Чтение онлайн

– Спасибо, друг, – в глазах Пульдиса заблестели слезы.

– Пустяки. Ты вот подвинься сюда, пошурши хвоей, а мне кое-что закончить надо.

Адамс поставил Пульдиса за спину и через минуту превратил вторую половину поля в густую чащу, которая упиралась в далекие горы.

– Вот теперь все. Проходи, садись, будь как дома. – Бенни провел над столом рукой, и из-под нее вынырнула запотевшая от холода бутылка водки, две рюмки и две огромных порции свежезажаренного мяса. – Угощайся! – гостеприимно развел он руками, потом взял бутылку и свинтил пробку. – Признайся, давно водочку не пил?

– Господи, Бенни! – хрипло выдавил из себя Пульдис. – Как ты все это вытворяешь?!

– А я не знаю, – весело ответил Адамс и налил по полной. – Ну, выпьем?!

– За встречу!

Бенни действительно не понимал, как он делает то, что делает, просто чувствовал, что в мире Джорджа он может все.

Чарли плакал. Он все понял. Бенни лишь коротко пояснил ему, что он не умирал, а сейчас появился, чтобы рассчитаться с Джорджем. На вопрос о своих способностях и новых знакомых Адамс ответил уклончиво, решив пока не отягощать память друга лишней информацией. Пульдис молча кивнул головой, ему не надо было долго объяснять очевидные вещи. Он лишь спросил:

– Если все будет нормально, мы еще поговорим с тобой?

– Конечно, – ответил ему Бенни.

А теперь он плакал, и Адамс знал о чем: о своем потерянном жилистом теле и о прошлой жизни вообще.

– Прости, Бенни, за слабость, – всхлипнул он последний раз. – Уж так я себя потом ругал, когда понял, какой прохвост этот Джордж. Ох, как сладкоречив он был, когда говорил о твоей смерти, о вечной райской жизни, о величии стороннего наблюдателя за вселенной. Да собственно, и выбора у меня не было: если бы я отказался, его мордовороты открутили бы мне башку. Я ведь всех баб в деревне обрюхатил. – Пульдис заметил лукавую улыбку Адамса и поправился. – Ну, почти всех. Больше я ему был не нужен.

– Ошибаешься, Чарли, еще как нужен! Он ведь тебя оставил как заложника, хотя, скорее всего, тоже был уверен, что я погиб. Кроме того, друг мой, я подозреваю, что Джордж еще и собирает информацию, вот только вопрос, для кого? – Адамс посмотрел на опустившего голову Пульдиса. – Чарли, а ты мне ничего не хочешь рассказать?

– Хочу, Бенни, – тихо ответил Пульдис. – Но не смею. Я ведь профессиональный вояка. Нет у меня ни семьи, ни родных. Всю свою жизнь я как цепной пес Управления социальной безопасности делал грязную работу. – Он поднял глаза на друга. – Не отвергай меня, Бенни, я ведь, считай, уже на том свете, мне врать не полагается. Простишь?

– Прощу. Но ты должен рассказать мне все!

– Наизнанку вывернусь, нет у меня никого дороже, чем ты, только еще Георг.

Через полчаса Барри и Джеф шли по полутемным коридорам восточного крыла базы. Глетчер катил перед собой тележку с баночками, банками, канистрами и инструментами. Он шел и думал, как смогли ученые и инженеры, его современники, придумать так много выдающегося: начиная с «Первого Звездного» и кончая такими мелочами, как методы сверхдлительного хранения материалов. За что же так несправедливо обошелся с его народом Рок?! Барри тряхнул головой и переместил свое внимание на то, что происходило вокруг. Фокс шел чуть впереди и озадаченно посматривал вокруг, непрерывно бормоча себе что-то под нос. Все-таки он немного странный, подумал Глетчер, наверное, время и одиночество наложили на него отпечаток.

– Джеф, ты чем-то расстроен?

– Да. Видишь, дорогой мой друг, какое здесь запустение? За пять тысяч лет я не нашел времени заглянуть сюда, а теперь, когда у меня появился долгожданный гость, я веду его здесь, где грязно, как в пыльном чулане!

– Господи, Джеф, пустяки какие! База – огромное сооружение, уж мне ли этого не знать. Разве можно сравнивать ее с домом или квартирой?! Ничего, вдвоем мы все здесь поправим.

– Да, поправим, – задумчиво согласился командор. – Послушай, Барри, а что ты будешь делать с Блюком?

– Что значит делать?

– Ну, представь, выходим мы завтра поутру к Черепахе, ты открываешь люк, а Блюк тебя оттуда лазером – клюк! И готово.

– Да, об этом я как-то не подумал.

– Еще тебе вопрос: где гарантия, что он в своем рюкзачке какой-нибудь пеленгатор не приволок? Включит и своим хозяевам знак подаст?

– Нет, маловероятно.

– Почему же?

– Я успел познакомиться с уровнем их техники, он ниже нашей, гораздо ниже. Они деградируют, командор, медленно, но верно, в этом я убежден. Нет у них таких портативных передатчиков.

– Сомневаюсь, но спорить не буду. Я тебя, Барри, вот о чем попрошу: дай мне встретить твоего пассажира. А ты где-нибудь рядом будешь, но только не вмешивайся, пока я не дам знак.

– Зачем тебе это, командор?

– Не могу тебе объяснить, просто чувствую в этом необходимость. Ты хочешь вернуть свою жену и будущего ребенка?

– Джеф, это совершенно излишний вопрос.

– Тогда мы должны сделать все, чтобы хозяева Блюка были уверены, что ты погиб.

Глетчер пожал плечами, он не разделял подозрений и опасений своего товарища, но спорить с ним не стал. Пусть сделает то, что считает нужным, если это успокоит его.

– Значит, договорились. Ты сможешь через Тиссу подключить внешние динамики Черепахи?

– Запросто.

– Тогда утром не удивляйся, что бы я ни делал. Обещаешь?

– Обещаю. Но что ты задумал?

– Точно не скажу, потому что придется импровизировать. В одном я твердо уверен: тебе надо сидеть тихо.

Они дошли до лифта, до автоматических дверей, и принялись за дело. Возились долго, молча и сосредоточенно. Наконец Фокс, погоняв в очередной раз технику, сказал, что доволен, и стал укладывать инструменты.

– Джеф, а ты не хочешь подняться наверх?

– Зачем? – Согнутая спина командора напряглась.

– Посмотреть. Ты ведь ни разу не выходил? – понизив голос, спросил Глетчер.

Джеффри поднял голову. В его глазах читалась борьба между страхом и желанием.

– Джеф! – Барри говорил медленно и ласково. – Нам надо выйти наружу.

– Ты так считаешь?

– Да!

– Что ж, пошли.

Они вышли из шахты лифта, прошли короткий коридор и оказались на вертолетной площадке. Была ночь, звездная и тихая. Фокс, крепко вцепившись в плечо Глетчера, восторженно вдыхал грудью порывы ветра.