Чтение онлайн

Чтобы их добыть, пришлось попотеть. Первым делом Финч и Арабелла побежали в аптеку и в винную лавку, кое-что купили там, после чего вернулись домой и подстроили так, чтобы бутылка джина «Идлен» на столе во время завтрака Сергиуса Дрея превратилась в идентичную бутылку джина «Идлен», но уже с секретным ингредиентом внутри. Мистер Дрей ел омлет, запивал его своим любимым джином и спустя примерно минут двадцать так утомился от столь сложного процесса, как разрезание яиц ножом, что уснул прямо за столом, рухнув лицом в тарелку. Тогда-то Арабелла и стянула из кармана его штанов колечко с отмычками. Дети немного потренировались на замке двери Финча, после чего отправились «на дело». Отмычки планировалось вернуть на место сразу же после взлома и проникновения, иначе ярость мистера Дрея по пробуждении и обнаружении пропажи сложно было бы даже представить.

Если бы миссис Чаттни узнала об отмычках, она бы отобрала и их тоже. Что ж, пока что дети еще не полностью осознавали, в какую беду попали. Вероятно, по поводу отмычек им вообще не стоило беспокоиться, учитывая то, что их ожидало.

– Ну ладно… – усмехнулась миссис Чаттни. – А револьвер у вас откуда?

– Это секрет конторы! – важно заявил Финч. Ему понравилась эта фраза: она звучала важно и убедительно. В ней был вызов и проскальзывало что-то взрослое.

– Украли где-то?

– Это подарок! – соврала Арабелла. – На день рождения.

– Неужели? – прищурилась миссис Чаттни. – Ваш, мисс Джей, день рождения был три месяца назад. А ваш, мистер Финч, будет только через месяц.

Дети испугались еще сильнее. Эта женщина откуда-то знала и помнила, когда у них дни рождения. Она была очень опасной – намного опаснее, чем они полагали.

– И это не значит, что мы не могли получить его раньше, – тем не менее ответил Финч.

– Не значит, – согласилась миссис Чаттни. – Теперь признавайтесь, что вы хотели украсть.

– Мы ничего не пытались украсть!

– Тогда что вы здесь делали, вооруженные и в жуликовских масках?

Финч понял, что отпираться не имеет смысла. Миссис Чаттни и так должна знать о том, что они ищут: ее наниматель не мог ее не предупредить о том, что он, Финч, везде сует свой нос, как до этого предупредил мистера Дрея. Мальчик надеялся, что попутно ему удастся спровоцировать эту женщину проболтаться.

– Мы знаем, что вы работаете на Птицелова! – воскликнул он. – Мы хотели узнать о Птицелове!

Арабелла испуганно вжалась в спинку дивана: она не думала, что Финч настолько глуп, чтобы взять и выдать их секрет.

Миссис Чаттни выглядела удивленной. Или пыталась таковой казаться.

– Но я не работаю на Птицелова, – сказала она.

– Врите больше! – выпалил Финч. – Мы все знаем! Вы второй агент Птицелова в нашем доме! Мы видели ваши штуковины для подслушивания и подглядывания! И ваши заметки про не-птиц! А еще мы знаем, что вы на днях ездили на черном фроббине Птицелова!

Миссис Чаттни рассерженно поджала губы. Ее поймали за руку, хотя, учитывая, что у нее от злости покраснел кончик носа, судя по всему, схватили ее еще и за него.

– Замолчи, – сквозь зубы процедила она. – Ты ничего не знаешь, маленький дрянной…

– И вы нам ничего не сделаете! – храбро вставила Арабелла. – Потому что мы пойдем в «Фонарь констебля»!

– Мы им все расскажем! – добавил Финч.

– Неужели? – беспечно усмехнулась миссис Чаттни. – Конечно, идите! Я сама вас провожу, даже за ручку отведу. Только не забудьте рассказать господам констеблям о том, что влезли ко мне, в масках и вооруженные, как самые настоящие грабители. А это, скажу я вам по секрету, милые мои недожулики, уже не просто детские шалости. Мистер Доддж не станет с вами церемониться, и вас сразу же отправят в тюрьму Кардхен. И там не будет конфет и интересных книжек, там вы будете гнуть пружины или вытачивать шестерни. А выйдете на свободу вы совсем старыми, и у мистера Финча уже к тому времени все зубы повыпадают, а у мисс Джей вырастет седая борода.

Дети перепугались насмерть. Только сейчас они поняли, какую глупость совершили, решив сюда сунуться. Это была не пустая угроза: они живо представили себя старыми и больными, ковыляющими по улицам уже давно незнакомого города. Их близкие много лет как умерли, а злодеи исполнили свои злодейские планы, придумали новые и их тоже исполнили. И Финч с Арабеллой не смогли им помешать, так как пропустили свою жизнь, ведь когда-то, в детстве, переоделись жуликами и пробрались в квартиру злодейки.

– Полагаю, мистер Доддж, наш горячо любимый констебль, с радостью вас арестует, – добавила миссис Чаттни, с удовольствием глядя на панику в детских глазах. – Вас закуют в кандалы, переоденут в полосатую мешковатую робу, запихнут в душный вонючий фургон и привезут туда, где вы останетесь в компании таких же, как вы, закоренелых жуликов. Закон восторжествует, а я выпью какао с тортиком.

Арабелла заплакала. В попытке утешить девочку Финч взял ее за руку, хотя и сам был не далек от того, чтобы последовать примеру подруги. Чувствовал он себя прескверно.

Миссис Чаттни глянула на детей задумчиво. Судя по всему, она что-то решала, взвешивала варианты.

– И все же, – наконец сказала женщина, – я не какое-то там бессердечное чудовище, чтобы отдавать вас в руки нашей славной полиции.

Дети поглядели на нее с надеждой. Неужели она их не выдаст?! Неужели они не состарятся в тюрьме?!

– Простите нас, миссис Чаттни! – проскулил Финч.

– Мы больше не будем, миссис Чаттни! – добавила Арабелла. – Честно-пречестно!

Миссис Чаттни усмехнулась и почесала нос дулом револьвера.

– Ну да, ну да, – презрительно сказала она. – А моя реплика во всей этой слезливой драмке: «Хорошо, дети! Главное – сделайте правильные выводы! И больше не шалите! Вы свободны, дети!» – так, что ли?

Дети поглядели друг на друга, после чего повернулись к миссис Чаттни.

– Так, – закивали они простодушно.

Но миссис Чаттни не была добренькой и снисходительной – она оборвала надежды детей, как злой порыв ветра – телеграфный провод.

– Вы кое-что сделаете для меня, – сказала она угрожающим голосом.

– Мы ничего не станем для вас делать! – вскинулась Арабелла. – Вы злая. Вы помощница Птицелова!

– Вы станете, – процедила миссис Чаттни. – Можете мне поверить. Потому что иначе… – Она изобразила трясущегося беззубого Финча и сымитировала старческий голос: – Можно мне толченый леденец, у меня совсем нет зубов! Шам-шам… – После чего изобразила старую Арабеллу: – Где мой гребешок для моей длинной седой бороды? Она вся перепуталась! – А затем изобразила себя, веселую и беззаботную: – Хм… Какой вкусный какао! Какой вкусный тортик!