Рунный камень
Шрифт:
– Ты это, – Пётр ткнул рукой в пожарище. – Если никого из нас скоро не появится, в том крайнем сарае, в углу под корытом поройся, как огонь погаснет. Оно жестяное, не сгорит. Мы там ваше оружие прикопали, должно уцелеть. В холстину завёрнуто и на три штыка в землю зарыто. Винтовки, патроны, гранаты, и не только ваши. Берите всё, лучше пусть у вас будет, чем там останется.
– Давай лучше сам приходи, – сказал Кирилл. – И желательно чтобы не один.
– Приду, – коротко пообещал Пётр. – Валер, идём!
Кирилл проводил взглядом товарищей и уселся на край брошенных санок.
– Интересно, что сейчас делают эти раздолбаи? – пробормотал он.
Два мага – один помоложе, в телогрейке, другой постарше, в мундире СС, шли по лесу как на прогулке. Фон Бланкенхайм для недавнего почти что покойника держался на удивление хорошо. Только слишком уж он был любопытен, а отвечать на его вопросы Денису совершенно не хотелось.
– Всё же непонятно, как именно вы сумели тут появиться, – сказал фон Бланкенхайм. – Насколько я понимаю, вы представители русских, но с вашей стороны фронта проломить купол не смог никто. Там, вроде бы, потеряли троих, после чего все попытки закончились.
– Непонятно – это хорошо, – сказал Денис. – Будем надеяться, что те, кто это всё устроил, тоже не поймут ничего. Для вас наше появление тоже прошло незамеченным?
– Я добрался сюда всего три дня назад – очень много времени ушло из-за диверсий на железной дороге. Мне казалось, я наверстаю потерю, как только прибуду. Этот мундир и гипнотическое воздействие сейчас открывают многие двери Европы. К сожалению, настоящие хозяева этих земель имели своё мнение о том, можно ли мне здесь находиться.
– Хозяева? – быстро спросил Денис. – Их много?
– Мне хватило всего лишь одного, – грустно усмехнулся фон Бланкенхайм. – Я не успел ничего сделать. Центр их силы тут, где-то под Бобруйском, но у меня не было возможности определить, где именно. Я пытался раскинуть поисковую сеть, но в итоге нашли меня.
– Знаете, Вилли, – сказал Денис. – Я бы вам рекомендовал от магии воздерживаться. И поисковой, и любой другой. Хотя бы тех пор, когда я с моим коллегой осмотрю вашу защиту.
– Вы тут не один?
– Нас двое, – сказал Денис. – Ещё маг огня.
– Огня? Он-то что здесь делает?
– То же, что и я. Пытается выбраться из неприятной ситуации, в которую не собирался попадать. Чем ещё тут можно заниматься?
– Судя по вашим словам…
– Да, да, мы сюда отнюдь не собирались. Более того, у нас на шее висят шесть человек, которые тут вообще не при чём. Мы в ответе за их жизнь и здоровье. Но, по всему получается, что уйти отсюда тихо не выйдет.
– Вы сказали человек? Это в смысле непосвящённых?
– О, нет, Вилли, посвящены они уже просто целиком и по уши. Просто не маги. Не то чтобы мы с Женькой этого хотели, но так вот получилось. А их безопасность для нас вопрос первоочерёдный.
– Непривычно слышать про безопасность на захваченных землях. Они же, как я понимаю, тоже русские?
– Не только. Часть украинцы. Впрочем, я не думаю, что для оккупантов это важно. Для них все эти люди в лучшем случае такие же недочеловеки, как и всё остальное местное население. Так что мы оставили товарищей у местных жителей на постое, а сами хотели подготовить наше, – Денис замялся, – дальнейшее перемещение. Но тут нам весьма неудачно подвернулись вы. Есть у меня такое подозрение, что спокойно продолжить свой путь, как мы первоначально хотели, у нас уже не выйдет.
– Да, вырваться отсюда столь же невозможно, как и проникнуть, – подтвердил фон Бланкенхайм.
– Придумаем что-нибудь, – сказал Денис. – Не впервой.
– Извините, но ваш возраст…
– Возраст – не опыт. В магическом противостоянии я сейчас превосхожу даже вас.
– Боюсь, меня сейчас превзойдёт даже новичок-первогодок. Не думаю, что от меня вообще будет хоть какой-то прок в ближайшее время.
– Ну, это мы ещё не факт. Мы с Женькой не только калечить умеем. Уж как-нибудь залатаем.
– Денис, вы постоянно упоминаете свой опыт, но можно ли мне полюбопытствовать, в чём он заключается?
– Это долгая история, Вилли. Её лучше рассказывать в спокойной обстановке. Вот доберёмся в деревню, будет возможность рассказать всё как полагается.
– Боюсь, – напряжённо сказал фон Бланкенхайм, – с этим возникнут проблемы.
– Да ладно, Вилли, уж насчёт вашей формы мы чего-нибудь придумаем. На крайний случай, проведём вас как ценного пленного.
– Я не об этом. Неужели вы ещё не заметили? Ветер доносит запах гари. Там, впереди, где ваша деревня, сейчас ничего хорошего!
– Вот чёрт! – Денис замер и сконцентрировался, затем дёрнулся и устремился вперёд.
– Подождите! – фон Бланкенхайм бросился за ним следом. – Постойте же!
Денис его не слышал. Он уже нёсся к опушке леса, хотя отлично понимал, что в любом случае опоздал. На опушке он вновь замер, прислушался к окружающему миру и кинулся в сторону чуть заметного сигнала. Фон Бланкенхайм пытался бежать следом и то и дело проваливался в снег. К одинокому человеку в лесу Денис прибежал с напрочь сбитым дыханием.
– Ага, – невесело поприветствовал его Кирилл. – Именно. То самое слово. Мы с Валеркой и главой местным за дровами пошли, нас только поэтому не достали. Эти двое отправились к партизанам, а я тут жду вас.
– Твою мать, – Денис хватал воздух ртом. – На пять минут вас оставить нельзя!
– Пять, не пять, – Кирилл вздохнул, – а ребят увезли. Мы даже сделать ничего не смогли. Подъехали несколько броневиков, людей в грузовики загнали и всё. А село под корень сожгли.
– Вот уроды! – Денис перевёл дух и сказал. – У нас тоже всё плохо, но это я потом расскажу, когда Женька придёт, чтобы не повторяться.