Чтение онлайн

«Реконструктор, — разглядывая мужика, подумал я, но, оглянувшись на тварь, чуть не убившую меня, задумался: — А ящер что, тоже реконструктор? А странный лес, птицы и растения? Нет, это не реконструкция». Размышления на уже надоевшую тему, куда же меня занесло, прервал мой спаситель. Он вылил из сапог воду и, приблизившись, произнес фразу на неизвестном языке, кивнув на труп ящера.

— Я не понимаю… — отозвался я, и в этот момент в моей голове зашумело, а затем меня слегка повело в сторону. И когда поддержавший меня мужик заговорил опять, его вопрос стал вдруг понятен. И это притом что язык, на котором он общался, я прежде никогда не слышал. А о таком, чтобы, не зная язык, начать его понимать, я только в фантастических книгах об иных мирах читал.

— Ты почему стоял как вкопанный? Надо было бежать или в реку прыгнуть и от берега отплыть подальше. Остер, в отличие от травоядных рептилий, плавать не любит, а на глубину так и вообще не заплывает. Кстати, мое имя Даго Тангар. А тебя как зовут? Эй, парень! Ты что, глухонемой или больной на голову?

Назвавшийся Даго мужик слегка встряхнул меня за плечо, и я, сбросив оцепенение, ответил:

— Нет, я не глухонемой, просто думал, что мне уже конец, а тут вы меня спасли. Благодарю, если бы не вы, меня этот зверь уже бы жрал. Зовут меня Артем. А что замер, так я не знал, что этот ящер плавать не любит.

Врать единственному человеку, который оказался вблизи и не прошел мимо чужой беды, я не стал. Мужик внимательно меня выслушал. После чего посмотрел на мои одежду, обувь и валяющийся неподалеку парашют и сказал:

— Необычный ты. А оружие твое где? Или этот ножик — твоя единственная защита?

Даго показал на чехол со стропорезом, который я повесил себе на пояс.

— Да, это мое единственное оружие.

— Ладно, потом расскажешь, кто ты и откуда. Здесь для беседы не место. Помоги разобраться с ящером, а вечером поговорим.

Мужик подошел к рептилии, раскачал копье и с хрустом выдернул его из туши. Длиной с метр восемьдесят, оно имело наконечник ромбовидной формы, если вместе со втулкой, то его длина была сантиметров двадцать пять. А от самой нижней части втулки отходило два шипа сантиметров по пять каждый. Само древко покрывала вязь странных, необычных рун — в общем, приметное оружие. Даго вытер копье травой, и мы с ним приступили к разделке трофея, а если точнее, то он разделывал, а я помогал. Тангар почти сразу заметил, что я в этом не разбираюсь, и потому мне досталась работа попроще: подержи, оттащи и тому подобная мелочь.

Судя по тому, как ловко и быстро Даго снял шкуру, а после вырезал самые лучшие куски мяса и отделил когти с клыками, можно было понять, что делает он это не в первый раз и для него это дело обычное. И еще стало понятно, что мне он не доверяет. За то время, что мы возились с ящером, он ни разу не повернулся ко мне спиной и внимательно следил за тем, что и как я делаю. Когда мы закончили с рептилией, Тангар сказал:

— Артем, перетаскивай все к реке. А я за лодкой схожу.

Немного поколебавшись, он отдал мне свой кинжал и, перебравшись через ручей, скрылся в лесу. Ну а я, кое-как пристроив клинок за поясом, начал носить добычу на берег. Когда последний увязанный в шкуру кусок мяса был перенесен, я уселся вполоборота к лесу и стал ждать Даго. Вытащив нож, который внимательно рассматривал, я снова, в который раз, постарался проанализировать то, что со мной произошло.

Первое, я все-таки прыгнул с парашютом. М-да, доказал самому себе, что чего-то стою. Второе, я приземлился. Но не там, где должен был. Третье, предположительно это не Россия и, вероятно, даже не Земля. Стопроцентно можно утверждать, только когда наступит ночь. На родной планете знакомые созвездия отыщутся. Впрочем, и сейчас уже можно кое-что отметить. В частности, вертолет не ракета, и за тот короткий промежуток времени, что он находился в воздухе, мы за пределы России не улетели бы. Это факт. Четвертое, возможно, я приземлился неудачно и сейчас валяюсь где-нибудь в реанимации под наркозом, и все, что вокруг меня, — это один большой глюк. Решив проверить четвертое предположение, я сильно ущипнул себя за руку и чуть не заорал. Мне было очень больно. А значит, четвертый вариант отпал. Такие вот дела.

Я оглянулся и опять стал крутить версию иного мира. Флора и фауна (вторая меня чуть не убила) незнакомые. Оружие и снаряжение воина, спасшего меня, примитивные, но рабочие. Следов пребывания человека из высокотехнологичного мира нет. В небе отсутствуют самолеты и прочие летательные аппараты. Приземлился я один, хотя своими глазами видел несколько куполов, когда вел отсчет. Мобильной связи нет. Язык, на котором мы с Даго разговаривали, мне незнаком. А тут бах! И я свободно на нем заговорил. Прямо магия какая-то. Так что если я в ином мире, то возвращение домой мне, видимо, пока не светит. И что делать? Плакать? Выть от горя? Жалеть себя или утопиться в реке? Нет. Это не для меня. Надо взять себя в руки, не раскисать и попытаться устроиться в этом мире и узнать о нем как можно больше. А еще надо решить, что рассказать моему спасителю. Кстати, возникает резонный вопрос, а поверит ли он мне? Может статься, что чикнет он этим самым ножичком, который у меня в руках, по моему горлу и сбросит хладный труп в реку. Но, с другой стороны, начни я сейчас придумывать байки, он может сделать это еще быстрей. Почему? А для того, чтобы не мучаться сомнениями относительно мутного человечка. Так что придется говорить правду, только правду и ничего, кроме правды.

Из-за деревьев показалась плывущая вдоль берега лодка, в которой на веслах сидел Даго. Поэтому собрался, Артем! Хватит горевать по родным, знакомым и привычному укладу, а то помимо всего этого можно потерять и последнее, что осталось, то есть жизнь.

Зашуршав галькой, лодка вползла на берег, и мы погрузили в нее трофеи. Довольный Тангар улыбнулся и спросил:

— Больше зверей не видал?

— Нет, — буркнул я.

— Вот и хорошо. На этой территории если хищники и появятся, то только завтра. Дело в том, что остер ревностно оберегает свои охотничьи владения от других зверюг, и только раз в год, весной, когда начинаются брачные игры, они собираются в стаи, и вот тогда им лучше не попадаться. Две-три особи опытного охотника запросто разорвут. Ладно, об этом потом. Удачная сегодня охота получилась, не каждый день такой экземпляр попадается. В Трехречье за шкуру этого ящера можно немалые деньги взять, а когти и зубы алхимику продать, да еще запас мяса на неделю есть. Кстати, ты грести умеешь? — осведомился Даго и кивнул на лодку.

— Умею, — немногословно ответил я. Ну не рассказывать же ему о том, как мы с друзьями ходили на лодках по Дону на многие километры и о секции по спортивной гребле.

— Садись на весла и греби туда, откуда я приплыл, держись вдоль берега, далеко не отплывай.

— Понял.

— Вот хорошо. Нож отдай и действуй.

Кинжал вернулся к хозяину. Тангар столкнул лодку на воду, и мы запрыгнули в нее. Я сел на весла, Даго — на корму. Было заметно, что он чем-то встревожен. Как только мы оказались в лодке, он открыл закрепленный на корме ящик, достал из него медную подзорную трубу и, наведя ее на противоположный берег, стал что-то высматривать. После чего убрал подзорную трубу обратно, и пояснил:

— Показалось, что орки, а это, оказывается, моргул охотится. Очень, понимаешь, не любят орки, когда люди заходят в леса, которые они считают своими. До того не любят, что, поймав, разрывают человека на две половинки: наклоняют молодые деревья к земле, привязывают веревками за ноги или за руки к верхушкам и отпускают.

«Ага! Дед Мороз, Снегурка, Баба-яга и еще куча сказочных и фэнтезийных героев бродят по не менее сказочному лесу. А может быть, я сошел с ума?» — отрешенно подумалось мне. И пока все эти мысли крутились в голове, руки делали привычную работу, то есть размеренно гребли веслами.