Чтение онлайн

Кто-то из вас уже решил, что я свихнулся. И что если мне нужен среднемоторный суперкар, то лучше бы я купил Ferrari 430, он быстрее и вообще намного лучше. Все так, но в наши дни Ferrari слишком много о себе понимают, а мне это не очень по душе.

Я не люблю смотреть, как Жан Тодт [151] каждый второй уикэнд сидит на пит-уолле с таким видом, будто хоронит свою собаку. Так и хочется встряхнуть его и сказать: «Послушай, чувак, ты же глава гоночной команды Ferrari! Пойди и разряди огнетушитель прямо в штаны Рону Деннису [152] или придумай еще что-нибудь!»

И мне не нравится, что Ferrari не позволяют использовать свои машины в компьютерных гонках Gran Turismo. А еще, вы заметили, что в мультике «Тачки» студии Pixar в самом конце Ferrari появляется в сопровождении двух Maserati Quattroporte?

Совершенно очевидно, что эту сцену придумали не в Голливуде, а в официальном штабе Fiat SpA. «Си. Вы можете использовать изображение наших машин, и мы разрешаем мистеру Шумахеру поучаствовать в озвучке. Но если там не будет парочки Maserati, это разобьет наше сердце. И вашу голову».

Честное слово, продюсерам фильма надо было использовать Gallardo. Потому что, сдается мне, в Lamborghini этого бы никто не заметил. Они все курили бы за велосипедным сараем, раздумывая, можно ли приделать их следующей машине большие сиськи.

Ferrari — это серьезные машины для серьезных людей, разъезжающих с серьезным выражением лица. Gallardo тоже может быть серьезной. У нее электрооборудование Audi и технологии Audi. Но когда несешься к следующему повороту на волне сверхмощного звука, наполовину ослепленный обивкой собственных сидений, то ревешь, как обезьяна-ревун, и жалеешь, что одет.

Попробую выразить это так. На последнее шоу группы The Who я пошел вместе с Gallardo. Мы прошли с нею за сцену, и она отлично смотрелась среди рок-звезд и обслуживающего персонала группы. Она была там так же в тему, как Ferrari на продуваемом всеми ветрами треке в Чешире. [153]

Итак, впервые в истории вы можете купить Lamborghini. Я бы лично купил.

Однажды, много лет назад, ко мне подошел какой-то менеджер с телевидения, не помню, как его звали. Вроде бы он работал с Гриффом Ризом Джонсом [154] или с Виком Ривзом. [155] Или с кем-то еще.

Понимаю, что это не самое захватывающее начало, но послушайте минутку. Видите ли, этот самый менеджер как-то раз арендовал JCB3 на выходные и так увлекся перекапыванием своего сада, что даже попить-поесть домой не заходил.

«И тогда, — сказал он, — я подумал о телешоу и чтобы его вели вы. Знаменитости на экскаваторе! Собрать команды и заставить их поднимать и класть обратно всякие штуки. В 19 часов на канале ВВС1. Здорово, а?» Я кивал с умным видом, изображая заинтересованность, а сам в это время прикусывал щеки, чтобы не рассмеяться. И пока он развивал свою мысль, я сжевал порядочно собственной плоти, пытаясь сохранить на лице невозмутимое выражение.

«Нет, правда. В одну команду я бы взял Кита Чегуина, а в другую — какую-нибудь крошку из рекламы шоколада Cadbury Flake. И заставил бы их месить грязь под руководством двух толстых ирландцев, у которых штаны на заднице не держатся».

Я еще какое-то время слушал, затем пообещал менеджеру подумать об этом, вышел, и, несмотря на боль в изжеванных щеках, со мной случилась истерика. Самая настоящая, с соплями, слезами и риском для жизни. Когда боишься ослепнуть от того, что в глазах полопаются все сосуды.

Однако на прошлой неделе я перестал смеяться, потому что мне самому пришлось взять напрокат экскаватор, чтобы расчистить авгиевы конюшни в моем саду. И теперь я точно знаю, что так захватило этого Гриффа Риза Джонса, или Вика Ривза, или как его там. И почему звездное шоу на экскаваторах, безусловно, новое слово в телеиндустрии.

Начнем с того, что самое замечательное в экскаваторе — его сложность. Мне случалось бывать в кабине космического шаттла и на месте пилота в самолете-разведчике Blackbird SR-71. Там все было просто и очевидно по сравнению с приборной панелью ворочающего грунт механизма. На ней множество рычагов, в которых можно запросто запутаться и натворить невесть что.

Зрители это любят — предвкушать, что Кит Чегуин может в любой момент остаться без головы.

В довершение мне достался экскаватор Volvo, который передвигается на двух гусеницах, как у танка, только очень маленьких. Смотрится он поэтому как слон, балансирующий на одной ноге. Ощущение такое, что стоит чуть накрениться или зацепить ковшом что-то потяжелее подушки — и машина перевернется.

А когда, находясь в кабине, пытаешься понять, что чем управляет, чувствуешь себя так, словно пытаешься делать лапароскопическую операцию, сидя на моноцикле.

Поначалу все не ладилось. С криком «Берегись!», общепризнанным предвестником всех больших несчастий, я крутанул ковш на 180 градусов и попал прямо по ноге своему десятилетнему сыну. Удар был таким сильным, что бедняга улетел дальше, чем это в свое время удалось братьям Райт.

Просто этот экскаватор намного мощнее, чем можно предположить по его субтильной и нескладной наружности. В чем я и убедился.

Изначальный план был прост: засыпать пруд со стоячей водой. Пара человек, интенсивно работая лопатами, справилась бы с этой задачей часов за восемь. С экскаватором это заняло всего 20 минут.

Так что вдобавок я решил разобраться с сильно заросшим участком сада. На это мне потребовалось полчаса. И осталась куча земли, которую надо было куда-то деть.

Какое же непередаваемое удовольствие — загребать полный ковш земли и, поигрывая рычагами, перемахивать его в нужное место, не роняя при этом ни камешка! Даже когда я просто думаю об этом, у меня мурашки бегут по спине. Кажется, что Землю действительно можно перевернуть.

Больше всего мне понравилось, что уже через пару минут после нескольких инцидентов с участием собственных детей (или Кита Чегуина) начинаешь понимать, как надо обращаться с этой машиной. Еще бы. Ведь она предназначена для дорожных рабочих, которые обычно умом не блещут.