Чтение онлайн

* * *

Нод стоял на пороге балкона, отведя рукой занавес, и, казалось, любовался видом на бухту. На самом деле мысли его вились вокруг происшествия в катакомбах Каралона и пока не проявившихся последствий. Вряд ли он видел блики солнца на куполах ратуши и храмов, скопление парусников на рейде и стаи чаек, носившихся над волнами.

За столом в кабинете магистра сидел Диммра, хмурясь вглядывался в золотистую нить на изумрудной поверхности воды. В чаше, подрагивая, плыла карта центрального Аргедана. Без личины маг выглядел еще более суровым и замкнутым. Черты лица заострились, под глазами залегли синие тени, а морщины вокруг глаз и рта придавали лицу выражение в крайней степени желчное. Седые волосы цвета темного пепла вились крупными локонами, разделенные на три пучка и стянутые ниже плеч похожими на узкие кольца заколками. Серебряная цепь, состоящая из квадратных сегментов с гагатами, придавливала складки черной пелерины, надетой поверх мантии профессора. Диммра преподавал в Вимроуде, занимая должность декана кафедры материализации. Полное название звучало как Кафедра Материализации Нематериальных Проявлений Энергии Стихий. Студенты, питая понятную в этом случае страсть к сокращениям, говорили просто "манемка" - материализация нематериального. А профессоров кафедры звали и того проще - "матами". Что касается декана, поскольку авторитет его среди студенчества был крепок, Верховного удостоили шепотом произносимого прозвища Шелест. Из-за его своеобразной манеры говорить. Казалось бы, при такой особенности речи, как у Диммры, неизбежны были трудности в общении, однако их не возникало. Если декан желал быть услышанным, то его слышал каждый, к кому обращалось внимание мага.

– Гон свернул к Зениру, - раздался обманчиво слабый голос.

Греллар отпустил ткань занавеса, оборачиваясь.

– Четыре дня назад они проскочили город, - с сомнением проговорил он.
– Зачем им возвращаться? Сбились со следа?

– Нет. След четкий и непрерывный. Это беглец меняет направление.

Нод подошел к столу, склоняясь над чашей. Мерцающая нить следа петляла между Долгим и Южным трактами, минуя любые даже самые маленькие населенные пункты. Обойдя Зенир по кольцу с юга, неизвестный маг вдруг дернул обратно на северо-восток. У него не было никакого плана продвижения и никакой цели. По крайней мере, так казалось.

– Между ними уже второй день удерживается расстояние в дасанд. Всего ничего, но... Как ему удается опережать гон?
– в замешательстве мотнул головой Греллар.
– Даже будь он верхом - это невозможно. Кто он такой!?

– Не спрашивай. Я уже все перепробовал. Поиск и анализ не дали результатов. Действует только кровавый след, ведущий Гончих. Можем полагаться лишь на них.
– Помолчав, Диммра устало добавил, - Уже после осмотра катакомб стало понятно, что легко не будет. Наш маг - каменное зернышко.

– Да, я уже понял, что мы сломали пару зубов, - в раздражении скривился Нод.

– Как бы вовсе не подавиться, - заметил Диммра, отстраняясь от чаши.

В наступившей тишине вдруг раздалось шипение, будто на горячие камни плеснули воды. Маги, бледнея, проследили взглядами, как исчезает рисунок следа, растворяясь в зеленой жидкости "зеркала".

Оба уставились друг на друга, позабыв все слова, которые знали. Исчезновение следа происходило в двух случаях: если добыча умирала, или если кто-то намеренно разрывал связующие нити сплетенного аркана.

– Если это дело рук его Святейшества, - прошипел Нод, комкая в кулаках скатерть, - то я клянусь, что найду способ отправить его в огненный ад, которым он пугает свою восторженную паству! Это уже третий раз за последний год! Пусть только попробует списать все на "досадную" случайность.

Диммра не стал упоминать второго варианта - гибель беглеца - потому что и сам мало в него верил. Скорее всего, это снова храм сунул нос в дела магов, прикрывшись действиями бесконтрольной организации фанатиков - Ловчих. Ну что ж, тем самым они обострили противостояние, превратив его, наконец, в открытый конфликт. Уж Верховные найдут способ связать в глазах императора интересы его Святейшества Краара и деятельность охотников "на полуночных тварей".

Ощутив укол холода в правом запястье, маг сдвинул рукав, открывая браслет с крохотным ледовым камнем в оправе.

– Егеря, - коротко бросил он напрягшемуся Ноду.

– Отвечай.

Гончие, стелившиеся в длинных прыжках над землей, внезапно прыснули в стороны, замедляя бег. Принялись кружить на месте. Пульсация крови в сосудах, густо оплетавших носы, угасала, и вместе с тем теряла плотность физическая оболочка. Когда егеря выскочили на пригорок, псов больше не было. Маги остановились только на несколько секунд, чтобы обменяться взглядами. Затем трое рванули с места в том направлении, куда до этого мчался гон, а оставшийся,сделав короткий пас рукой, выхватил из травы лемы и достал из-за пазухи ледовый камень.

Магистр отозвался незамедлительно. В голове егеря прозвучал вопрос:

– Что у вас?

– Псы ушли. Нить разорвана. Мы продолжаем гон до того места, где след обрывается.

– Ищите тело. Если трупа не будет - значит поблизости Ловчие. Гоните их. Мы даем добро на любые действия в их отношении. По возможности возьмите языка.

Егерь кивнул, разрывая контакт.

За время разговора биение сердца замедлилось, возвращаясь к нормальному ритму, из-за чего начало отступать действие декокта. Мужчина припал на одно колено, чувствуя, как кожа покрылась испариной. Прижав руку к груди, он шумно задышал, отправляя на каждом выдохе импульсы к сердцу. Кровь побежала быстрее, зрачки расширились. Наркотическое возбуждение вернулось, по мышцам разлилось тепло - и маг бросился вслед за давно скрывшимися из виду товарищами.

В тени холма, у края взбиравшейся по его склонам рощи, свернувшись клубком, лежала женщина. На ней не было одежды, и только длинные черные волосы стекали по обнаженному плечу и через бедро на землю. Егеря остановились в нескольких шагах от нее, присматриваясь. Она казалась мертвой. Иначе и быть не могло, если нить порвалась сама.

– Ну, хотя бы не придется еще и за Ловчими бегать.

Маг потянулся к ледовому камню на шее, как вдруг женщина издала протяжный воющий стон, переворачиваясь на спину. Волосы шелковой лентой протянулись через грудь. Один из егерей - тверд, маг земли - отреагировал мгновенно: из-под его ног вырвались корни деревьев, оплетая белое тело. Снова ловить ту, кто водила хвост погони за собой вот уже вторую неделю, магам хотелось меньше всего.

– Жива. Вот жор, - егерь присел на корточки, отодвигая прядь волос с лица женщины, и отшатнулся, встретив бессмысленный взгляд. Занимавшая всю прорезь глаза светло-голубая, почти белая, радужка с черной каймой принадлежала зверю.

– Не стойте. Давно пора связаться с магистрами, - бросил он товарищам, присматриваясь к перемазанным серой грязью пальцам незнакомки - каждый из них венчал полупрозрачный длинный коготь.

Женщина лежала в ступоре, не реагируя на окружающих, словно не видела их. Но когда егерь оттянул верхнюю а затем нижнюю губу, проверяя наличие клыков, зрачки ее резко сузились, и взгляд сфокусировался на мужчине. По-звериному ощерившись, она зашипела - слышно было, как в горле клокочет, зарождаясь, рык. Маг тут же добавил несколько корней на запястья и щиколотки, а вокруг шеи обвил толстый жгут, прижимая голову к земле. Жар и ветер нависли над добычей, зорко следя за каждым ее вздохом. Хлад уже вошел в контакт с Верховными, сосредоточившись на обмене информацией.

В это время женщина завыла - сквозь белую кожу начала пробиваться шерсть, и затрещали суставы. Маги растерялись всего на несколько мгновений. Затем под напором прорывающихся корней вспучилась земля, под шорох и скрип вокруг оборотня свился плотный кокон. Женщина затихла, ломка прекратилась, но взгляд наполнился хищной яростью.

– Что за стерва, - процедил жар.
– Придуши ее до отключки.

Но едва жгут на шее натянулся, как незнакомка зашипела, выгибая тело. На глазах у людей кокон почернел, осыпаясь золой, а сама ведьма вывернулась дикой кошкой, встав на четвереньки - и за две секунды перекинулась. Уже на третьей секунде в лицо ветру, стоявшему ближе остальных, прыгнула черная, как сажа, волчица. Тот сразу же толкнул воздушную волну, в спешке задев одного из своих. Сорванные с места, зверь и человек грохнулись в траву в десяти лакратах друг от друга, но волчица пришла в себя гораздо быстрее. В три длинных прыжка она подскочила к оглушенному ударом магу, ощеривая пасть. Ей наперерез метнулись удлинившиеся прутья колючника. Раздался жалобный лай, когда длинные шипы пробили кожу, но боль только взбесила зверя.