Чтение онлайн

…Сержант Игорь Кашигин, будучи раненым, смелыми и решительными действиями, шквальным огнём прикрыл отход группы и обеспечил эвакуацию раненых. Уничтожил несколько боевиков. Представлен к ордену Мужества.

…Сержант Юрий Кирьянов, пулемётчик-разведчик. В первые минуты боя был контужен, но уничтожил 5 боевиков. Представлен к ордену Мужества.

…Младший сержант Михаил Григорьев. Вёл огонь, прикрывая отход разведгруппы и эвакуацию раненых. Представлен к ордену Мужества.

…Рядовой Дмитрий Гончаренко, разведчик-пулемётчик. Был тяжело ранен, но уничтожил 6 боевиков, в том числе гранатомётчика и пулемётный расчёт. Прикрывал отход группы и эвакуацию раненых товарищей. Представлен к ордену Мужества.

…Ефрейтор Николай Гурьянов, радиотелеграфист-разведчик. Был контужен, но вёл бой, уничтожил около 5 боевиков. Прикрывал отход группы и эвакуацию раненых. Представлен к ордену Мужества.

…Ефрейтор Алексей Буранов, зам. командира боевой машины, наводчик-оператор. Огнём из пушки и пулемёта уничтожил две пулемётные точки противника, чем дал возможность группе отойти на безопасное расстояние. Из-за опасности, что БМП может быть подбита из гранатомёта в упор, приказал механику-водителю покинуть машину, сам вёл бой, был ранен. Представлен к ордену Мужества.

…Младший сержант Сергей Селецкий, командир отделения разведдесантной роты. Прикрывая отход группы, был тяжело ранен, но вёл бой, уничтожил 4-х боевиков, в том числе гранатомётчика, чем дал возможность эвакуировать раненых. Представлен к ордену Мужества.

…Рядовой Юрий Зверев, разведчик. Выбрав выгодную позицию, огнём из пулемёта подавил 2 пулемётных точки и гранатомётный расчёт противника, чем обеспечил отход разведгруппы на безопасное расстояние. Представлен к медали «За отвагу».

…Рядовой Владимир Реук, разведчик разведроты. Уничтожил 2-х боевиков. Прикрывал отход группы, чем дал возможность эвакуировать раненых. Представлен к медали Суворова.

Дмитрий Савельев:

— После этого боя я подошёл к какой-то бочке, там на дне был лёд, пробил его прикладом, чем-то зачерпнул и выпил эту воду, как на каменку вылил — такой в горле был сушняк. Слышу, Серёга орёт: «Строиться! Всем сюда быстро! Рота, разведка, быстро!». Я ещё воды на себя вылил. Серега командует собирать БМП, ставить их наискосок друг от друга. — «Снимайте с себя всё! — кричит, — Там Игорёк! Игорёк остался!».

Занимаем позиции. Шанин командует наводчикам: «Ты по этому дому, ты — по тому бьёшь! Поняли? Заводи! Скорость набирай! Приготовились, огонь!». И как дали по этому шквалу огня «духов» залп «Мухами». Они как раз своих убитых поднимали и не думали, что будет такой шквал огня. — «Вперёд, машина!». Пацаны налегке сидели на ней. Игорька положили на броню и — назад. Он лежал головой в сторону Комсомольского, изо рта и правого бока текли струйка крови. Сняли с него разгрузку…

И тут появился полковник Тупик. Сережа высказал ему все, что он о нём думает. Еле удержали, чтобы он его не пристрелил за эту авантюру, в которой такие ребята погибли и столько раненых… Немного успокоились. Сергей Шанин командует: «Занять позицию!». У сидевшей здесь пехоты взяли часть боекомплекта из того, что у них было…

Сергей Шанин:

— Сидит в окопчиках эта грёбаная пехота, и хоть бы кто-нибудь выстрелил, чтобы нам помочь в этом бою. Такое месиво идёт, а они смотрят — и всё. Танк стоял недалеко — ну разверни ты ствол, дай по «духам» выстрел — нет, даже не шевельнулся, сидели эти танкисты и смотрели, как нас «духи» убивают. Как кино смотрели, или реалити-шоу.

Я подошёл к танкисту: «Ты что, сука, не мог туда выстрелить, чтобы нам помочь?». Затрясся от страха…

Дмитрий Савельев:

— Надо было вывозить груз «двести», оставлять здесь убитых нельзя. Сказали об этом Тупику: «Да, да…». Сергей ему: «Это из-за тебя я столько ребят потерял!», тот виновато молчал. Кизляр стал стонать: «Отправьте меня, оправьте меня с ними…». — Серёга ему: «Вали отсюда! Ни одного выстрела не сделал, автомат свой в грязи извалял».

Игоря Иванова привязали к стволу пушки БМП, троих «трехсотых» положили в десантный отсек. Подошли колонной к зелёнке, обстреляли её на скорости и поехали на ЦБУ. А мы вернулись на блокпост этих чумазых срочников — они как раз жадно хлебали разведенную в воде муку. Смотреть было невыносимо, как они эти муку едят, а по ним полчища «бэтров» (вшей — авт.) ползают, боялись из-за этого рядом с этими мальчишками стоять. Подсчитали БК, продовольствие, что осталось, дали несколько сухпаев срочникам. Офицера на блокпосту не было, Сергей Шанин расставил этих мальчишек в круговую оборону, рассказал, куда стрелять.

Заняли позиции, ждали наступления «духов» — мало ли, пойдут. Уже знали, что их в Комсомольском не меньше тысячи. А в пункт назначения, куда Тупик нас тащил, так и не приехали. Зачем туда нам надо было, к этому генералу, мы так и не поняли. Вспоминали случившееся и не понимали, как он вообще учился на военного, купил что ли диплом? Кругом «духи», кричат «Аллах акбар!», а он знай своё: «Нету «духов»!».

Дождались темноты. Туман был такой сильный — идёшь как в молоке. Я решил вспомнить, как стреляет «Оса». Заряд чуть-чуть отсырел, раз нажал на курок — нет выстрела, второй — нет. — «Ну, пожалуйста…», и пошла! Выстрел попал в дом в глубине села. Сначала тихо, а потом такой факел огня! Что-то там начало взрываться, зарево поднялось!

Утром нас обстреляли свои вертолётчики. Чуть не уложили всех. Машина пошла на боевой заход и — пулемётные очереди на нас, все ближе и ближе. Я кричу пилоту, машу руками, что свои, и вижу, как он пожал плечами: «Ну, ребята извините…».

Сергей Шанин:

— Пытался с батальоном связаться по рации — ни хрена не получается. Наконец, вышел на связь с ЦБУ, сказал позывной — «Гранит», там поняли, что с разведчиками разговаривают и дали приказ: ехать на ЦБУ. Только туда приехали, обустраивали окопы — по нам шквал огня. Пули — тук-тук рядом. Потом уже даже не присаживались. Какой-то полковник спрашивает: — «Это вы там вели бой? — «Да». — «Звание?» — «Старший сержант!» — «Молодец!». Огляделся — оказывается, весь бой происходил на глазах ЦБУ, они рядышком стояли! И никто ничем нам не помог…

Полковник пожал мне руку, пригласил в палатку, налил спирту. А вечером был радиоперехват, меня снова вызвал этот полковник и сказал, что в том бою мы около пятидесяти духов завалили…

Роман Царьков, гранатомётчик:

— В этой засаде я был контужен, но сбежал из медбата на машине, которая рядом загружалась боеприпасами. Приехал в батальон, его как раз передвинули на поле у Грушевского, перед Комсомольским. Ребят в нашей роте оставалось мало. Человек девять было в группе, а надо было оборонять ЦБУ. Правда, нам тогда ещё миномётчиков придали.