Чтение онлайн

У всех свои, типичные для среды обитании, воспоминания, подумала тогда Надежда Прохоровна. Ее Вася, например, перед, тем как предложение сделать, со страху да от нервов в лоскуты напился. Еле его «суженая» поняла, о чем речь ведется…

— Когда началась перестройка, Андрюша одним из первых смекнул, откуда ветер дует и чем все это закончится, — экономист с дипломом МГУ, это вам все-таки не слесарь из ЖЭКа. К моменту приватизации у него уже был неплохой капитал, с ваучерами Андрей тоже знал, как поступить… С друзьями-компаньонами повезло — Сережа Махлаков и Терентий парни хваткие, единомышленники… В общем, к середине девяностых у них уже был крупный устойчивый бизнес.

А я… я сидела дома. В восьмидесятом, в год Московской олимпиады, на выступлении сломался карабин лонжи… Я тогда уже с клоунской группой работала. Не повезло мне крупно, упала почти из-под купола — все кости переломаны, реанимация, мумии из гипса и бинтов… В общем, что там говорить. Оклемалась, пошла работать в госцирк. Лоббировала, — усмехнулась, — интересы своих друзей… Но не заладилось там что-то. Темнить не люблю, правду-матушку — в глаза…

Теперь умнее стала.

Длинный обеденный стол снова составили и накрыли в гостиной малого корпуса. Чуть позже, чем было принято заведенным здесь распорядком, но администрация отеля вошла в положение гостей — в связи с разыгравшейся трагедией те слишком поздно улеглись и встали. Генриетта Константиновна пригласила Надежду Прохоровну отобедать с ними.

Никто не выразил недовольства. Причудам Генриетты привыкли потакать, да и какая разница — еще одна старушка за столом… Только некоторые время от времени искоса поглядывали на молчаливую бабушку.

Потом привыкли. Перестали обращать внимание, увлеклись насущными финансовыми проблемами.

Многие из реплик Надежда Прохоровна совсем не понимала: сотрапезники перебрасывались недомолвками, как будто болотистую почву прощупывали. Сыщица Губкина во внутренние дебри-колкости не вникала, исподволь присматриваясь к людям.

Мерно, как усталая лошадь, жевала салат Римма Игоревна. Новоиспеченная вдова. По мнению Генриетты, если бы место городской сумасшедшей не было занято ею, Римма Игоревна претендовала бы на него по праву. Уже лет десять не вылезает от экстрасенсов и всяческого рода гадателей и хитромантов. Астрологам верит больше, чем медицинской карте. Вместо аптечных средств пользует разнообразные отвары и народные притирки, что иногда существенно воняют, живет по лунному календарю, личному астрологу недавно подарила «вольво».

Сумасшедшая?

Быть может.

Но, по словам той же Генриетты, продать бизнес мужа уговорила она. Сказала — звезды предрекают: не избавишься от холдинга быть беде.

Так что, как ни взгляни, а может быть, не зря астрологу машину подарила? Не врут гадатели?.. Пытались звезды Мишу предупредить…

…Федор Сергеевич Махлаков. Скорбящий сын покойного.

Красивый. Если кому-то нравятся высокорослые брюнеты с хищными лицами. Истории его женитьбы на Анюте Генриетта посвятила особенное внимание.

Учился когда-то Федя Махлаков в Англии. Познакомился там с очаровательной студенткой Вайолет — не шибко богатой, но в некоторой степени родовитой, — влюбился, женился. Дом в пригороде Лондона купил, работал в юридической фирме, обеспечивающей на Туманном Альбионе правовую поддержку землякам-россиянам.

Но батюшка на родину призвал. Сказал, хватит по заграницами мотаться, нора родимому бизнесу послужить.

Вернулся Федя.

Вайолет бывала на родине мужа наездами не хотела хорошую работу и Лондоне бросать обещала, как только забеременеет, останется насовсем…

Но тут начались непонятки, в пикантную суть которых Генриетта оказалась достаточно посвящена благодаря болтливой «городской сумасшедшей» под номером два.

Вайолет прилетала к Феде с хорошей регулярностью раз в месяц. (Как сказала Римма, подгадывая к дням овуляции.) Супруги всячески пытались задачу по оплодотворению выполнить, но… Федя каждый раз оказывался не способен к исполнению супружеского долга.

Конфуз.

Если Федя летал в Лондон, там в постели все проходило отлично, если то же самое происходило в доме Махлаковых (Федя в тот момент личное жилище только отделывал-ремонтировал), происходило непонятное — не возникало желание. Хоть тресни пополам — не возникало.

Генриетта хоть со смехом, но предположила: хитроумная мачеха Римма на парня порчу навела. Отворот какой-то у своих колдунов состряпала.

Но смех смехом, а Вайолет заподозрила мужа в измене. (Да и кто бы не заподозрил, когда у мужа, что месяц бобылем живет (?), на тебя никакой реакции нет?!) Устроила один скандал, другой… Федя совсем скис. Побегал по врачам, никакой патологии сексологи-урологи у него не выявили…

Пришлось развестись. Супружеские отношения, исключающие близость, — мука для обоих.

А тут — Анюта. Когда Федя в Англию повышать образование уезжал, совсем девчонкой была. Вернулся — девушка. Коса до пояса, глаза-васильки… Всегда под боком, что для испуганного импотенцией мужика немаловажно…

Закрутили.

Да так лихо! Через два месяца после развода с Вайолет Федя снова в ЗАГС наведался, заявление на новый брак написал.

Анюта девушка шустрая. Хоть, по словам Генриетты, и свиристелка, но с любовниками из тренажерных залов не путается. Во всяком случае — не попадалась. Никакого института не закончила, поучилась на каких-то скороспелых курсах по менеджменту и, глядь, — диплом.

Сейчас сидит дома, болтается с подружками по театрам и кафе, тусит понемногу, но Феде проблем не доставляет — нормальная современная жена богатея с прислугой. В массажных салонах времени проводит больше, чем у плиты.

Генриетта Анюте симпатизируют. Считает, если Бог талантов не дал, сойдет и свиристелка. Лишь бы не проказничала лишнего.

(Бабе Наде показалось, что Константиновна вообще любит всякую безвредную бестолочь вроде своего разлюбезного Севы.

С испугу, что ли, окружает себя никчемными людишками? Такими, что все как на ладошке, с мыслишками пустыми, мелкошкурными, прозрачными?..)