Чтение онлайн

— Я же сказала тебе, что он жив. От тебя только одни неприятности.

— Совсем наоборот, — возразила Пакс, — я делаю то, что нужно.

— Нужно? — переспросила женщина и сплюнула. — Ничего, скоро тебе объяснят, что нужно и что не нужно.

— Возможно. Но сначала я увижу его живым и здоровым.

— А это уж как решит Повелитель. Но в любом случае я тебе не завидую.

Несколько минут они молча стояли посреди двора. Когда обе створки ворот наконец открылись, во двор вышли и выстроились в две колонны вооруженные люди: солдатами Пакс назвать их не смогла. Вслед за своей бандой во двор вышли два жреца Лиарта. Их огромные рогатые шлемы отбрасывали в волшебном свете трепещущие тени. Если не считать того, что один из них был выше другого ростом, они походили друг на друга как две капли воды. Рыжеволосая женщина низко поклонилась им обоим. Жрецы посмотрели на Пакс, и один из них, угрожающе подняв тяжелую шипастую палицу, сказал:

— Паладин Геда, ты пришла, чтобы освободить своего хозяина?

— Он мне не хозяин, но он — законный король Лионии. Это вам всем известно.

— Дерзкая ты все-таки женщина!

— Мне было ведено богами возвести его на трон. Он больше не мой командир, ибо я стала паладином Геда.

— Но ты же пришла за ним.

— Я пришла за королем Лионии.

— Повелитель Мук не желает, чтобы он взошел на престол королевства Лионии.

— Повелитель Мук уже имел возможность убедиться в том, что воля Великого Господина исполняется вне зависимости от его желаний. — Ответом на эти слова стали неясные крики и голубая молния, которую метнул в нее второй жрец. Пакс рассмеялась и отшвырнула огненную стрелу в сторону одним движением руки. — Вот видите, — сказала она, — вы передали мне, что он жив и что у вас на уме какая-то сделка. Но ведь и я — не беззащитная овечка. Так что выдвигайте свои условия, и будем торговаться. Я ясно выразилась, рабы жалкого господина?

— Вы умрете, умрете все в страшных мучениях… — зашипел было один из жрецов, но второй оборвал его и шагнул вперед.

— Ты убила слуг нашего Повелителя в Лионии, — сказал он. — Еще раньше ты убивала их в Ааренисе. За эту пролитую кровь Повелитель заставит тебя пролить свою. Если же ты откажешься, он прольет кровь короля Лионии.

— Значит, смерть за жизнь? — спросила Пакс.

— Нет. — Жрец медленно покачал головой. — Муки за жизнь. Ясно тебе, паладин Геда? Смерть слишком легка. Одним ударом можно отсечь все ваши головы. А наш Повелитель знает, что вы, паладины, думаете, будто вас после смерти ожидают бесконечные пиры и празднества. Нет, ты должна выкупить свободу короля Лионии ценой своих собственных страданий и мучений. Кто-то из вас — ты или король Лионии — проведет эту ночь и завтрашний день под самыми страшными пытками. Такова воля нашего Повелителя.

— А потом все начнется снова, и в конце концов вы убьете того, кого захотите. — Пакс не без труда удавалось говорить твердо и спокойно.

— Может быть, и так, потому что, кроме нашего господина, есть и еще кое-кто, жаждущий твоей смерти. Неопределенность — составная часть пытки. Но условия сделки ты знаешь. Ты сдаешься и без сопротивления всходишь на наш алтарь. В противном случае король Лионии будет изувечен физически и душевно так, что уже никогда не доберется до своего трона.

— Докажите мне, что он и его оруженосцы живы.

— Оруженосцы? Какое тебе до них дело?

— Вам все равно не понять. Я требую доказательств. Один из жрецов удалился внутрь здания. Через некоторое время он вновь вышел во двор, а вслед за ним под конвоем, связанные и обезоруженные, показались в дверях Пелан и оруженосцы. Последним вышел человек, который нес все отобранное у них оружие. Вышедшие из темного здания щурились на волшебный свет. На лице Пелана, как только он увидел Пакс, проявилось лишь одно чувство — отчаяние. Гаррис покачивался между двумя конвоирами; он едва стоял на ногах, по всей видимости получив серьезную рану. Правая рука Сурии была наскоро перевязана. У Льет же повязка охватывала всю голову: похоже, что в бою ей пробили череп. Селфер тоже передвигался не без труда и сильно хромал.

— Пакс, я-то понадеялся, что ты не сунешься в эту ловушку. Думал, что у тебя ума хватит. — Негромкий голос Пелана едва слышно разнесся по дворику.

— Твое кольцо сработало, как мы и предполагали, — ухмыляясь, сказал один из жрецов.

— Мой господин, у паладина, действующего по воле богов, мало пространства для выбора, — сказала Пакс, не обращая внимания на жрецов и глядя в глаза Пелану.

— Ну что ж, ты убедилась: у нас есть то, что мы выставляем на торги, — сказал первый жрец. — Будешь выкупать его?

— Всех, — твердо сказала Пакс. — Оруженосцев тоже.

— А их-то зачем?

— С какой стати мне оставлять их у вас в лапах? — Пакс помолчала и сказала:

— Предлагаю сделку. Я выкупаю короля и оруженосцев на следующих условиях: один день и одну ночь — сутки — за каждого из них. До этого вы возвращаете их оружие и не трогаете их по дороге в течение всех этих дней.

— Нет, Пакс! Не вздумай! Только не это! — Сурия дернулась вперед, и конвоиры тотчас же, вцепившись в веревки, отшвырнули ее обратно.

— С чего это ты взяла, что мы будем выслушивать твои условия? — спросил жрец. — Мы можем убить всех прямо сейчас.

— Не забывайте, что вы здесь не у себя дома, — сказала Пакс. — А я, как вы уже успели убедиться, под защитой моих богов. Может быть, я и не спасу своих друзей. Может быть, даже глупо рассчитывать на это. Но я смогу убить вас обоих.

— Что ж… — Жрецы посмотрели друг на друга и заговорили между собой на каком-то непонятном Пакс языке. Затем, развернувшись к ней, один из них объявил:

— Мы ставим следующие условия: день и ночь за каждого. Пятерых будешь выкупать?

— А у вас что, есть еще пленные?

— Нет, по крайней мере пока нет. Итак, пятеро. Пять дней и пять ночей. Мы вернем им оружие и освободим их, как только ты войдешь в дом.

— Нет, — отрезала Пакс. — Что такое слово паладина, я думаю, даже вам хорошо известно. Чего стоят ваши уверения и обещания — мне тоже объяснять не надо. Вы освободите их прямо сейчас, и, подчиняясь данной мною клятве, они не поднимут оружие против вас…

— Пакс!

— Замолчи, Сурия. По крайней мере сейчас я запрещаю вам пытаться отомстить. Вы будете связаны моей клятвой. Заберите оружие и возвращайтесь во дворец. Берегите вашего правителя во время путешествия и никому ничего не рассказывайте. — Она посмотрела на оруженосцев и герцога, взглянула каждому из них в глаза. — Вы — я всех спрашиваю, — вы все поняли?

В глазах Пелана мелькнули слезы.

— Пакс, не надо. Ты не понимаешь…

— Прошу прощения, мой господин, но я-то прекрасно понимаю… Может быть, даже лучше, чем вы. Я теперь не ваш солдат. Я исполняю приказания Великого Господина и Геда, защитника слабых и безоружных. Умоляю вас, не делайте мое задание еще более трудным.