Чтение онлайн

– Ещё бы мне тут не оказаться. Я в этом самом составе ехал, — признался я.

Малышев держался гораздо спокойнее.

Он первым протянул руку для пожатия.

– Ну как?

– Девять погибших, примерно столько же раненых, — доложил я.

– Девять человек погибших! Быстров, даю двадцать четыре часа сроку, чтобы нашёл виновных! — поставил ультиматум Камагин. — Не справишься, вылетишь с должности.

– Я за должность не держусь, — буркнул я. — Так что пугать меня не надо — пуганный. А виновные будут найдены. Разрешите отбыть в город для организации поисков?

– Кого искать-то знаешь? — поинтересовался Малышев.

– Знаю. Уроды не поленились, автографы после себя оставили, — показал я на надписи на шпалах. — Наша городская шпана, только, к сожалению, организованная.

– Ты, товарищ Камагин, обожди на Быстрова наезжать, — вступился за меня Малышев. — Он у нас человек новый, всего ничего в городе. А то, что шпана распустилась, в первую очередь наша с тобой недоработка. И нас c тобой надо гнать с места. Засиделись, понимаешь, забронзовели…

– Да это я так, по старой привычке — для острастки, — смущённо пробормотал Камагин, почувствовавший правоту Малышева. — Но это не меняет приказа: виновных необходимо разыскать в двадцать четыре часа и точка!

– Ищите, товарищ Быстров. Если понадобится помощь — обращайтесь, — сказал Малышев.

– Так точно! Обязательно обращусь.

Я выцепил глазами мелькавшего то тут, то там Леонова. Он явно старался держаться в стороне от моего разговора с городскими властями.

– Пантелей, — позвал я.

Он подошёл.

– Ты на чём сюда прибыл?

– На извозчике. В связи со сложной ситуацией на время реквизировал.

– Про Центральный Комитет Шпаны слышал?

– Доводилось, — хмыкнул он. — Я так понял — их рук дело?

Он показал на упавший с насыпи состав.

– Их. Кто у этого ЦКШ главный в курсе?

– А как же, Мамай всеми заправляет. То есть Маевский — в прошлом сын жандармского офицера. Только после революции он порвал все связи с отцом и отказался от семьи. Умный, гад, и очень хитрый. Местная шантрапа ему буквально в рот глядит. Сделают всё, что прикажет.

– Тогда едем к этому Мамаю, устроим ему битву на Куликовом поле.

– Вдвоём? — изумился Леонов.

– А сколько тебе надо? Роту солдат?

– Роты может и не хватить. Батальон надо, — совершенно серьёзно сказал Леонов.

Глава 15

По такому случаю пришлось выдернуть с ареста Бекешина и Юхтина.

– Ну, граждане милиционеры, у вас появилась возможность реабилитироваться, — сообщил я.

– Это мы завсегда готовы. Что делать-то нужно? — ответил за обоих Бекешин.

– Найти Мамая, скрутить и доставить на допрос.

– По Мамаю давно верёвка плачет, — кивнул Юхтин. — Что на этот раз натворил?

– Он и его шайка устроили диверсию на железной дороге, пустили под откос поезд. Погибли девять человек. На операцию пойдём вчетвером, — я показал на Леонова.

Больше никого не удалось выцарапать, а медлить было нельзя. Если Мамай не дурак, сделает ноги — шутка ли, столько человек на тот свет спровадил. Понятно, что власть это просто так не оставит.

Для поездки за преступником завхоз чуть ли не от сердца оторвал служебную подводу с лошадью. Смотреть на этого Росинанта без слёз было невозможно: тощая кляча, с опавшими боками. Разве что не прихрамывала на все четыре ноги.

– Какого хрена? — наехал я на Житкова. — Почему так издеваетесь над несчастным животным?

– Так я ж говорил — с фуражом перебои, — стал вяло оправдываться завхоз.

– А заранее самим заготовить — не судьба? Вернусь, ещё поговорим на эту тему, — пообещал я.

Леонов сообщил, что у Мамая что-то вроде «штаба» на Выселках — так называлась примыкающая к черте города деревня. Шантрапа заняла пустующий дом и устроила в нём логово.

– Их там больше дюжины обретается, костяк его банды, — сказал Пантелей. — Взрослых уголовников среди них нет, так, пацанва лет пятнадцать-шестнадцать, только от этого не легче. Урки обычно соображают, что делают, и лишнего позволять не станут. А у этих кураж, вроде как перед друг дружкой соревнуются: кто из них злее или сильнее будут.

– Пацанва, как же, — хмыкнул Бекешин. — Есть такие — меня с вами выше и в плечах шире. Так что на кулачках я бы с ними не рискнул сходиться. Одно спасение — револьвер.

– Они гирьки в карманах таскают на верёвочках. И пользуются ими ловко. Тюк по темени, и у человека башка проломлена, — добавил Юхтин.

– А у Мамая шпалер имеется. Можете не сомневаться, стрельнёт не задумываясь, — снова подхватил Бекешин.

Выселки начинались сразу за городским кладбищем. Только-только промелькнула покосившаяся оградка, за которой виднелись скособоченные кресты и макушка часовенки, как почти сразу потянулась грязная, немощеная улочка по десятку домов с каждой стороны. Сами дома были деревянные, с тесными дворами и стояли почти впритык: крыша к крыше.

Наше появление не прошло незамеченным. Это же деревня, здесь любая новость распространяется со скоростью света.

То тут, то там в оконцах, смотрящих на улицу, подёргивались дешёвенькие занавесочки, хлопали крошечные форточки. Однако на крыльцо никто не выходил.

Нужный дом находился почти в самом конце Выселок. Мы остановились, не доехав до него метров двести.

– Дальше пехом пойдём, — сказал Леонов. — Мамаевские спят до обеда, так их легче застать будет.

Я посмотрел на штаб-квартиру пресловутого ЦКШ. Даже странно, что дом забросили: выглядел он куда лучше соседних. И повыше, и понаряднее (одна только резьба на ставнях в виде сердечек чего стоила), на крыше не щепа или дранка, а кровельное железо, покрытое выцветшей зелёной краской. Как только к ней не приделали ноги?