Разлом
Шрифт:
– Правда, Тирри? Посторожишь, пока я сосну где-нибудь?
Зверек только возмущенно фыркнул. Свернувшись калачиком на плече Роланда, Тирри и сам был не прочь вздремнуть.
– Тирри, ты теперь все время будешь молчать? – поинтересовался Роланд.
– Буду! – проворчал зверек. – Ты же сам мне запретил!
– Но ты же видел на въезде в город объявление: «Измененным вход запрещен!»
– За исключением этих тупоголовых уманов, между прочим.
– Да, конечно. И ты прекрасно знаешь почему.
– Мне от этого не легче! Если бы я только раньше знал, что вы, люди, цените жалких примитивных конеголовых выше нашего высокоразвитого племени, я бы так и остался в лесу!
– Но ведь ты же знаешь...
– Конечно, знаю! – перебил его Тирри. – Наша раса отличается высочайшим уровнем интеллектуального развития, естественно, я прекрасно знаю эту вашу побасенку о божьем благословении уманов и о сатанинском происхождении остальных Измененных, как вы нас называете!
Последние слова Тирри пропищал так громко, что Роланд невольно оглянулся.
– Уж лучше бы ты и впрямь помалкивал, Тирри, пока мы не выбрались из этого дрянного городка. У Святой Инквизиции длинные уши.
– А ты у меня на что? Для чего я тебя кормлю-пою?..
– Что?! Ты меня кормишь-поишь? – Роланд опешил от подобной наглости.
– Чистая правда, между прочим. Кто, спрашивается, отыскал кошелек, зашитый в одежду того напыщенного вояки? Твоих способностей хватило только чтобы отчекрыжить ему башку! Если бы не я, сидел бы ты сейчас в трактире и выковыривал серебряную бляшку из его кафтана дабы за обед рассчитаться. А два дня назад что было?..
– Господин наемник! – донеслось сзади.
На дороге показался мальчишка лет двенадцати и карнелиец остановился.
– Ладно-ладно, уймись, животное, – прошептал Роланд. – Видишь, к нам идут?
– Животное?! – ахнул Тирри.
– Да помолчи ты!
Роланд накрыл его голову ладонью и Тирри немедленно сомкнул свои маленькие, но острые зубки на большом пальце карнелийца. Роланд едва не взвыл от боли.
– Ополоумел, звереныш?! – прошипел он. – Это же правая рука! Как я буду меч держать?
– Господин!
Паренек остановился в двух шагах, тяжело дыша, и с подозрением покосился на звереныша. Тирри приветливо оскалился, отчего мальчик изменился в лице и едва не дал деру.
Роланд с трудом выдавил улыбку и спрятал укушенную руку за спину.
– Меня прислал мэр, – сказал паренек. – Он хочет предложить вам работу.
– Работу?
Роланд и Тирри переглянулись.
– Да-да, работу, – закивал паренек. – Его дом возле церкви, найдете?
Не дожидаясь ответа, мальчишка бросил быстрый взгляд на Тирри и поспешно ретировался.
– Думаешь, что-нибудь стоящее? – спросил Роланд у Тирри.
Тот лишь сердито заверещал в ответ.
Найти дом мэра, конечно же, не составило никаких трудов. За последнее годы власть Святой Церкви в Армании настолько усилилась, что во многих провинциальных городках на должность мэра избирали священников. Не раздумывая, Роланд направился на церковный двор.
Обогнув церквушку, карнелиец свернул на присыпанную гравием дорожку и двинулся к дому священника. Рядом с домом зеленел ухоженный огород, чуть дальше виднелся фруктовый садик, возле крыльца благоухали цветы.
Роланд шагнул было на ступени крыльца и вдруг застыл. Что-то было не так в хозяйстве мэра-священника. Карнелиец отступил на несколько шагов и более внимательно посмотрел на двор. Обычный огород, садик...
Вот оно! Роланд усмехнулся. Среди фруктовых деревьев стояло то, что он поначалу принял за чучело. Впрочем, это и было чучелом, вот только использовалось не для отпугивания птиц, а для тренировок с оружием. И земля вокруг чучела была основательно вытоптана.
Карнелиец озадаченно поскреб затылок и зашел в дом. После увиденного во дворе мэр и священник Лангбурга по имени Хальгар уже не удивил Роланда. Это был высокий и крепкий мужчина сорока пяти лет, с мозолистыми лапищами, куда более привычными к мечу нежели кресту. Да и взгляд его, жесткий и пронзительный, куда больше подходил воину, нежели священнику.
В общем-то, в этом не было ничего удивительного. Роланд знал, что крестоносцы с возрастом нередко становились священниками, продолжая борьбу, как говорили церковники, с происками Дьявола на всех фронтах.
И все же здесь, в тихом, мирном городке, весьма удаленном от мест ожесточенных схваток, такой человек выглядел несколько непривычно.
Хальгар пригласил Роланда к столу, тот не стал отказываться. Недавний трактирный обед основательно умялся и карнелиец отчетливо чуял, что скоро он снова захочет есть.
Некоторое время мужчины молча разглядывали друг друга.
– Мне приходилось видеть карнелийцев в бою, – медленно сказал Хальгар. – Но куда больше о вас ходит всяких слухов.
Роланд улыбнулся и потянулся за кувшином с вином. Он знал о чем пойдет речь. Не первый и, скорее всего, не последний раз наниматель хотел развеять множество слухов и небылиц, ходивших о карнелийцах. Он давно уже привык к этому и, чтобы побыстрее покончить с формальностями, предложил:
– Святой отец, с вашей стороны очень разумно будет узнать обо мне и моей родине непосредственно от меня. Поэтому прошу вас, спрашивайте прямо, я отвечу на все ваши вопросы. Ну, почти на все, хотя должен сказать, у нас на самом деле нет особых тайн.
Хальгар оживился.
– Вот как? Но у нас принято думать, что Карнелия очень закрытая страна. Разве это не так?
– Что значит закрытая? – Роланд пожал плечами. – Вы можете совершенно спокойно приехать к нам, я уверен, что вас примут очень тепло и наверняка удовлетворят ваше любопытство. Да так многие и поступают. Конечно, далеко не каждому под силу пересечь Сумеречный Лес, но между нами и Арманией всего пару дней хода.
– Но тогда откуда столько противоречивых слухов?
– Да от вас же. Очень уж вы тут, в «цивилизованном мире», любите досужие сплетни.