Чтение онлайн

Впрочем, бассейном удалось воспользоваться только на третий день пребывания. Буквально через час после вселения Алисе стало плохо. Она лежала на полу, закусив зубами полотенце, и тихо стонала. Базилио вспомнил про обезболивающие и пошёл искать аптеку. Ему повезло — она нашлась. Правда, большая часть сильнодействующих препаратов была только по рецептам. В результате Базилио принёс лисе эталгиновые пастилки и какой-то панацин провит. Лиса сказала, что панацин — это средство от тяжёлых месячных, но одну таблетку приняла. Потом съела пастилки и отправилась в аптеку сама — точнее, с котом под ручку. Там она представилась фельдшером из Центра, поговорила с провизором на профессиональном языке, после чего выписала себе все рецепты, смело оставляя на бланках отпечаток ауры и закорючку вместо подписи. Базилио это очень не понравилось, но, прикинув риски, он решил, что они меньше, чем если, скажем, попытаться аптеку ограбить — или пытаться добыть рецепты каким-нибудь незаконным способом. О чём он уже, честно говоря, подумывал.

Следующие два дня лиса проспала, просыпаясь только затем, чтобы сделать себе уколы и выпить таблетки. Кот тем временем отдыхал, обследовал окрестности, а также общался с выдрами и играл с ними в подкидного дурака. На второй день девушки предложили ему сыграть на желания. Баз отказался, и тогда они уже открытым текстом объяснили, что если у него возникнет желание разнообразить личную жизнь, то обе готовы к услугам. Базилио был как бы и не против, — выдры были секси, — но почему-то решил не форсировать эту тему.

На следующее утро лисе стало лучше. Она поела пельменей — кот нашёл место, где продавались самолепные, с вкусным фаршем. И принялась рассказывать о себе.

Базилио воспринял новые сведения, можно сказать, стоически. Информация насчёт лисьей болезни и её причин, мягко говоря, не порадовала. Эпизод с Нефритовым Сокровищем вызвал смешанные чувства, в которых кот разбираться не стал. Зато ему удалось не подавиться пельменем, когда рассказ дошёл до пьяного бамбука и его отломанного носа.

Но дальше было не смешно. Пленитель Алисы, таинственный инсект, узнав о провале, пришёл в ярость. И решил лису примерно наказать. Благо, в её случае сделать это было несложно: он просто распорядился приковать её за руку к стене и лишил обезболивающих. Крысу он, правда, куда-то отослал, препоручив присмотр над пленницей домовятам. Каждый из них был слабее Алисы, но их было много. Они выводили её только к автоклавам — следить за режимом. Кормили они её раз в день, и половину корма съедали сами.

От боли и голода лиса, что называется, поплыла. Она даже думала перегрызть себе руку — в надежде, что та отрастёт со временем — но вовремя сообразила, что организм не справится с кровопотерей.

В какой-то момент — Алиса не помнила, когда именно — бешеные вектора взялись за её левую руку. Точнее, за кисть. Косточки стали мягкими, и она сумела их сломать, а руку — пропихнуть сквозь наручник. Домовёнок при ней был только один, и тот дремал. Алисе удалось его загрызть. Что было дальше, она помнила смутно: от боли она почти не соображала. Ей запомнились какие-то люки, каменная лестница, темнота и вонь настоявшихся фекальных вод. Видимо, это была старая канализация. Бежать по ней она не смогла — было темно, оступиться или поскользнуться было просто, а утонуть в дерьме лиса не хотела. Она случайно нашла какой-то отнорок. Именно в этот момент векторам вздумалось взяться за сломанную кисть. От боли она потеряла сознание и пролежала неизвестно сколько. Потом пришла в себя, собралась с силами и поползла вперёд. Ей повезло: после нескольких поворотов отнорок открывался в большую яму, вырытую то ли строителями, то ли ремонтниками. Было темно, но яму освещали лампы. Так что ей удалось найти подъёмник, а в нём — аптечку для аварийных случаев. В которой обнаружились два шприца, заряженные септамедолом, на случай экстренного обезболивания при тяжёлой травме. Алиса вкатила себе двойную дозу этого зелья, выбралась из ямы и стала думать, что делать дальше. Тут она почувствовала, насколько голодна, и вспомнила про столовку.

Под конец лиса повторила своё прежнее предложение. Она вбила себе в голову, что Болотный Доктор — её единственный шанс. Поразмыслив, Баз пришёл к выводу, что лиса не так уж и не права. Пришлось объясняться — то есть признаваться в том, что он здесь, в сущности, ждёт появления начальства, и в этом его долг. Лиса поняла это так, что они расстаются вотпрямща и навеки, принялась благодарить за всё, что он сделал и снова предлагать деньги — в качестве компенсации усилий и расходов. Это было честно и по понятиям, но кот почему-то выбесился. Они поругались. Лиса собралась уходить непонятно куда, кот заявил, что никуда её не отпустит. Неизвестно, чем бы всё это закончилось, но тут Алисе снова стало плохо, и следующие двадцать часов коту пришлось провести у её ложа, водить в туалет и кормить с ложечки.

Сейчас всё было почти хорошо. Лиса ожила, много ела, купалась в бассейне и три-четыре раза в день бегала к выдрам — по её словами, «пообщаться». Врать лиса не умела совсем, так что кот понимал, что они что-то скрывают. Но предпочитал не совать в это нос: лиса реагировала на эти расспросы неожиданно нервно.

— И-извини, — поток воспоминаний был грубо прерван вернувшейся лисой: сухой, распушённой. — Так ты за мясом идёшь?

— Меня вообще-то зовут Базилио, можно Баз, — проворчал кот. — И-извини — это не моё имя.

— Ой, ну да, конечно, и-извини, — лиса, кажется, всё-таки смутилась. — По дороге винограда купи, пожалуйста. Только не такого.

— А какого? — кот вздохнул, предвидя сложности.

— Ну такого. Этого! Который я вчера покупала.

— Где? — машинально спросил кот.

— Там. Где я покупала, — объяснила лиса.

— Я этого не видел, — попробовал ещё кот. — Там — это где?

— Ну там же! Ну вот идёшь отсюда, потом поворачивашь туда, ну и дальше прям сразу, и увидишь!

— Ладно, как-нибудь найду. Хотя ты виноград второй день лопаешь.

— Тебе жалко? — тут же надулась лиса.

— Тебя жалко, — вздохнул кот. — Долго тебе потом придётся скакать на белом коне.

— Чего? — не поняла Алиса.

— Продристон от него бывает, — пояснил кот.

— Фу! — лиса замахала руками. — А вообще-то виноград очень полезен. В нём содержится ресвератрол, а тот регулирует адипонектин, это гормон, от которого зависит развитие жировных тканей…

— То есть от него худеют? — решил внести ясность Базилио. — Раньше ты другое говорила.

— Ну… понимаешь… это же процессы… там всё не так однозначно, — заюлила лиса совершенно по-лисьи. — Я тебе потом объясню.

— Когда налопаешься, опоносишься и будешь искать виноватого? — не отставал кот.

— В чём виноватого? — удивилась Алиса. Мордашка у неё при этом была ну до того невинная, что кот только фыркнул и рукой махнул.

На улице было прохладно. Кот задумался о жилетке.

В мясном у него спросили какую-то «карточку покупателя», «районный прикрепительный» и справку об усиленном питании. На все три вопроса кот ответил одним совереном. Ответ был принят, и через двадцать минут кот брёл по улице с увесистым кульком, размышляя, не купить ли ему сковородку и нож — или попросить их у выдр, у которых наверняка всё это есть. Решил, что для начала нужно разжиться солью и перцем.