Разлом
Шрифт:
Очень скоро об Очищающем Свете пришлось забыть. Все, на что хватало сил у Жанны и уцелевших священников, это Святое Благословение, которое приносило рыцарям удачу и позволяло меньше уставать.
Но крестоносцы были уже обречены. Это понимали все. Пробиваться из окружения было бессмысленно. С вершины холма, на котором рыцари заняли круговую оборону, было отчетливо видно, что полчища монстров заполонили все окрестности.
Ряды рыцарей таяли на глазах. Несмотря на лучшее в Армании оружие, несмотря на отчаянное сопротивление и помощь святых отцов, крестоносцы не могли выдержать бешеный напор почти неуязвимых чудищ.
Земля как будто качнулась под ногами Жанны, в глазах потемнело и она без сил опустилась на колени. Она продержалась дольше всех – все святые отцы ордена уже лежали без чувств. Жанне и самой страстно хотелось закрыть глаза и отдаться на волю Господа, но она держалась и даже продолжала подпитывать Святое Благословение. Это было бессмысленно, бесполезно, но ее рыцари все еще сражались и она не могла оставить их без поддержки.
Рядом, тяжело дыша, присел Таннер. Его доспехи были изрядно изломаны и залиты кровью. Он стянул покореженный шлем и Жанна ахнула – лицо рыцаря превратилось в кровавую маску.
– Будь ты проклят, Ингельд! – выдохнула она. – Таннер, если бы мы могли убить его!
Рыцарь покачал головой.
– Он так и не показался на глаза. Ни разу.
– Я чувствую, что он где-то рядом, – прошептала Жанна.
– Возможно. Но кроме этих звериных харь тут ни черта не видно!
– Не сквернословь, – слабо улыбнулась Жанна. – Ты рыцарь Господа.
– Прости, Жанна.
Он склонился к ней.
– Жанна, мне надо в бой. Думаю, это наш последний разговор. Я бы хотел, чтобы ты знала. Я... Я... – Таннер нахмурился, скрипнул зубами, и отвернулся. – Прости, Жанна.
Он поднялся и крепко стиснул пальцами забрало шлема, выправляя погнувшуюся сталь.
– Таннер, – удивленно прошептала Жанна. – Подожди, ты ведь...
Жанна вдруг ощутила острейшее желание узнать, что же хотел сказать Таннер. Сердце затрепетало, как будто от слов рыцаря зависела ее жизнь.
– Прости, Жанна.
Таннер торопливо надел шлем, стянул ремни и стал спускаться вниз.
– Таннер... – она хотела крикнуть, но из горла вырвался лишь невнятный хрип.
Рыцарь исчез в гуще боя. Какое-то время Жанна еще видела его, а потом в глазах защипало и Жанна опустила голову.
– Почему, Таннер? Почему?..
Тишина обрушилась так неожиданно, что в первое мгновение Жанне показалось, что она оглохла. Исчезло все – рев чудовищ, звон и лязг железа, крики рыцарей. Недоумевая, она кое-как поднялась и, сквозь уже довольно редкий строй воинов разглядела отступающих монстров.
Ничего не понимая, Жанна, покачиваясь, двинулась вперед. Рыцари расступились и через минуту Жанна уже стояла рядом с Таннером. Рыцаря сильно шатало и он был вынужден опереться на меч. От доспехов Таннера остались лишь жалкие куски, свисавшие на крепежных ремнях, вязаная рубаха под ними была совершенно мокрая от пота и крови.
– Таннер... Живой...
Она попыталась перехватить его взгляд, но рыцарь смотрел куда-то в сторону. Смотрел горящими от ненависти глазами.
– Что здесь про...
Жанна запнулась. Ответ стоял прямо перед ней, в десяти шагах. Ее сердце дрогнуло.
– Ингельд... – прошептала она.
На нем был длинный черный плащ, ровный и гладкий, без единой складки, словно сотканный из цельного куска мрака. Взгляд Жанны скользнул по лицу Ингельда. Оно было хорошо знакомо ей, и в то же время – чужое.
Еще там, на дороге, он уже сильно отличался от того Ингельда, которого она когда-то знала. А сейчас, пристально вглядываясь в его лицо, Жанна все отчетливей понимала, что это существо – не он. Не просто не тот Ингельд, а вообще не Ингельд. И то, что у него было лицо Ингельда, ничего не меняло.
– Мне все равно, что будет с вами, – холодно сказал он. – Но я бы хотел кое-что предложить. Эти твари...
Он махнул рукой за спиной, где на почтительном расстоянии топтались притихшие чудища.
– Они – что-то вроде небольшого опыта, чтобы проверить кое-что...
– Проверить? – гневно перебила его Жанна. – Ради этого ты уничтожил тысячи невинных людей? Чтобы проверить?
– Надо же... – Ингельд изобразил удивление. – И это говоришь мне ты? Которая сожгла сотни невинных людей и Измененных? Какая ирония...
Ингельд перевел взгляд на Таннера.
– Я не договорил. У этих тварей, конечно, много достоинств, как вы, наверное, заметили, но они не армия. Они просто тупая и безмозглая масса. А мне нужна армия. Хорошая и дисциплинированная армия. Хотите стать ее первыми воинами?
Среди рыцарей прокатился глухой ропот.
– Когда я буду править этим миром, думаю, вы сможете рассчитывать на кое-какие привилегии.
– Заткнись! – грянул сильный голос Таннера. – Ты не смеешь предлагать такое нам, воинам Креста!
Ингельд с улыбкой обежал глазами рыцарей и они вдруг один за другим стали хрипеть под его взглядом. Горло Жанны как будто схватили чьи-то железные пальцы, она пошатнулась, но Таннер вовремя поддержал ее и приобнял за плечи. Впрочем, невидимые пальцы на горле уже исчезли и Жанна судорожно вздохнула.
– Все хорошо, Жанна, – шепнул Таннер.
Она окинула его благодарным взглядом.
– Я смею, доблестные рыцари, – усмехнулся Ингельд. – Я много что смею. И я не люблю повторяться. Как я понимаю, все вы предпочитаете смерть?
– Ты стал чудовищем, Ингельд, – прошептала Жанна.
Ингельд покачал головой.
– Ошибаешься, дорогая Жанна. Полагаю, я стал богом. И, на правах бога, я решил прервать ваши никчемные жизни.
Он вскинул руки и между его ладонями появился огненный шар. Он стремительно налился ослепляющим светом, а потом полыхнула ярчайшая вспышка и Жанна зажмурилась. Сильный удар швырнул ее на землю, сверху кто-то навалился, но она не успела ни крикнуть, ни застонать. Мир объяло таким жаром, что горло пересохло в один миг. Раскалившиеся доспехи обожгли сквозь одежду, Жанна замычала от боли, а затем сознание покинуло ее.