Раз герой, два герой...
Шрифт:
Красный от возмущения Хюлл с укором уставился на своего господина, но Хорин был слишком озабочен состоянием собственной головы, чтобы обращать внимание на что-то происходящее вокруг.
– Интересно, – задумчиво сказал Шах, изучая болтающийся перед его лицом золотистый бархатный шнур с пушистой кисточкой на конце. – Что будет, если я за него дерну? А, Хорин?
Лагорио тихо застонал и приоткрыл один глаз.
– Этот, ой… горничный придет, – предположил он, – ой-ой-ой, как больно!
– Мой господин, лягте, примочка…
– У-уйди прочь!
– Интересно, – продолжил вслух размышлять Шах, – может, так и за элем будет кого сгонять. Ну-ка…
Первый рывок за шнур не возымел ровно никаких последствий. Подождав пару вздохов, Шах дернул еще раз – и оказался погребен под алой шуршащей волной.
– Прости…
– Ну все, – пробормотал герой, выпутываясь из шторы. – С меня хватит!
– Ты куда?
– К ближайшей бочке с элем, – огрызнулся Шах, вытаскивая из-под кровати ножны.
– А потом?
– Потом гном с овсом! Не всем, – раздраженно добавил герой, – обед валится с неба по первому слову. Некоторым приходится за ним здорово побегать.
– Но, – растерянно произнес Хорин. – Я думал… мне показалось… что между нами вчера возникли отношения… вполне дружеские… Хюлл, отстань!
– А хоть бы и так. Ты в честь этого будешь меня кормить?
– Нет, но…
– Счастливо оставаться!
– Постой! – крикнул Хорин в спину скрывающемуся за дверью Шаху и тут же, со стоном схватившись за виски, рухнул на подушку.
– Мой господин, вам нельзя…
– Ну чего еще?
– Шах, послушай. – Юный имперец замялся, пытаясь подобрать наиболее подходящие, по его мнению, слова. – Я только вчера оказался в Запустенье… ничего здесь не знаю…
– Заметно за версту!
– …и совет кого-нибудь из местных был бы мне крайне полезен.
– Я бы на твоем месте нанял девчонку побойчее, – пробормотал Шах и нормальным голосом спросил: – Говоря проще, тебе нужен проводник?
– В общем… да!
– Отлично, – сказал Шах. – Сорок сребреников в день. Боевые, – поспешно добавил он, заметив, как начало удивленно вытягиваться лицо Хорина, – отдельно, в зависимости от обстановки.
– Хорошо, – растерянно кивнул Хорин.
– Договорились. А теперь, – скомандовал Шах, – пошли!
– Куда?
– За элем, конечно. Ты что, хочешь еще полдня пугать всех своей перекошенной рожей?
– Нет, мой господин, – крикнул Хюлл, хватаясь за начавшего было вставать Хорина. – Ни в коем случае! Ради вашего почте… ой!
Последнее восклицание старого слуги было вызвано тем, что он внезапно обнаружил себя болтающимся в воздухе.
– Сторожи вещи хозяина, – медленно, словно выговаривая нашкодившему щенку, произнес Шах. – Веди себя хорошо. Девок в дом не води – они тебя плохому научат! Понял?
– Ва-ва-а…
– А если ты, сморчок, – добавил Шах, опуская трясущегося слугу на пол, – еще раз пискнешь что-нибудь наперекор мне, я тебя познакомлю с моим другом. Вампиром. Он с удовольствием поболтает с тобой о старых добрых временах. Пошли, Хорин.
– Зря ты с ним так, – укоризненно заметил Хорин, когда они с Шахом вышли в коридор. – Хюлл и в самом деле знал меня с первых минут…
– Но сейчас-то ты не в пеленки завернут? – фыркнул Шах. – А если он дорог тебе, как память, так надо было попросить придворного мага, чтобы наложил на него заклятье для старого тряпья и сложить в чулан.
– …и когда ты только обзаведешься хоть малой толикой мозгов?!
– Например, – язвительно заметил Шах, – когда ты прекратишь ныть и скажешь, что именно тебе так не нравится!
– Все! – отрезал Шон. – Мне не нравится, что ты пропадал неизвестно где…
– Я уже взрослая девочка!
– … неизвестно с кем. Я…
– Моя заботливая мамочка!
В следующий миг Шах слетел с табуретки и, кувыркнувшись, пребольно стукнулся макушкой о стену.
– Так лучше? – осведомился покойный герой, потирая кулак. – Или еще добавить… ногой?
– Ктрегуруп!
– Неправильный ответ, – заметил Шон, занося ногу.
– Стой!
– Так-то лучше.
– Прежде чем размахивать кулаками, – проворчал Шах, осторожно касаясь макушки: – ты бы хоть спросил: чем все закончилось?
– И?
– Этот имперец меня нанял!
– Нанял тебя? – озадаченно переспросил Шон. – Хм. У этих забугорных сусликов обычно хорошие залежи жирка под шкуркой. Надеюсь, ты спросил с него не меньше тридцати сребреников, потому как иначе ты сильно продешевил.
– Я договорился о сорока.
– Что?!
– И сдельная оплата за боевые!
– Орк тебя возьми, малыш, – вздохнул Шон, помогая ученику подняться. – Ты и впрямь малость повзрослел.
– Спасибо, что заметил.
– Ну-ну, не дуйся, не жаба, – усмехнулся Шон. – Лучше скажи, что же потребовалось господину имперской шишке в нашем любимом Запустенье?
– Пока не знаю, – сознался Шах. – Мы договорились встретиться в полдень.
– Где? – быстро спросил Шон.
– В “Петермите”.
– Неплохо, – присвистнул Шон. – Остановился он небось в “Синей башне”?
– Угу. В лучшей комнате. Кровать с балдахином, зеркало…
– Очень жирненький забугорный суслик, – прокомментировал покойный герой. – Скорее всего и не подозревает о существовании на свете гвеллеров.
– Ты это, – предостерегающе начал Шах, углядев во взоре учителя знакомый алчный отблеск. – Мы с ним подружились.
– Что ж ты ему, – хмыкнул Шон, – скидку не сделал, по дружбе, а?
– Я эти деньги намерен честно отработать.