Чтение онлайн

— Есть кой-какие причины, — «признался» Собков. — Но вас это не должно беспокоить…

— Как это не должно? — в полный голос заорал Филимон, заглушая гул самолетных двигателей. — Все мы люди, все — человеки, обязаны помогать друг другу!

— Филя, не кричи, — ущипнула крикуна супруга. Снова повернулась к соседу. — Все же, что вас беспокоит?

— Видите ли, — нерешительно продолжил киллер. — Я уже говорил — живу в Сибири, теперь вынужден пару месяцев побыть в столице. Где поселиться? В гостинице — накладно, снять квартиру выйдет подешевле, но немалый риск напороться на преступников…

— Никаких гостиниц, никаких преступников! — громыхнул Некуда. — Поселишься в нашем коттедже. На месяц, год — сколько пожелаешь. И нам с Нилой будет веселей, и тебе удобно.

«Сибиряк» для вида посмущался, поотнекивался. Потом согласился. С оговоркой: будет платить за постой. И за питание — тоже. Не торгуясь — сколько скажут.

Договор скреплен бутылочкой французского коньяка. Некуда ответил бутылкой «бургундского». Сергей Сергеевич достал из саквояжа пару банок консервированных омаров, Филимон Терентьевич выставил селедочку в винном маринаде. Женщина добавила экзотические фрукты.

Скоро все три столика были заняты выпивкой и закусками. Неонила Федосеевна, не чинясь и не скромничая, приняла участие в самолетном застолье.

— Севка, небось, уже ожидает в Шереметьево, — сыто рыгая, информировал нового друга Некуда. — Велено встретить не на дерьмовой «волге», прикатить на «мерсе»…

— Филя, веди себя прилично, не ори и не рыгай, — продолжала воспитывать мужа Неонила. — Ты — не грузчик и не бомж — солидный человек. Бизнесмен.

— Исправлюсь, Нилочка, ей Богу, исправлюсь… О чем это я? — проглотив кусок наперченного мяса, Филимон Терентьевич возобновил прерваную беседу.

— Если не влезем в «мерс», найму еще одну тачку. Бабки, слава Богу, имеются, — продемонстрировал он об"емистый бумажник. — Не растряс…

— Филя, выбирай выражения. Не растряс, а — растранжирил.

— А я что говорю? — искренне удивился Некуда. — Рас-тран-жи-рил. По нашенски — промотал.

Трепался новый русский до самой Москвы. Фантазировал по поводу будущей совместной работы с новым другом, приоткрывал, чуть-чуть, с краю, коммерческие планы.

Собков внимательно слушал. Любая мелочевка может пригодиться, любой намек превратиться в трамплин для очередного прыжка. Ему не улыбалось погрузиться в пучину современного бизнеса. А вот испоьзовать глуповатого предпринимателя в качестве своеобразного щита — что может быть лучше?

Происшествие в здании аэропорта еще больше укрепило зародившуюся дружбу.

Собков обратил внимание на трех парней и одну девчонку, которые, похоже, следили за бизнесменом и его тощей супругой. Не так за ними, как за их вещами: двумя плотно набитыми сумками и дипломатом, который Некуда ни на минуту не выпускал из рук.

Щипачи. Нацелились на очередную добычу. Ну, что ж, дорогие «коллеги», работайте, трудитесь на ниве воровства и грабежа, мешать не стану… Впрочем, как это не стану? Люди, можно сказать, облагодетельствовали его, предложили надежное укрытие, разве оставишь их в беде?

Александр сделал вид — сохранность багажа попутчиков его не волнует. Даже отвернулся в сторону разукрашенной во все цвета радуги манерной дамочки, явно российского происхождения. На самом деле, напрягся, привел свои мышцы в состояние «готовности номер один».

Четверка сколочена на славу, видимо, не впервые выходят на промысел. Каждый член шайки знает свою задачу и очередность ее выполнения. Девица подбежала к супругам Некуды. На лице — растерянность, глазки обшаривают сидящих и разгуливающих по залу авиапассажиров. Трое парней разошлись и приблизились к месту действия с разных сторон.

— Простите, пожалуйста, — плачущим голосом, обратилась телка к Филимону Терентьевичу. — Я встречаю дядю, он должен был прилететь этим рейсом, а его нет… Такой же, как вы, солидный, представительный… Случайно не видели?

Приемчик далеко не новый, срисован со средних веков. Отвлечь внимание, заставить позабыть про вещи. Хотя бы на несколько минут…

А ведь сработал! Бизнесмен распахнул и без того немалые глазища, недоуменно развел руками. Дипломат зажал между коленями. Его супруга соболезнующе заохала, принялась выспрашивать дополнительные приметы «дядюшки». Наводчица остановилась так удачно, что семейная пара была вынуждена повернуться спиной к своим вещам.

Пока Неонила охала и всплескивала ручками, а ее муж недоуменно таращился, один из парней, проходя мимо, спокойно поднял обе сумки и направился к корешам. Те приготовились выдвинуться на первый план, прикрыв своими телами главное действующее лицо.

Так бы и получилось, не вмешайся Собков.

Резкий удар ребром ладони по шее бросил воришку на упавшие сумки. Одновременно, Александр невежливо схватил за руку девчонку. Слегка повернул против часовой стрелки. Ага, сразу дошло до сознания — завизжала, затрепыхалась.

— Воры, паскуды! — заорал на весь зал Филимон. — Сейчас вызову милицию!

— Не надо никакой милиции, — остановил бизнесмена Поронин. — Они свое получили, пусть убираются… Слышали, что сказал? — повернулся он к воришкам. — Или повторить? — показал им внушительный кулак.

Повторять нет необходимости. Ворча на подобии побитых собак, обещая фрайеру еще раз встретиться, компания растворилась в толпе.

Филимон с такой силой прижал к себе спасителя, что далеко не слабый киллер едва не взвыл.

— Филя, прекрати издеваться над Сереженькой! — остановила мужа Нила.

— Ты ему ребра поломаешь…

— Разве? — снова удивился силач. — Извиняй, дружище, я — по душевной доброте…

Жилище семейства Некуды располагалось в Ближнем Подмосковье, в пятидесяти километрах от кольцевой дороги. Комнату постояльцу отвели на втором этаже. Пока Филимон рассказывал новому другу о местных достопримечательностях, Неонила серенькой мышкой сновала вверх-вниз, стаскивая с помощью служанки в «аппартаменты» гостя постельное белье, самые мягкие подушки, какие-то мужские пижамы, тапочки нескольких сортов и размеров.