, парни, отдавайте концы! Наверное, господа не прочь искупаться!

Команда удесятерила свои усилия. Моряки бросились разбирать оставшиеся снасти, но поздно: Уорик прыгнул на борт корабля, и его друзья последовали его примеру. Их встретили выстрелами пистолей. Однако малочисленные, но превосходящие моряков в боевой сноровке кавалеры атаковали, как разящие ангелы Господни. Уорик с одного удара уложил первого нападавшего и заметил, что капитан судна сражается с Хардгрейвом. Однако Уорику показалось, что их бой больше походит на деловые переговоры. Но он не мог долго останавливать на них свое внимание. Молодой беззубый парень, приземистый и мускулистый, с отсутствующей мочкой на левом ухе, подбежал к Уорику. Тот отступил, резко взмахнул шпагой и проткнул его, готовый встретить следующего нападающего. Тела убитых и раненых моряков, или, скорее, пиратов, валялись по всей палубе. Букингем, раненный в плечо, продолжал сражаться. Юстин вступил в бой с двумя мерзавцами, и Уорик поспешил ему на помощь.

— Брат! — засмеялся Юстин, разгоряченный боем. — И ты еще обвинял меня!

— Уж лучше понапрасну обвинять, чем похоронить! — отозвался Уорик, повергнув противника ниц и принуждая его просить о помиловании. Графу не хотелось зря проливать кровь… Он искал только свою жену.

— Смелее! — подзадорил его Юстин. Букингем, поддерживая поврежденную руку, но улыбаясь, подошел к ним. Юстин, оглядывая поле боя, широко ухмыльнулся: — Иначе как чисткой свинарника все это не назовешь!

— Ищи свою леди, — сказал Букингем, — а мы постараемся найти кого-нибудь, кто поможет нам пролить свет на это приключение!

Уорика не пришлось долго упрашивать.

Он увидел лестницу, ведущую вниз. Спертый запах подсказал ему, что он находится около камбуза. Неожиданно перед ним возникли двое здоровенных парней, по всей видимости, не догадывавшихся, что битва наверху закончилась не в пользу команды корабля. Они преградили ему дорогу.

Уорик насмешливо приподнял бровь:

— Дайте пройти, джентльмены; ваши товарищи умирают, а с меня на сегодня достаточно крови.

Один рассмеялся:

— Нас двое, милорд!

— А если я убью одного, что тогда? — вежливо спросил Уорик, в свою очередь.

Шутник перестал смеяться и с визгом бросился на графа. Уорик даже не шевельнулся, но прищурил глаза и, рассчитав скорость его приближения, почти в ту же секунду, когда матрос готов был ринуться на него, поднял клинок.

Моряк напоролся на него и стал медленно оседать на пол. Второй сначала как завороженный смотрел на Уорика, а потом побежал по коридору и, юркнув в последнюю каюту, заперся там.

Уорик переступил через лежавшее перед ним тело и поспешил за парнем к каюте, принадлежавшей, по его мнению, убитому капитану. Он был уверен, что именно там держали Ондайн. Ужасные видения проносились в его воображении, терзая сердце и заставляя ускорить шаг. Ондайн — пленница омерзительной шайки! Если они дотронулись до нее хоть пальцем, он перережет глотки всем до единого, к черту милосердие!

«У них. было совсем мало времени», — успокаивал он себя.

Но для насилия требуется немного времени, а для убийства — и того меньше.

От этой мысли Уорик так рассвирепел, что, подойдя к двери, изо всех сил навалился на нее плечом, полный решимости. Дверь дрогнула; он бросался на нее снова и снова, пока она не распахнулась. Осторожность заставила Уорика выдержать паузу, прежде чем войти: он не желал получить нож в спину.

Ондайн была там; он увидел ее в тот же момент, как распахнулась дверь. Ее руки были привязаны к столбам койки, ноги связаны. Ярость охватила его при виде грубых веревок, впивавшихся в ее нежное тело. Ярость, и страх, и смущение.

Она лежала неподвижно, волосы разметались в беспорядке, лицо божественно прекрасно и спокойно, как будто обрамленное пламенем. Уорик вдруг испугался, что Ондайн мертва. Но вот она повела бровями, помотала головой из стороны в сторону, словно борясь с каким-то видением, и открыла глаза.

Уорик вздохнул с невероятным облегчением. Ондайн жива!

— Хватайте его! — неожиданно прозвучало из дальнего угла комнаты. Уорик оглянулся. В углу затаились трое: толстый грубиян, встретившийся ему в коридоре, высокий парень с желтыми, как у шакала, зубами и третий — самый старый из них.