Чтение онлайн

Салех Агаев, заместитель командира батальона по воспитательной работе, майор:

— Связь с тылом людей вдохновляла. Гуманитарную помощь получали регулярно. Помню, как однажды на весь батальон получили вязаные шапочки и носки. Увольняется солдат — чем его отблагодарить? Грамот нет, откуда их там взять… Я вручал по вязаной шапочке и чистые новые носки. Добивался, что гуманитарная помощь шла к разведчикам в первую очередь. Конфеты, сгущёнка. Чтобы люди чувствовали, что они Родиной не брошены.

Школьники присылали в батальон письма. Я их зачитывал, мужики, у кого дети есть, слушали со слезами на глазах. Были письма от молодых, которых мы отправили в тыл в начале кампании, с поддержкой — «Вспоминаем, думаем о вас». Всё это было важно для создания коллектива, традиций.

Поздравляли ребят с днём рожденья. Дарил что мог — пару горсточек конфет. Приказом командира батальона присваивали воинские звания — был рядовым, стал младшим сержантом. Писал благодарственные письма родителям, от руки: «Спасибо за сына». Кому-то на руки давал — «Отправь матери». Отмечали людей перед строем. После выполнения каждой боевой задачи командир группы писал рапорт, а в нём отмечал тех, кто отличился. Всегда старался хотя бы добрым словом ребят поддержать.

Весной 2000-го года, когда разведчиков вывели из Чечни в Нижний Новгород, я приехал в батальон, чтобы показать ту видеозапись с концертом. Собравшиеся в штабе батальона офицеры смотрели на экран и вздыхали, узнавая своих солдат. Многие из них к тому времени живы были только на этой видеопленке…

Тогда заместитель командира батальона по воспитательной работе майор Салех Агаев охотно предоставил боевые документы для подготовки статьи о разведчиках, рассказал, как они воевали после отъезда нижегородской делегации. Рассказал и о боях 31-го декабря, не скрывая потери. Картина была трагическая — 10 убитых и 29 раненых— потери для разведывательного батальона серьезные.

Но восстановить в деталях те драматические события удалось не сразу…

Михаил Курочкин, гранатомётчик, рядовой:

— Шли день за днём, неделя за неделей. Уволились дембеля, подошла и наша очередь готовиться. Дембелей нас в роте оставалось всего пятеро. 18 декабря отметили день рожденья Сережки Воронина, с которым я вместе должен был увольняться. А потом пошёл слух, что нас не весной уволят, а раньше, так как в Чечне день срочной службы за два шёл. Но потом сказали: «Раз нет замены, будете служить». На боевые все равно ходили: мы остались самые опытные, пацаны пришли с учебки — что с них толку.

29 декабря всем батальоном уехали из-под Урус-Мартана на новое место базирования, на цементный завод — он стоял между Дуба-Юртом и Чири-Юртом. Там же стоял и 160-й танковый полк. Расположились. РДР ушла на задание в горы…

За несколько дней до Нового года командир батальона подполковник Самокруткин уехал в краткосрочный отпуск. Врио комбата остался майор Паков.

Александр Куклев, начальник разведки 3-й мотострелковой дивизии, подполковник:

— В организации разведки есть крайне важные понятия, от которых зависит вся дальнейшая работа всех разведчиков. Цели разведки, как правило, это исключение внезапности воздействия противника на свои войска. Для достижения этой цели назначаются задачи разведки. Задачами разведки в этой ситуации являлись:

— установить наличие противника и его состав на господствующих высотах;

— обеспечить командование группировкой данными для огневого поражения объектов противника;

— овладеть господствующими высотами и удерживать их до выполнения задачи главными силами группировки по овладению горным проходом.

Теперь проанализируем ситуацию, которая сложилась к началу выполнения задачи разведчиками.

В состав Западной группировки войск входили части 19-й мотострелковой дивизии 58-й армии Северокавказского, 3-й мотострелковой дивизии Московского, 138-й мотострелковой бригады Ленинградского, 160-го танкового полка Забайкальского военных округов. В 3-й мотострелковой дивизии были:

752-й и 245-й мотострелковые полки, артиллерийский полк, части боевого обеспечения — 84-й орб, 145-й отдельный инженерно-сапёрный батальон, отдельный медицинский батальон, отдельный батальон связи, 911-й отдельный батальон материального обеспечения, комендантская рота.

Далее — 15-й и 126-й мотострелковые полки, 138-я отдельная мотострелковая бригада — три мотострелковых батальона, подразделения обеспечения; 19-я мотострелковая дивизия представлена частями боевого обеспечения, в частности, мы плотно контактировали со 136-м орб дивизии, 160-м танковым полком, с отдельным зенитно-артиллерийским дивизионом.

Распределение сил и средств на тот момент было следующим.

Все общевойсковые части и подразделения (245-й мсп, 752-й мсп, 15-й мсп, 126-й мсп) наступали на Грозный. В распоряжении командующего группировкой на южном направлении в это время находились части 138-й омсбр, 136-й орб 19-й мсд, отдельный отряд специального назначения из ЛенВО с зоной ответственности Урус-Мартан, Гойское, Старые Атаги. Они выполняли задачи по выходу на прилегающие к горному проходу высоты с западной стороны. 160-й танковый полк, 84-й орб, 664-й отряд спецназа должны были захватить и удерживать высоты восточнее Дуба-Юрта.

До Нового года остаётся три дня. Командующий группировкой генерал Шаманов находится в госпитале. Задачу каким-то образом необходимо выполнять. Исполняющим обязанности командующего группировкой генералом Вербицким принимается решение: в качестве штурмовых отрядов по захвату господствующих высот восточнее Дуба-Юрта использовать подразделения 84-го орб. Вместе с ними выполняли задачи и подразделения специальной разведки, которыми руководил подполковник Митрошкин.

Егор Кляндин, командир взвода специальной разведки РДР, лейтенант:

— Когда нас перебросили к Аргунскому ущелью, мы догадывались, что нас ждёт, но, несмотря на это, готовились к встрече Нового года. Желаемого спокойствия не получилось.

Утром 29 декабря на КП 160-го танкового полка нам была поставлена задача овладеть господствующими над Дуба-Юртом высотами для выдвижения мотострелковых подразделений.

Владимир Паков, врио командира батальона, майор, кавалер трех орденов Мужества: