Чтение онлайн

– Царица Софья Алексеевна, правительница Великия, Малыя и Белыя! – отчаянно заорал дворецкий и стукнул посохом по мрамору пола.

Быстро переступая ногами, обутыми в легкие белые сапожки, почти не видимые из-под платья, царица вошла в Грановитую палату и прошла к трону. Все медленно и как-то даже нерешительно поднялись. Медленно села на него, оправила платье и оперлась о подлокотник.

– Доброго вам утра, бояре! – поздоровалась приветливо, обвела глазами палату. – Все здоровы? Присаживайтесь, бояре, располагайтесь! Ростислав Алексеевич, подойдите. Бояре, на вчерашнем совете было решено ввести должность Первого министра. Ведь ваша царица женщина, а управление такой громадной страной требует соответственно громадных усилий. Значит, персона Первого министра нам необходима. И поэтому разрешите вам представить боярина Каманина. Я повелела назначить его на эту должность.

Среди бояр поднялся ропот. Никому не известный человек назначен главным над всеми приказами. Многие с надеждой смотрели на Ромодановского, но князь-кесарь лишь хмуро пыхтел в своем углу. Наконец, не выдержал князь Брюхатый – старший из присутствующих, одетый в долгополую однорядку:

– Государыня, – возразил он, – мы не можем слушать никому не известного боярина. Назначить Первым министром следовало бы князя Ромодановского, либо князя Товстоногова, либо вашего покорного слугу. Это древние роды, всем известные, так я говорю, бояре?

По палате пошел шепоток одобрения. Царица нахмурилась.

– Назначение сие решенное и обсуждению не подлежит. Древность рода еще не означает умения управлять государством. Князь Василий, вы вот хотя бы ведаете, какое количество народа проживает на Руси?

– Полагаю, миллионов пять! – с достоинством ответил князь Брюхатый.

– Пять! – фыркнула царица. – К вашему сведению, больше тридцати. И с большинством этого народа вы не знакомы... Скажите честно, вас устроит должность воеводы в Угличе? Соглашайтесь, иначе отправлю в Саратов! По глазам вижу, что согласны. Не смею вас задерживать. Поспешайте!

Опешивший князь Василий поднялся с лавки и на негнущихся ногах прошел к дверям. Царица-матушка окинула взглядом притихшую Думу и продолжила:

– Общеизвестно, что после охоты добыча делится по числу охотников: всякому по умению его и доля. А потуги на долю тех, кто не принимал участие в охоте, глупы и самонадеянны. Посему тем боярам, кто не принимал участие в моей реставрации (она по слогам произнесла это слово), не должно надеяться, что их назначат на высокие посты. Однако и не нужно думать, что последуют значительные репрессии. Хотя и следовало бы. В писании сказано: «Бойся равнодушных» – а вы, соколики, начинаете чесаться лишь тогда, когда огонь лижет ваши собственные шкуры.

Бояре сидели надувшись и с тревогой вникали в речи Софьи Алексеевны. Редко кто из царей российских позволял в таком тоне разговаривать со знатными фамилиями. Правда, Петр Алексеевич начал тоже крепенько...

– Продолжайте, Ростислав Алексеевич, – обратила царица свое лицо к Первому министру.

– Благодарю! – склонил голову Каманин. – Бояре, оглашаю весь реестр. Главой Посольского приказа назначается князь Юрий, княжич Васильев, сын Глинских. Юрий Васильевич, милости прошу!

Князь Глинский встал, оправил на себе кафтан и сел в одно из кресел, что в количестве двадцати штук стояли у стола. Ростислав продолжал:

– Главой приказа Тайных дел остается князь-кесарь Ромодановский. Федор Юрьевич, пожалуйте к столу – ваше место здесь. Кстати, можете себе оставить этот прикольный титул – «князь-кесарь». Прекрасно действует на всяких шалунов.

Федор Юрьевич облегченно перекрестился и присел возле Глинского.

– Рейтарским приказом отныне заведует боярин Басманов. Петр Данилович, потрудитесь занять свое место. Господа! Вчера учрежден новый приказ – Академический. Глава приказа будет ведать всеми академиями, семинариями и народными школами. Главой приказа назначен князь Барятинский, как один из самых образованных людей в России. Олег Даниилович, мое почтение!

Всего полчаса потребовалось Первому министру, чтобы огласить весь «портфельный реестр». Князю Одоевскому предложили Малороссийский приказ, но он выпросил Сибирский, ссылаясь на более детальное знакомство с тамошним народом. Малороссийский приказ возглавила графиня де Лавинье, при улыбающейся во весь рот Софье и выражении отчаяния, застывшего на лицах бояр.

Думный дьяк Иванов возглавил приказ Счетных дел, обещая призвать его к порядку, чтоб был не хуже, чем у голландцев. Коллега его, Виниус, остался при своем Почтовом ведомстве, а Аптекарским приказом повелели ведать Михаилу Товстоногову, чем изрядно того приободрили – он всерьез настроился на Братск.

Раздали портфели (вернее, ключи) от Хлебного, Артиллерийского, Сыскного, Поместного, Дворцового, Северных земель и прочих приказов. Означенные министры подсели за стол, а остальным Каманин сделал ручкой.

– Те, кто сидит за столом, – верхняя палата, сиречь Малый Совнарком, – неопределенно пояснил он царице. – Чем меньше народу, тем больше кислороду. Видите вон того пузатого парня? Иннокентий, пересядь за стол – там еще три места осталось. Государыня, сей плут вскорости станет министром культуры. Но пока область эта в весьма чахлом состоянии... Да! Быть вам, Иннокентий Михайлович, куратором спорта, пропаганды и торгового флота.

Иннокентий понимающе набычился. Царевна меж тем слезла со своего трона и села в головное кресло. Молча посмотрела на свой парламент и спросила Первого Министра:

– Ростислав Алексеевич, а для кого еще одно кресло? Крайне любопытно, что вы надумали...

Почетное место для Патриарха. Почему почетное? Потому что будет всегда пустым. Нечего патриарху в дела государственные лезть – пускай сперва порядок в церкви наведет.

Софья недовольно поморщилась.

– Испокон веков Патриарх в Думе заседал. Круто взялись, отец, за реформы вы...

Ростислав возразил:

– Как может человек рассуждать о порядке в стране, когда в его собственном хлеву дерьма, извиняюсь, по колено? Ну, рассуждать – дело десятое... Они ведь рвутся управлять! Поймите, Софья Алексеевна, сейчас мы должны решать первоначальные задачи: вон, боярин Пузатый, начальник Дворцового приказа, прямиком после этого заседания помчит наводить порядок в Кремле. Шутка сказать – в царском детинце грязи по колено, а никто этого не замечает! Вот, полюбопытствуйте! – Он протянул царице небольшое фото.