Чтение онлайн

— Кем ты был?

— Главный старшина. Е-7 по-вашему. — Кларк осмотрел рану. Она выглядела пугающе, но жизни не угрожала, если только не возобновится кровотечение. Пока, решил он, пехотинцы неплохо позаботились о товарище. Кларк разорвал пакет и посыпал рану сульфамидным препаратом. — У вас есть кровяная плазма?

— Вот. — Сержант Леон передал Кларку стерильную упаковку для внутривенного вливания. — Мы не знаем, как этим пользоваться.

— Это несложно. Вот, смотрите. — Кларк взял Хуардо за предплечье и попросил его сжать руку в кулак. Затем воткнул иглу шприца в выступающую вену на внутренней части локтя. — Ясно? Не расстраивайтесь, ребята, я обманул вас. У меня жена — медсестра, и иногда я практикуюсь у неё в больнице, — признался он.

— Как себя чувствуешь, парень? — обратился Кларк к раненому.

— Гораздо лучше. По крайней мере, сидеть мне легче.

— Я мог бы дать тебе обезболивающий укол, но сейчас опасно. Ты можешь понадобиться. Сумеешь потерпеть?

— Думаю, да. Эй, Динг, у тебя остались леденцы?

Чавез передал ему бутылочку с таблетками тиленола.

— Это последние. Постарайся растянуть их подольше.

— Спасибо, Динг.

— Вон там бутерброды, — сказал Ларсон.

— Еда! — Вега тут же устремился к пакетам. Через минуту все четверо жевали бутерброды, запивая их кока-колой, которую Ларсон купил по дороге.

— Где вы взяли это оружие? — спросил Кларк.

— Забрали у противника. У нас уже кончались патроны к М-16, и я решил воспользоваться их автоматами.

— Неплохо соображаешь, парень, — похвалил его Кларк.

— Ладно, что дальше?

— Это вам решать, — ответил Кларк. — Одно из двух. Может, отвезти вас в аэропорт и отправить самолётом. Потребуется три часа на дорогу в машине, затем ещё три часа в самолёте — и всё кончено, вы на американской территории.

— А второе?

— Чавез, тебе хотелось бы расквитаться с тем, кто все это устроил? — Он догадался, каким будет ответ ещё до того, как договорил.

Каттер сидел у себя в кабинете, откинувшись на спинку кресла. Раздался звонок телефона. Президент, определил Каттер по мигающему огоньку на аппарате.

— Слушаю, господин президент.

— Зайдите ко мне.

— Иду, сэр.

Лето в Белом доме — мёртвый сезон, как и в большинстве правительственных учреждений. Расписание президента было наполнено протокольными событиями, которые он как политический деятель обожал, зато как глава исполнительной власти — ненавидел. Приходилось постоянно пожимать руки множеству «мисс-цельное-молоко», как он называл непрерывный поток посетителей, хотя, мелькала порой у него мысль, не встречался ли среди них «мисс-презерватив», настолько быстро менялись за последнее время в обществе взгляды на секс.

Нагрузка была значительно больше, чем многие думают. Визиту каждого посетителя предшествует листок бумаги с несколькими параграфами информации о нём, так что гость уйдёт с мыслью: ты смотри, президент слышал обо мне! Он проявил настоящий интерес! Пожимать руки и беседовать с рядовыми гражданами — важная и обычно приятная обязанность, но только не сейчас, не за неделю до начала съезда, когда он, согласно опросу общественного мнения, все ещё отстаёт от соперника, о чём, по крайней мере, дважды в неделю сообщает каждое агентство новостей.

— Как дела с Колумбией? — спросил президент, едва дверь закрылась за адмиралом.

— Сэр, вы приказали прекратить операции. Они прекращены.

— Никаких трудностей с ЦРУ?

— Никаких, господин президент.

— Если конкретно, то как вы...

— Сэр, вы сказали мне, что не хотите знать подробностей.

— Значит ли это, что существуют детали, о которых мне не следует знать?

— Я говорю вам, сэр, что выполнил ваши указания. Мной были отданы распоряжения. Они приведены в исполнение. Не думаю, что у вас будут возражения против последствий.

— Вот как?

— Видите ли, сэр, с практической точки зрения операция увенчалась успехом, — спокойно произнёс Каттер. — Количество контрабандных наркотиков, поступающих к нам, уменьшилось, и эта тенденция продолжится в будущем, на протяжении нескольких месяцев. Я бы порекомендовал, сэр, чтобы прессе была дана возможность поговорить об этом. Вы всегда можете потом сослаться на их статьи. Мы причинили немалый ущерб наркобизнесу. Можно напомнить об успехе операции «Тарпон». Продолжая операцию «Кэйпер», мы соберём значительный объём разведывательной информации. Кроме того, через пару месяцев будет произведено несколько эффектных арестов.

— Откуда вам это известно?

— Я сам принял соответствующие меры, сэр.

— И каким же это образом?.. — начал было президент и тут же замолчал — Это тоже относится, к тем вещам, о которых мне не следует знать?

Каттер согласился.

— Значит, я могу исходить из того, что все осуществлённое вами было сделано в рамках закона? — спросил президент, чтобы эти слова легли на магнитофонную плёнку, которая сейчас записывала их разговор.

— Да, сэр, вы можете сделать такой вывод. — Ответ был сформулирован очень искусно — он мог значить что угодно в зависимости от точки зрения слушателя.

Каттер знал о включённом магнитофоне.

— И у нас нет сомнений относительно того, были ли выполнены ваши указания?

— Нет, сэр.

— Проверьте ещё раз.

Бородатому консультанту потребовалось куда больше времени, чем он рассчитывал. Сейчас распечатка была в руках у инспектора О'Дэя. Её содержание вполне могло быть на курдском языке — половина страницы выглядела, на его взгляд, в высшей степени странно — она состояла из одних нулей и единиц.

— Машинный язык, — объяснил консультант. — Специалист, создавший эту программу, — настоящий профессионал. Мне удалось восстановить примерно сорок процентов материала. Как я и думал, это перестановочный алгоритм.

— Вы уже говорили вчера об этом.

— Но русские не имеют к этому никакого отношения. Задача алгоритма состоит в следующем он принимает текст и зашифровывает его. В этом нет ничего потрясающего — каждый может сделать такое. Вся хитрость данной системы состоит в том, что она основывается на независимом входном сигнале, уникальном для каждого сообщения, — причём это происходит в дополнение к кодирующему алгоритму, уже действующему в системе.

— Вы не могли бы объяснить это подробнее?