Чтение онлайн

От этих пуль торговцев наркотиками. И никто не предпринимает никаких действий, чтобы прекратить это — Кортес беспомощно развёл руками. — Ты ведь понимаешь, Мойра, я не просто капиталист. Мои фабрики обеспечивают людей работой, чтобы они могли строить дома и давать образование детям, в страну поступают деньги из-за рубежа. Я богат, это верно, но я помогаю моей стране — вот этими руками я помогаю ей. Мои рабочие... они приходят ко мне и говорят, что их дети... Но я бессилен что-нибудь предпринять. Наступит время, и торговцы наркотиками придут ко мне и захотят отнять мою фабрику, — продолжал он. — Я обращусь в полицию, и полиция откажет мне в помощи. Ты работаешь на своих federales, правда? Неужели нельзя сделать что-то? — Кортес затаил дыхание, ожидая ответа.

— Ты бы прочитал доклады, которые я печатаю для директора.

— Доклады, — презрительно фыркнул он. — Все умеют писать доклады. У меня дома полиция пишет много докладов, судьи ведут расследования — и никаких результатов. Если бы я так же руководил свой фабрикой, мне скоро пришлось бы жить в трущобе на склоне холми и выпрашивать подаяние на улице! А вот что предпринимают твои federales?

— Куда больше, чем тебе кажется. Прямо сейчас готовятся операции, о которых я не имею права говорить. Мои начальники говорят между собой, что правила меняются, — но я не знаю, что это означает. Директор скоро вылетит в Колумбию для встречи с министром юстиции и... Господи, я не должна была говорить об этом. Это секрет.

— Я никому не расскажу, — заверил её Кортес, — Впрочем, я и сама мало что знаю. — В её голосе звучала осторожность. Готовится что-то новое, я не имею представления, что. Но директору это не нравится.

— Если это наносит ущерб преступникам, почему такие действия не нравятся ему? — произнёс озадаченно Кортес. — Пусть всех этих мерзавцев застрелят прямо на улице, и в благодарность я приглашу твоих federales на торжественный ужин!

Мойра улыбнулась.

— Я передам твою просьбу. Именно об этом говорится в письмах — мы получаем письма от самых разных людей.

— Твоему директору следовало бы прислушаться к их пожеланиям.

— И президенту тоже.

— Может быть, он и впрямь прислушается, — небрежно заметил Кортес.

Возможно, ведь приближаются выборы...

— А вдруг он уже прислушивается? Какие бы ни были изменения, они исходят от него — А твоему директору это не нравится? — Он недоуменно покачал головой. Даже у себя дома я не понимаю деятельности правительства, так что вряд ли сумею разобраться в поступках твоего.

— Знаешь, всё-таки это странно. Впервые я ничего не знаю — впрочем, об этом нельзя говорить. — Мойра доела салат и посмотрела на пустой бокал. Феликс-Хуан тут же наполнил его.

— А ты можешь сказать мне одну вещь?

— Какую?

— Позвони мне, когда твой директор отправится в Колумбию, — сказал он.

— Но зачем? — Мойра была настолько удивлена этой просьбой, что ей в голову не пришло отказаться.

— Государственные визиты длятся несколько дней, правда?

— Да, пожалуй. Я не знаю этого.

— Когда твой директор отсутствует на работе, ведь тебе, его секретарше, нечем заниматься?

— Да, вообще-то, работы немного.

— Вот я и прилечу в Вашингтон. — Кортес встал со своего стула и сделал три шага к ней. Халат Мойры распахнулся. Феликс сразу воспользовался этим.

— Завтра, рано утром, мне нужно вернуться домой. Одного дня, проведённого с тобой, мне уже мало, милая. Гм, вижу, ты уже готова.

— А ты?

— Посмотрим. Я никак не понимаю одного, — заметил Кортес, помогая ей встать.

— Чего именно?

— Зачем пользоваться этой дурацкой пудрой, когда лучше всего запах настоящей женщины? — Действительно, Кортес не мог понять этого, но в его обязанности не входило понимать.

— Любой женщины? — спросила Мойра, направляясь к двери, ведущей в спальню.

Кортес снял халат с её плеч.

— Нет, не любой.

— Боже мой, — прошептала Мойра спустя полчаса. Её грудь блестела от пота, и его тоже.

— Я ошибся, — произнёс Кортес, лёжа лицом вниз и тяжело дыша.

— В чём?

— Когда твой директор federales отправится в Колумбию, не звони мне! — Он засмеялся, показывая, что шутит. — Мойра, я не уверен, что выдержу такое чаще одного дня в месяц.

Она хихикнула.

— Может быть, тебе не следует так трудиться, Хуан.

— Да разве я могу упустить такую возможность? — Он повернулся и взглянул на неё. — Я не испытывал ничего похожего с юношеских лет. Но ведь я больше не юноша. Почему женщины могут оставаться молодыми, тогда как мужчины — нет?

Мойра улыбнулась, не скрывая удовольствия от очевидной лести. Он доставил ей огромное наслаждение.

— А я и не могу позвонить тебе.

— Почему?

— У меня нет номера твоего телефона. — Она рассмеялась. Кортес вскочил с кровати, вытащил из кармана пиджака бумажник и тут же пробормотал что-то похожее на ругательство.

— У меня нет визитных карточек... ага! — Он взял со столика блокнот и написал на нём номер. — Это телефон в моём кабинете. Обычно меня там не бывает — я провожу весь день в цехах, — недовольно проворчал он. — Я провожу на фабрике ночи. Я провожу там уикэнды. Иногда я даже сплю там. Но Консуэла найдёт меня, где бы я ни был.

— А мне пора идти, — заметила Мойра.

— Передай своему директору, пусть он уезжает на субботу и воскресенье. Мы проведём с тобой пару дней ни природе. Я знаю отличное тихое местечко в горах, моего в нескольких часах езды отсюда.

— Думаешь, тебе это по силам? — спросила она, обнимая Кортеса.

— Я буду хорошо питаться и займусь физическими упражнениями, — пообещал он.

Последний поцелуй, и дверь за Мойрой закрылась. Кортес вошёл в ванную. Ему стало известно не так уж много, но эти сведения могут оказаться исключительно важными. «Правила меняются». Что бы они там ни меняли, директору ФБР Джейкобсу это не нравится, но он вынужден подчиниться. Он отправляется в Колумбию для обсуждения этой проблемы с министром юстиции. Джейкобс, вспомнил Кортес, хорошо знал министра юстиции. В своё время, больше тридцати лет назад, они учились на одном курсе в колледже. Колумбийский министр прилетал в Америку на похороны миссис Джейкобс. Да и президент одобрил эту операцию. Так. Два сотрудника находятся сейчас в Новом Орлеане. Там они встречаются с адвокатом двух кретинов, не сумевших должным образом справиться с убийством на яхте. ФБР, несомненно, сыграло в этом какую-то роль, и случившееся там может дать Кортесу ключ к разгадке проблемы.

Он поднял голову, продолжая намыливать руки, и взглянул в зеркало на человека, сумевшего раздобыть отрывки этой секретной информации. Он пришёл к выводу, что человек ему не нравится И тут же пожал плечами. Не впервые. И уж точно не в последний раз.

Запуск произошёл в 23.41. Две мощных ракеты-ускорителя, работающих на твёрдом топливе, включились в положенное время, создав тягу больше чем в миллион фунтов, и «Титан-IIID» сорвался со стартовой площадки, волоча за собой ослепительный газовый шлейф, который увидят от Саванны до Майами.