Чтение онлайн

В полдень Рэд вышла из дому, торопливо перебежала дорогу под легким дождиком и повернула направо, на Уэстборн-Террас-Мьюз. Через пару минут она уже подошла к гаражу, где держала своего любимца — желто-черный кабриолет «фольксваген-битл» 1973 года выпуска. Брайса машина не впечатлила. Опасная, сказал он. Нет подушек безопасности. И этот почти флуоресцентный цвет, как будто ее обгадила гигантская чайка. Брайс хотел купить ей современный кабриолет «гольф», но Рэд отказалась. Она любила эту машину.

Что и объяснила Брайсу в совершенно недвусмысленных выражениях — у машины есть душа.

Рэд повернула ключ в замке и подняла гаражную дверь. «Жук» стоял там, сияющий, любовно отполированный всего три недели назад. Она открыла дверцу, села за руль, вставила ключ зажигания и повернула. Как всегда, двигатель тут же отозвался, ожил, всхрипнул и перешел на уверенное, ровное жужжание. Рэд любила его знакомый запах, смесь старой краски, заводского очистителя и легкой сырости.

Рэд дала задний ход, выехала из гаража, вышла и закрыла дверь. Потом вернулась за руль, накинула ремень безопасности и покатила вдоль набережной. Возле памятника королеве Виктории свернула налево. Дождь усилился, застучал настойчиво по матерчатой крыше. Окна затуманились.

Она пересекла Черч-роуд и направилась к Драйв. Обогреватель уже работал вовсю, нагоняя в салон тепло и успешно сдерживая октябрьский холодок. На перекрестке Олд-Шорэм-роуд загорелся красный, и она остановилась в ряду других машин. Переключилась на «нейтралку», потянула рычаг ручного тормоза. «Джус FM» передавала музыку, и Люсинда Уильямс пела песню, которую так любил Брайс.

Когда-то эта вещь нравилась и ей самой.

«Эта песня о нас с тобой», — сказал как-то Брайс.

Так оно и было.

Мой день уходит… Твой знак на мне остался…

Сердце откликнулось болью. Брайс. Да, он оставил свой знак, как никто другой. Она верила, что встретила мужчину, с которым проживет жизнь до конца.

Черт возьми, Брайс, что же случилось? Почему? Почему ты это сделал? Почему с самого начала не рассказал правду? Может быть, все вышло бы иначе.

Ей вдруг почудился запах гари. Светофор переключился на зеленый, и машины впереди тронулись с места. Рэд убрала тормоз, переключилась с нейтральной на первую и придавила педаль газа. Но двигатель заглох. Сзади кто-то просигналил. Она подняла руку — мол, извините — и повернула ключ. Мотор заурчал, потом заскрежетал и остановился. За спиной у нее поползли змейки дыма.

Черт. Черт. Черт.

Еще больше дыма, кислого, вонючего, повалило снизу.

Сзади снова просигналили, уже настойчивее, нетерпеливее.

Рэд закашлялась. Мысли заметались в панике. Дым сгущался. Она распахнула дверцу и тут же услышала тошнотворный хруст — промчавшийся мимо белый фургон едва не снес ее начисто, но почти сразу же скрипнул тормозами и остановился. Рэд вывалилась на дорогу в облаке дыма. Еще одна машина вильнула и остановилась.

— Что еще за игры? — крикнул кто-то, и до нее дошло, что это шофер фургона. — Ну ничего себе, — присвистнул он, увидев дым. — Секундочку, милая, у меня огнетушитель.

Что-то захрустело.

Водитель сбегал к фургону и быстро вернулся с небольшим огнетушителем.

— Откроешь капот?

Рэд вытащила ключ из зажигания, подбежала к заднему замку, всадила ключ и надавила на кнопку. Дым поднимался от радиатора.

— Открывай! Только медленно и осторожно!

Рэд приподняла крышку на несколько дюймов. Дым валил с обеих сторон.

— Вызывай пожарных! — крикнул водитель фургона, поднимая крышку выше.

Словно загипнотизированная, она смотрела, как его накрывает дым. Потом опомнилась, подбежала к дверце, просунулась внутрь, схватила сумочку, достала телефон и набрала 999.

Водитель фургона — невысокий, полный мужчина за сорок — направил пенную струю на двигатель.

— Экстренная помощь. Вам какую службу? — поинтересовался бесплотный голос.

— Пожарную, — прохрипела Рэд. — У меня машина загорелась.

Языки пламени вырывались из моторного отделения. По обе стороны от них остановились машины, но Рэд как будто и не замечала их. Из притормозившего автобуса выскочил и подбежал к ней какой-то парень с еще одним огнетушителем. Теперь уже двое заливали двигатель пеной, но огонь только разгорался. Пламя рвалось вверх, вынуждая людей отступать.

В ожидании пожарных Рэд в ужасе наблюдала, как ее автомобиль превращается в огненный клубок.

Воскресенье, 27 октября

У себя на складе Брайс Лорен переключил мобильный Рэд на громкую связь и начал открывать ящик с фитилями медленного горения, полученный в начале недели из Китая.

Бедняжка Рэд. Ты, похоже, сильно расстроилась из-за машины. Нужен подарок, да? Думаю, подарок тебя взбодрит. Милый такой подарочек, который ты прихватишь с собой в могилу.

Воскресенье, 27 октября

Коттедж «Понд» представлял собой длинный, узкий, крытый соломой дом с низкими потолками, относящийся, по крайней мере частично, еще к тюдоровским временам. Располагался он на извилистой сельской дороге к северу от Хенфилда, маленького городка в восьми милях к северу от Брайтона. «Понд» был и оставался для Рэд настоящим домом и — порой — убежищем.

От дороги коттедж закрывала высокая стена аккуратных тисов, верхушки которых украшали фигурно выстриженные птички, предмет едва ли не маниакальной заботы ее отца. С тыльной стороны к нему подступал ухоженный сад с прудом для уток, посредине которого красовался миниатюрный островок, а дальше расстилалась лужайка площадью в акр, откуда открывался вид на уходящие к горизонту сельскохозяйственные угодья. Со времени выхода в отставку отец Рэд, юрист-консультант по семейным делам в Брайтоне, делил время между работой в саду и хождением по прибрежным водам на небольшой парусной яхте «Рэд Марго». Названная в честь дочерей, яхта была настоящей страстью родителей. В детстве сестры провели на борту немало уик-эндов и каникул, иногда не по собственной воле, иногда с удовольствием исследуя порты Девона, Корнуолла, Нормандии, Бретани и островов Канала.