Чтение онлайн

Обсуждая с товарищами планы дальнейших действий, Денис наблюдал за тем, как Нюрка лениво пережевывала кусок лепешки, достав его из сумки. Чтото в этом показалось неправильным. Что?

Вдруг дошло он с утра мучается голодом, бурча на весь лес пустым желудком, мечтая съесть даже какойнибудь мухомор и совершенно забыв о том, что хозяйственная деваха, потроша вчера седельные сумки угнанных лошадей, загребала себе вовсе не боеприпасы, а жратву.

Еле сдерживаясь, чтобы не выхватить из Нюркиных рук остатки лепешки, парень деланно спокойно произнес:

Ну, да ладно. Война, как говорится, войной, а обед по расписанию. Давай, Нюрберг, накрывай поляну. Выкладывай все, что намародерничала.

Девушка принялась оглядываться то ли в поисках поляны, то ли того, чем должна была эту поляну накрыть. При этом усиленно задвигала челюстями, стараясь быстрее проглотить оказавшийся там кусок, после чего наверняка собиралась потребовать от парня разъяснения его предложения.

Попаданец понял свою очередную оплошность и поспешил выдвинуть более конкретное требование:

Выкладывай, что там у тебя в сумке съестного. Не видишь, что ли, твои товарищи проголодались, и для убедительности показал на Георгия.

Да? искренне удивилась глядя на того Нюрка. Так ты ж всю дорогу мясо жевал.

Что он жевал? Мясо? под аккомпанимент желудка возмущенно удивился Денис. А ну, дай сюда сумку!

Вот так дела. Он, значит, практически умирает с голоду, а эти два хомяка молча грызут общие трофеи. Так то не ветки трещали под их ногами, а челюсти хрустели перемалываемой снедью? Мясо! Да он уже забыл, когда ел мясо. Нука, это что за кусок текстолита? Это и есть мясо? Фиг с ним, пойдет. Даже хорошо, что такое. Было бы помягче, эти два раба желудка давно бы уже слопали все без остатка. Лепешка плесенью отдает. Вкуснотища!

Василиса тоже сжевала добрую половину лепешки. От мяса, правда, отказалась.

Лексей взял свои поллепешки и кусок сушеного мяса и ушел к дороге, вести наблюдение.

До вечера не спеша двигались за колонной. Периодически по дороге в обоих направлениях проносились небольшие отряды осман. С крымчаками они не конфликтовали. Видать, о вчерашней стычке им не было известно. В сторону Масловки прошел большой обоз, тщательно охраняемый не менее чем двумя сотнями солдат.

В одном месте, где лес почти вплотную подступал к дороге перебежали на противоположную сторону. И, как оказалось, своевременно, ибо через пару верст лес с правой стороны поредел и вскоре вовсе стал перемежаться с низким молодым подлеском и обширными полянами, а постепенно и вовсе уступил место степи.

С левой стороны лес тоже отдалился от дороги почти на полмили, и путники теперь шли между деревьями вдоль опушки, не опасаясь быть замеченными. Однако если дорога окончательно отвернет от леса, то компании попаданца придется отстать от угоняемых пленников и расстаться с авантюрной затеей освободить юного офицера, которого и знали то всего ничего, какихто пару дней. Наверняка для них так было бы и лучше.

Но солнце вовремя скатилось к горизонту, и татарская сотня свернула обоз с дороги. Согнав пленных в общую кучу, сами расположились вокруг. Лошадей пустили пастись в степь и принялись обустраиваться на ночлег. Загорелись костры, у которых собрались воины. До наблюдавших из леса путников долетали веселые крики крымчаков и женский визг.

Развлекаются гады, процедил сквозь зубы Денис, наблюдая за вражьим лагерем.

Что делать будем? спросил наблюдавший рядом разведчик.

Попаданец в очередной раз подивился людям этого мира. Или это только ему такие попадаются? Казалось бы какое дело Лексею до какогото подпоручика, которого он до сих пор и в глаза не видел? Тем более, что сам только что чудом избавился от татарского плена, и на теле нет ни одного неизраненного места. Однако даже возразить не попробовал, когда они с Георгием решили сделать попытку освободить Кольцова. Принял предложение как должное. Много ли друзей Дениса из того мира пошли бы за ним в такой ситуации? Хоть один пошел бы? А ведь с Лексеем они не друзья вовсе случайно судьба свела в одной заварушке. Как, впрочем, и с поручиком. И с Георгием. Нюрка вообще тема для диссертации. Мда...

Что делать? переспросил он Лексея. Отдыхать будем.

Сказал, лишь бы чтото ответить. Но тут же почувствовал, как невероятно устал за прошедшие пару суток. Забить бы сейчас на все и отсыпаться несколько дней на какойнибудь лесной полянке. Однако эти простые ребята не поймут такого желания после того, как весь день двигались за крымчаками с определенной целью.

Нам необходимо отдохнуть хотя бы пару часиков, продолжил попаданец. Потом на свежие мозги подумаем над решением этой проблемы.

Кивнув в сторону гомонящих врагов, Денис отошел к остальным.

Дык, я пока покараулю, услышал вслед.

Покарауль, если хочешь. Только сомневаюсь, что ктото из них сунется ночью в лес.

Георгий одобрил решение об отдыхе и, нарубив веток для подстилки себе и девушкам, завалился под ближайшим кустом.

Нюрка чтото рассказывала Василисе, хихикая и жестикулируя руками. Попаданец был рад тому, что деревенская простушка взяла на себя опеку генеральской дочки. Честно говоря, он не знал как вести себя с этим замкнувшимся в себе изнеженным созданием. Толстуха же на замкнутость спутницы не обращала абсолютно никакого внимания. Возможно, ее это даже устраивало, ибо давало возможность говорить много и обо всем.

Смахнув саблей несколько веток, Денис уселся на них, прислонившись спиной к стволу осины, и устало прикрыл глаза. Начал было проваливаться в дрему, но уже на грани сна возникла мысль о невозможности в данных обстоятельствах освободить подпоручика. Ну что они могли втроем сделать против сотни крымчаков? Тем более те расположились слишком компактно, окружив толпу пленников. Пленныхто, кстати, пожалуй, поболее татар будет. Накинулись бы разом, да перебили вражин. Нет же, плетутся покорно, словно скот бессловесный. Или у них, как у Нюрки, врожденный страх перед этими степными воинами?

Парень уснул, и снилось ему стадо буренок, которое гнали на убой два татарина. На татарах надеты окровавленные фартуки, в руках большие мясницкие топоры. Они подгоняли буренок криками: "Шнеленшнелен!" Могучие животинки, каждая из которых могла, не напрягаясь, затоптать и разметать рогами с десяток таких мясников, покорно ускоряли шаг. Из их больших добрых глаз катились крупные слезы. Денис стоял посреди дороги, коровы обходили его, касаясь теплыми боками, обдавая запахом чегото родного и уютного. Хотелось сказать бедным буренкам, что они не должны так покорно идти на смерть, это неправильно, они большие и сильные не должны подчиняться двум жалким человечкам. Но, как водится во сне, не было сил вымолвить ни слова. А буренки все шли и шли нескончаемым потоком...