Робокоп II
Шрифт:
– Повеселимся, — предложил Базз.
Приятели стали добивать останки машины, раз за разом стреляя по её исковерканному корпусу то из одного, то из другого оружия.
Но где-то в глубине этого ада вдруг обнаружилось движение.
Бандиты прицелились и с любопытством повытягивали головы. Почти незаметно из-за огня и дыма отворились двери со стороны водителя.
– Что — то мне почудилось, — пробормотал Базз.
– Мне тоже, — сказал Чёт.
На покрытую огнём улицу ступила тяжёлая металлическая нога. Из автомобиля выкарабкалась сверхестественная огромная фигура в шлеме, напоминающая помесь старинного рыцаря и современного хоккеиста.
– Сволочь! — простонал Флинт. — Это ОН, Старик, этот самый Роботип.
– Прибей сучьего сына! — приказал Баэз.
Бандиты, испуганно тараща глаза, подняли оружие и засыпали наступающего киборга градом пуль.
Но Робокоп шёл медленно и уверенно. Пока пули, не причиняя ему вреда, отскакивали от металлической поверхности, он опустил правую руку и пальцы его сомкнулись на висящем в кобуре у пояса пистолете с «Авто-9».
Робо обвёл взглядом пространство, активизируя своё прицельное устройство. Четверо бандитов неподвижно застыли перед ним. Робо быстро вычислил наилучшую траекторию, поднял пистолет и трижды выстрелил. Особых проблем процедура эта у него не вызвала.
Сперва упал Чёт, — вывалив на колени внутренности своего живота.
Базз, у которого вместо сердца образовалась дырка, подлетел высоко в воздух. Его тело рухнуло на крышу автомобиля и, проехавшись по ней, свалилось на тротуар с противоположной стороны, а сердце упало на мостовую в том месте, где ещё пару секунд назад стояли его ноги — и, громко плюхнувшись, ударилось об асфальт.
Бред тоже вокруг перестал стрелять — один из выстрелов Робо попал ему в лоб, прорубая с обратной стороны черепа канал, по которому стекал мозг. Тело Бреда шмякнулось на тротуар, словно мешок дерьма.
Робе повернулся к оставшемуся бандиту, к дрожащей медузе по имени Флинт.
– Полиция, — произнёс Робо.
Флинт уронил оружие.
– Старик, это уж чересчур.
Он сунул руку в карман и вытащил ампулу НУКЕ.
– Ничего не могу поделать, старик.
Он поднял ампулу к шее. Невероятно ловким и быстрым движением Робо рванулся вперёд, хватая парня за запястье. Он моментально спрятал оружие в кобуру и вырвал ампулу из руки сопляка, после чего расколол наркотик в ладони.
Робо посмотрел на остатки ампулы, анализируя её содержимое. Наркотик. Запрещённый. Синтетический. Нейротоксичный.
Он поднял извивающегося Флинте высоко в воздух.
– Кто делает эту отраву?
– Не знаю, — завыл сопляк.
Робо повторил вопрос голосом, который казался почти столь же металлическим, как и вся его фигура.
– Кто… это… делает?
– Не знаю, Старик. Я только знаю, где его достают. Робо медленно опустил на землю дрожащего бандита.
– Прекрасное начало, — сказал он. — А теперь у тебя есть право не отвечать на вопросы…
ГЛАВА 4
«НУКЕ-атируй меня» и «НУКЕ — король», гласили лозунги, написанные на стенках светящейся краской. В каждом закоулке валялись бродяги, дрожа во сне и пытаясь укрыться от холода влажного ночного воздуха. Повсюду полно было мусора и брошенных, обгоревших скелетов машин. Витрины магазинов забиты досками.
Всё вокруг напоминало, скорее, кладбище.
«Впрочем, — пришёл к выводу Робо, — это и есть кладбище».
Где-то вдалеке у него за спиной и даже за пределами поля восприятия его сенсорной системы, в сторону того же квартала двигался огромный «Харли-Девидсон». Голова мотоциклиста была скрыта каской, а сама машина разукрашена черепами и свастиками. Водитель спокойно съехал по насыпи. Мотоцикл, ворча, остановился, а его металлическая подпорка выпустила небольшой снопик искр.
Фигура в шлеме вытащила из кармана куртки компьютерную карту и стала внимательно её рассматривать.
Водитель прекрасно знал, куда он попал. Знал он и то, куда собирается дальше.
А гораздо дальше Робо продолжал маршировать опустевшими улицами. Он остановился перед руинами старого итальянского ресторана, скромного семейного заведения, закрывшегося пару лет назад, забитого досками и размалёванного красочными граффити. Робо повернул лицо налево, потом направо и привёл в действие тёрмограф. Поблизости было какое-то тепло. Он сконцентрировался на трубе брошенного дома. В глазах Робо труба светилась ровным потоком пульсирующего тепла.
Робо обошёл ресторан сбоку, внимательно оглядывая окрестности. Поблизости был припаркован большой серебристый лимузин. «Странно», — подумал Робо. Дорогой автомобиль с мёртвом районе показался ему явно не на месте. Робо подошёл к служебному входу в ресторан и осторожно покачал доски, которыми тот был забит, следя за тем, чтобы скрип вытягиваемых гвоздей не производил слишком большого шума.
Он медленно приоткрыл двери. Прислушался. Из глубины дома доносился слабый отголосок звучащей там музыки. Осторожно ставя ноги на прогнившие доски пола и усиливая чуткость своего слуха, Робо двинулся внутрь. Музыка доносилась из того места, где некогда располагалась кухня ресторана. Робо напряг слух. На кухне что-то варилось. Запахи и звуки, проникающие оттуда, явно не имели связи с традиционной кухонной обстановкой.
Робо остановился у тяжёлых металлических дверей, отделяющих его от кухни. Он тихо постучал. Открылось маленькое прямоугольное окошко, в котором появилось удивлённое лицо. Робо быстро оглядел кухню. Там расположилось химическое предприятие. Женщины с латиноамериканскими и восточными лицами переливали наркотик из больших канистр, украшенных надписью НУКЕ, в маленькие ампулки. Другие размещали заполненные ампулы в контейнеры. Одна из женщин занималась парой детишек. Атмосфера, как её оценил Робо, радостной и свободной, почти как в те времена, когда ресторан ещё был семейным делом.