Чтение онлайн

— Я сам себя прислал, — ответил я и повернул голову, чтобы сплюнуть кровь. Коротышка-боксер взглянул на Ихару, нетерпеливо ожидая разрешения снова мне врезать. Ихара знаком велел ему подождать.

— Зачем? — спросил Ихара. Я ждал, что он сам ответит на свой вопрос, но он молчал. Я понял, что обратился за помощью не к тому парню.

— Мне нужна информация. Это частное дело.

— Эти люди не частного порядка, — немного смягчился Ихара.

Я снова сплюнул, стараясь потянуть время. Рассказывать историю про гейшу не с руки. Примут за выдумку и снова по-любительски врежут по морде.

— Наверное, им меня заказали, — сказал я.

— Если бы эти парни захотели, тебя уже давно бы стерли в порошок, — ухмыльнулся он.

— Кто они?

— Билли, мне не хочется говорить на эту тему.

— За тобой должок, Ихара, — сказал я, взывая к его чувству гири. [29] Все равно что взывать к чувству сострадания акулы.

Ихара вздохнул и сделал знак помощникам. Те зашаркали в свое укрытие за ложной стеной. Интересно, они стоят в шкафу целый день или там целая комната? Я не мог повернуть голову, поэтому и разглядеть толком не мог.

— Может, должок, а может, и нет, — прошептал Ихара, наклонившись ко мне, — но если ты попрешь против этих парней, все долги отменяются.

— Ты все же дай мне хоть какую-нибудь ниточку, иначе я отсюда не уйду. Тебе придется заставить этих парней в шкафу работать сверхурочно. Рот мне быстро не заткнешь, особенно когда я сам не хочу, а истекать кровью я умею. В этом смысле я редкостный зануда.

Пригрозить убедительнее я не мог: я получил по шее, а руки у меня по-прежнему связаны за спиной.

— Где ты видел эту эмблему?

Я изложил ему половину того, что произошло на соревнованиях.

Ихара нервно огляделся и покачал головой, тяжело дыша сквозь зубы.

— Эти якудза из Токио? — спросил я.

— Не болтай, Билли. Они не якудза.

— Политики?

— Нет, гораздо хуже, — сказал он. — Члены религиозного ордена.

— Сайентологи, — сказал я. У меня трещала голова, и я почти ничего не соображал. Привязанный к стулу, избитый и ошарашенный — разве так я планировал провести день?

— Это не смешно, Чака. Не знаю, где ты видел эту эмблему, но я бы ее никому не показывал. Говорю это тебе как человеколюбивый друг.

Друзей потребно сменить, иначе у человека нет ни единого шанса. По зрелом размышлении я сделал вывод, что Ихара не врет и отмутузил меня не ради собственного удовольствия. Он не изверг — просто бизнесмен. А в его бизнесе разница очень тонка.

— Скажи мне хотя бы их название, — попросил я.

— Не выйдет. Для девятисот девяноста девяти людей из тысячи оно ничего не значит, но узнай об этом один оставшийся — и тебя забьют до смерти твоей же отрезанной башкой.

— Они пришли ко мне…

— Это твои похороны, парень, не мои. И ни слова больше.

— Ладно, — сказал я. — Любопытство не порок.

— Этот бизнес мне доказал, что любопытство перехваливают, — сказал Ихара.

И еще что лифты безопасны.

— А эти придурки? — спросил я, показывая на дверь. — Они что, так и торчат там целый день, ждут, когда клиент упомянет не тот клан?

— Они там живут, — небрежно сказал Ихара, будто они его соседи.

— В шкафу?

— Это не просто шкаф. Там есть откидная кровать, раскладушка, туалет. Все бесплатно, а найти комнату в этом городе проблема. Я им даю приличные суммы на расходы, предоставляю крышу над головой. А они меня за это охраняют.

— Видимо, бизнес процветает, раз ты нуждаешься в охране, — рискнул заметить я. Ихара вышел из-за стола и освободил меня от наручников.

— Они помогают мне сказать то, что я иногда не могу выразить словами.

Знакомое чувство. Я владел несколькими языками, однако сейчас мне тоже хотелось объяснить кое-что Ихаре невербальным образом. Но это подождет.

Он протянул мне полотенце, и я стал вытирать кровь с лица. Громадные красные кляксы.

— Я тебе не верю, Билли. И в то же время не понимаю. Но это твои дела. Если речь об этих людях, действуй самостоятельно.

— Я к этому привык. — Я проверил карманы — убедиться, что эти курвецы ничего не стибрили, пока меня обрабатывали.

— Я не могу взять с тебя денег, потому что мы не встречались, — сказал Ихара. Он что, думал, я ему заплачу за то, что мне набили морду? — Уходи по лестнице, чтобы тебя никто не видел, — продолжал он. Как я понял, моя безопасность его больше не беспокоит.

— Рад был повидаться, Ихара. — Пожав плечами, я развернулся и направился к выходу. Задержавшись у потайной двери, я коротко стукнул. Внутри послышался шорох, будто чьи-то шаги. Дверь слегка приоткрылась, и высунулся клок черных волос.

— Да? — начал было парень за дверью. Сильным боковым ударом ноги я врезал ему дверью в висок. Раздался громкий вопль, и я услышал, как на пол грохнулось тело. Закрыв потайную дверь, я вышел из офиса Ихары.

Надеюсь, это был коротышка.

Я спустился по лестнице, как проинструктировал Ихара, но не встретил ни преступников, ни еще кого-нибудь. Снаружи меня ждал Синто. Нельзя не восхититься его умением всегда припарковаться у тротуара в этом переполненном городе — честно говоря, я не понимал, как он умудряется.

Когда я сел в машину, он дважды глянул на меня в зеркало заднего вида. И, конечно, ни слова не сказал.

— Мне досталось по морде, — сообщил я.

— Правда?

Я кивнул. И мы поехали в гостиницу.

У Ихары явно наблюдался острый приступ культовой паранойи. Она охватила всю Японию в 1995 году после газовых атак в метро. В результате любая религиозная организация, которая просила своих членов не только периодически оплачивать чек, но и выполнять другие обязанности, попадала в разряд фанатичных организаций, способных пойти даже на убийства. И все равно опасение Ихары, что его могут отколошматить отрезанной головой, видимо, породили мрачные газетные заголовки. Странно: вообще-то Ихара — довольно рассудительный парень. Да, параноик — но у него работа такая: совать нос в чужие дела и раскрывать неприятные факты. Чуточка осторожности не запрещена.