Чтение онлайн

Расчёт Ромула оправдался. Сервий не отдал никаких команд и не тронулся с места.

— Что происходит? — вскочил Амулий.

— Ничего страшного, государь, — ответил Ромул. — Просто мои друзья будут на время собрания охранять порядок. А к тебе у меня есть вопрос. Ты говорил, что честному человеку нечего скрывать. Зачем же ты украл Фаустула и Рею Сильвию и заточил их в подвале тюремной башни? Сегодня утром я освободил их оттуда.

— Я никого не крал, — нахмурился Амулий.

— Слушайте все, — обратился к толпе Ромул. — Знаменитый разбойник Кальпур предложил Амулию похитить Рею Сильвию. Тиберин не счёл её виновной, она спаслась и жила под именем Илии в Габиях с мужем греком Агисом и тремя детьми. Мы с Ремом учились в Габиях, встречались с ней, но не знали, что она наша мать. Там же мы видели Кальпура. Он под видом купца Герула ходил в дом Агиса. Он узнал Рею и предложил Амулию за плату украсть её. А царь отдал двойную плату за то, чтобы Кальпур ещё убил бы её мужа и детей. Разбойник пришёл в дом Агиса, опоил всех сонным зельем, увел Рею, а остальных сжёг вместе с домом!

— Ложь, — ледяным тоном ответил Амулий. — Наглая ложь. Откуда ты мог такое узнать?

— Кальпур сам рассказал это перед тем, как Рем убил его в поединке, мстя за наших сводных братьев и сестру. Рем тоже слышал это.

— Ложь. Ты и Рем сговорились против меня, у вас нет независимого свидетеля.

— Есть! — шагнул вперёд Сервий. — Я через дверь слышал твой разговор с Герулом. Ты сказал: «Плачу вдвое, но убей ублюдков и их отца».

— Изменник! — взвизгнул Амулий, но тут к нему бросилась разъярённая Рея.

На её правом запястье висела цепь, конец которой был зажат в кулаке. Она хотела что-то сказать, но не смогла, и тогда взмахнула цепью и изо всех сил хлестнула ею царя. Удар пришёлся в голову, Амулий охнул и вместе с креслом повалился на бок.

— Это тебе за детей! — наконец выдавила Рея.

Братья подхватили мать, старейшины столпились вокруг Амулия. Нумитор подошёл к телу брата, повернулся к народу и проговорил:

— Кровь погубленных младших детей Реи, моих внуков, отомщена. Мой преступный брат мёртв. Я принимаю власть над Альбой Лонгой и отныне считаю старших детей Реи, Ромула и Рема, моими наследниками.

По толпе прокатился шум, словно порыв сильного ветра налетел на вершины соснового леса. Люди постепенно стали расходиться.

— Подождите! — тонким голосом закричал Манилий. — Мы не закончили дело о краже коня!

Наступила тишина. Через мгновение её нарушил Ромул:

— Высокий суд! — обратился он к Манилию. — Поскольку доказано, что Рем внук Нумитора, а конь и убитый раб-пастух являются его же имуществом, это дело подлежит семейному суду, и его должен решать в частном порядке глава семьи, то есть Нумитор. Не так ли, достойный Манилий?

— Ты прав, юноша, — согласился фламин. — Собрание закончено!

Нумитор подозвал Гнея:

— Устрой большое угощение для людей Ромула где-нибудь у Ференты на берегу озера. А Ромул тебе поможет там их собрать.

Горожане, обсуждая случившееся, стали покидать площадь.

Над Альбанским озером взошла луна и отразилась в воде, по которой сонный ветер гонял пятна ряби. На берегу горели десятки костров, пахло жареным мясом, аппетитный дым расстилался над берегом и плыл к Ференте. Лесные люди, сидя на траве, пировали у огня, слуги суетились, разливая вино и подкладывая еду в глиняные блюда.

Выше под дубом стоял длинный царский стол, уставленный серебряной посудой. Кресло Нумитора поставили так, чтобы ему был виден берег и костры пирующих, справа от царя сидел Рем, за ним Гней, Люций, Фаустул, Плистин и Тарпей. Слева от Нумитора устроилась Рея-Илия, по-царски одетая и наконец-то освобождённая от цепи, рядом сели Ромул и его друзья — Юлий, Туск, Фул и Анк. Анк приехал днём узнать о судьбе пропавшего Ромула. Накануне Секст, вернувшись с прогулки, объявил, что Рем убит, и отныне он вожак отряда, но ему не поверили, заперли, а альбанца Анка послали на разведку.

Рем излагал Гнею свой план создания конного войска, Плистин в который раз пересказывал Фаустулу подробности его освобождения, а тот хвастался своей изобретательностью. Пастух положил в цисту гусиные яйца, чтобы избежать расспросов, зачем ему нести в город пустую корзинку. Юлий держался как победитель: действительно, быстрота и слаженность действий его отряда переломили ход событий.

— Знаешь, почему Марс выбрал тебя? — шепнул Ромул матери. — Потому что ты самая красивая женщина на свете. Даже красивей Герсилии.

— Герсилии? — переспросила Рея. — Ты знал её? Ту, которую отец продал сабинскому князю?

— Да, в то лето я был её тайным мужем, — вздохнул Ромул. — Если бы не это, мы бы поженились.

— Бедный мальчик. Ты любишь её, а обязан забыть.

— Нет, мы связаны страшным заклятьем, и я ещё её завоюю.

— Ах, сынок, — грустно улыбнулась Рея, — ты однолюб, наверно, пошёл в меня. Ты знаешь, что Агис это Асканий? Мы любили друг друга ещё до того, как он покинул Альбу. Он не забыл меня, спас и взял в жёны. Но не следовало мне после бога идти за него замуж. Асканий сказал, что в Дельфах он узнал от пифии волю богов, разрешивших наш брак. Но теперь я поняла, что он меня обманул. Любовь была, а оракула не было. Наивный, он играл с огнём, и этим огнём погубил нашу чудесную жизнь. Конечно, это сделали Кальпур и Амулий, но, согласись, то было наказание Весты. Я думаю вернуться к служению богине, если только Порция меня примет...

Солнце через окна врывалось в комнату приёмов дома Нумитора. Тронное кресло было пустым, Нумитор сидел за столом между Люцием и Гнеем. Напротив, спиной к свету, разместились Рем и Ромул, сбоку склонился над вощёными досками писец Приск. Обсуждался договор между дедом и царственными внуками.

Рем торопился с отъездом, ему предстояло навести порядок в своей команде. Он требовал от Нумитора признать его наследником альбанского престола и, кроме того, просил средств на создание конного войска из 415 человек. О престолонаследии договорились сразу, но с войском вышла заминка.