Роза Версаля
Шрифт:
Полянский замялся: повода для расследования он не видел, скорее всего, купец где-то загулял. Но как объяснить это и без того расстроенной госпоже Глызиной?
Алексей Фёдорович откашлялся:
– Сударыня, вынужден огорчить вас, но в отсутствии вашего супруга я не вижу ничего криминального. Как это ни прискорбно, но, думаю, он просто где-то приятно проводит время.
Анастасия Николаевна округлила глаза:
– Боже мой! Что вы такое говорите? Да как вы можете?!
– Я понимаю, что сие звучит жестоко, но, увы, такова жизнь. К сожалению, в моей практике было много подобных случаев, – пояснил Полянский извиняющимся тоном.
– Ах… – женщина снова заплакала. – Но я отчего-то уверена, что с мужем приключилась беда! Эта статья про бриллиант маркизы Помпадур наделала вокруг его имени столько шума! Около нашего дома до сих пор отираются журналисты, воры и мошенники… Поэтому когда Василий пропал, я решила, что… – новый поток слёз помешал ей закончить фразу.
Однако Полянский уже насторожился. Он налил из графина воды и подал гранёный стакан посетительнице:
– Выпейте, вам надо успокоиться…
Купчиха приняла стакан дрожащей рукой и выпила всю воду.
– Вот и хорошо… А теперь, Анастасия Николаевна, прошу вас рассказать про бриллиант подробнее, – как можно мягче сказал Полянский.
Слегка успокоившись, женщина поведала господину следователю и о появлении сего злополучного бриллианта в их семействе, и о статье в бульварной газетёнке, и о последовавших в связи с её публикацией событиях.
Полянский слушал внимательно: он уже нутром чувствовал, что дело предстоит распутывать непростое.
– Вы сказали, что Василий Иванович вёл совместное дело с родным братом. Расскажите о Глызине-младшем подробнее.
Анастасия несколько смутилась, что не ускользнуло от зоркого Полянского.
– Илья Иванович ненамного моложе моего мужа. Вот уже почти десять лет они вместе занимаются коммерцией…
– Так, так… А не возникало ли между братьями трений? – Полянский решил сразу же «взять быка за рога».
– Но, сударь, я, право, не знаю. Я никогда не вникала в их дела…
Алексей Фёдорович понял: госпожа Глызина что-то знает, но говорить не хочет. «Или боится?»
– А где живёт Илья Иванович Глызин?
– В съёмной меблированной квартире в Бахметьевском переулке.
Полянский исподволь взглянул на писаря: весь их разговор с госпожой Глызиной тот исправно фиксировал на бумаге.
– Поезжайте домой, сударыня, отдохните. А вечером я нанесу вам визит, – пообещал Полянский.
Анастасия Николаевна покинула жандармский участок, охваченная весьма противоречивыми чувствами. Усевшись в экипаж, она приказала кучеру следовать домой.
«Что же теперь будет? Этот Полянский далеко не глуп… Конечно же, он навестит и Илью… Боже мой! А что, если тот во всём признается? И в убийстве Василия в том числе… Вдруг это Илья всё-таки постарался, но не желает мне открыться? Ну и ладно! Пусть будет, что будет! Зато я наверняка стала уже вдовой и вскоре обрету полную свободу и приличное состояние. А если Илью арестуют и отправят на каторгу, то я буду вправе распоряжаться и его долей капитала…» – размышляла Анастасия Николаевна по дороге на Пречистенку.
Алексей Фёдорович, любезно распрощавшись с посетительницей, просмотрел записи писаря.
– Так, так… – по привычке произнёс Полянский, что означало крайнюю степень его озабоченности чем-либо. – Интересная история вырисовывается: после того как вся Москва насладилась пикантными подробности из жизни хорунжего Глызина, купец Глызин внезапно пропадает… Возникает естественный вопрос: почему? Надобно бы почитать ту статью… Может, именно она и таит в себе разгадку?
Долго искать номер «Тайн Москвы» трёхдневной давности Полянскому не пришлось. Он попросил писаря «соорудить» чайку, после чего, расположившись за письменным столом поудобнее, начал всестороннее изучение искомой статьи.
– Так, так… Ну и газетёнка! Ничего более бесстыдного не встречал, – резюмировал Алексей Фёдорович по прочтении. – Печатать с чьих-то слов такие подробности?! Беспардонно влезать в чужую жизнь?! Возмутительно! Однако для начала следует выяснить, что в статье правда, а что – вымысел. Пока же, думаю, стоит посетить господина Глызина-младшего. Может быть, он прольёт свет на французские похождения своего старшего брата? – поручик взглянул на часы: стрелки показывали четверть пятого.
Воспользовавшись казённым экипажем, Полянский отправился во владения господина Бахметьева – в район, где сей господин сдавал квартиры внаём. Быстро отыскав нужный адрес, Алексей Фёдорович, несмотря на хромоту, столь резво проскочил мимо престарелого консьержа, что тот даже рта не успел раскрыть.
Поручик уверенно позвонил в квартиру № 5. Дверь открыл сам хозяин.
– Простите, сударь, я имею честь видеть Илью Ивановича Глызина? – решил уточнить на всякий случай Полянский.
– Да… – растерянно пролепетал Илья, у которого всё внутри похолодело от одного только вида жандармской шинели.
– Вы позволите мне войти? – вежливо поинтересовался визитёр.
– П-прошу… – заикаясь, пригласил Глызин непрошеного гостя.
– Благодарю.
Полянский вошёл в квартиру, снял шинель и фуражку, проследовал за хозяином в гостиную.
– П-присаживайтесь… Вино? Коньяк? – робко предложил Глызин-младший.
Поручик на диван сел, а от угощения отказался:
– Нет, нет. Благодарю, я на службе.
– А я выпью, – Илья наполнил рюмку коньяком и одним махом осушил её.
Полянский, разумеется, заметил явную нервозность хозяина.
– Теперь, сударь, мы можем побеседовать? – вкрадчиво поинтересовался он.
– Да, да, разумеется! – воскликнул несколько приободрившийся Илья.
– Что ж, прекрасно. Сразу хочу предупредить, что мой визит исключительно частного характера…
Илья кивнул:
– Понятно. Если бы в чём-то подозревали, вызвали бы к себе…
– Совершенно верно. Итак, сегодня меня посетила госпожа Глызина и поведала об исчезновении своего мужа: минуло вот уже два дня, как никто из домашних не видел его. Я хотел бы просить вас, Илья Иванович, о помощи…