Прыжок

«Ну и какого черта меня понесло в эту авантюру?» — спрашивал я сам себя, но все равно упрямо шагал по взлетному полю к вертолету. А пока шел, мне вспомнились основные события последних двух месяцев. Долгие и нудные инструктажи, занятия и зубрежка различных правил и наставлений. И, собственно, первопричина того, что сейчас я находился среди тех людей, кто был готов совершить свой первый в жизни прыжок с парашютом.

Итак, с чего все началось. Два месяца назад я успешно сдал экзамены по вождению автомобиля и возвращался домой. Настроение было радостным и приподнятым. И у подъезда родной пятиэтажки я встретил Аню Стриженову и Андрюху Степанова. Раньше мы с Андреем дружили, но с тех пор как он стал ухаживать за девушкой, которая нравилась нам обоим, между нами словно кошка пробежала. Мы втроем жили в одном дворе, и так получилось, что в детстве большую часть свободного времени проводили вместе. Стриженова помогала нам с учебой, а мы защищали Анютку от ребят, которые ее обижали. Но минули годы, мы подросли, и у нас с другом возникло соперничество за внимание нашей подруги, которая, кстати сказать, стала весьма красивой девушкой. Однако пока она не хотела выбирать кого-то одного и относилась к нам исключительно как к друзьям. Хотя уже сейчас было заметно, что наше мирное соперничество может перерасти в открытое противостояние. Каждый стремился привлечь ее внимание, и даже получение мной водительских прав было только для того, чтобы доказать, что я не хуже, чем Степанов. Правда, ему родители права купили, а я сам отучился. Разница есть, поскольку мои — люди небогатые и, помимо меня, им надо было поднимать младших брата и сестренку, и, когда мне загорелось получить права, пришлось учиться. И поэтому, как только я заметил довольную морду бывшего друга детства, а рядом с ним Анну, то сразу понял, что этот жирдяй придумал что-то новое, дабы покрасоваться перед ней и выставить себя героем.

«Ну-ну, посмотрим, что ты придумал», — усмехнулся я про себя в тот момент и подошел к парню и девушке, ради которой, как мне тогда казалось, можно было совершить любое безумство.

— Привет, Артем, — прощебетала Аня и улыбнулась своей чистой и искренней улыбкой, от которой на сердце у меня сразу же потеплело.

— Здорово, — пробурчал себе под нос резко нахмурившийся Андрей. По понятным причинам он мне не обрадовался.

— Здравствуй, Аня, классно выглядишь. Салют, Андрюха! Куда идете? — стараясь выглядеть беззаботно, поприветствовал я друзей детства и пожал влажную ладонь толстячка.

— В «Аркадию», — ответила девушка, которая в своем легком летнем сарафане выглядела просто сногсшибательно. — Если хочешь, пойдем с нами. Представляешь, Андрей вступил в военно-патриотический клуб «Защитник». У них в программе досрочной военной подготовки есть прыжок с парашютом. — Аня обернулась к Степанову и с каким-то детским восхищением в голосе добавила: — Андрей, ты такой смелый. Ведь не каждый сможет прыгнуть с парашютом.

— Да чего там прыгать? — не удержавшись, вклинился я. — Чепуха!

— Значит, ты считаешь, что это просто и ты тоже смог бы? — с вызовом спросил меня Андрей.

— Конечно. Не вижу в этом ничего сверхъестественного, я тоже могу вступить в этот клуб и сделать прыжок. А ты еще ничего не сделал, а уже себя героем выставляешь, — поддел я соперника.

— А ты попробуй! Слабо? — с неприкрытой ненавистью прошипел мой бывший товарищ.

— Нет. Не слабо! — Мои ладони сами сжались в кулаки.

— Опять начинаете?! — воскликнула девушка и топнула стройной ножкой по растрескавшемуся серому асфальту. — Все! Хватит! Когда разберетесь, кто из вас круче, тогда и встретимся. Но только чтобы оба были… И когда помиритесь. С одним я даже разговаривать не стану.

Сказав это, Анютка круто развернулась на месте и шмыгнула в подъезд. А я шмыгнул носом и надвинулся на Андрюху.

— Ну что, Толстяк? Давай поступим так: мужик сказал — мужик сделал. Кто из нас не прыгает, тот отступает от девушки в сторону.

— Согласен. — Андрюха мотнул коротко стриженной чернявой головой. — Слабак отступается от Анны и не мешает другому.

— Договорились…

С того дня минуло девять недель, и сейчас я грузился в вертолет МИ-8 для первого прыжка с парашютом. Рядом со мной были такие же, как и я, молодые парни семнадцати-восемнадцати лет. Всех нас бил легкий мандраж. И только двое, пожилой офицер из военкомата и инструктор, битый жизнью мужик с наколкой «За ВДВ!» на правой ладони, сохраняли внешнее спокойствие и вели себя как обычно.

Когда все загрузились, инструктор заглянул в кабину пилота, и движки вертолета запустились. По корпусу прошла вибрация. Легкий рывок, и вертолет, качнувшись, оторвался от земли. Мы взлетели. Кстати сказать, среди тех, кто сегодня должен был прыгать, Андрея не было. У моего жирного «друга» внезапно заболел живот, и на взлетном поле он не появился. Видимо, у соперника случился приступ медвежьей болезни. Такое бывает. Ну а может быть, его мама с папой не отпустили. Впрочем, какая разница? Главное, что я оказался тверже духом и целеустремленней и теперь мог бы вернуться домой и сказать, что выиграл спор. Однако, подумав, я решил все-таки прыгнуть. Не зря же инструктора такого оболтуса учили, время тратили? Не зря. А значит, надо идти до конца и доказать свою решимость уже не бывшему другу, а самому себе.

— Мы на месте! — прервав мои размышления, громко сказал инструктор и встал возле аппарели. — Приготовились!

Парни и я вместе со всеми выстроились в цепочку. Аппарель открылась, и мы увидели синеву небес, которая окружала нас со всех сторон. А инструктор, усмехнувшись, начал отдавать команды.

— Первый пошел! — Крайний паренек шагнул в бездну. — Второй пошел! Третий пошел! Четвертый пошел! — продолжал инструктор, провожая замешкавшегося в последний момент четвертого легким пинком в пятую точку и добавляя ему ускорения.

За ним была моя очередь, и я не медлил. Подошел к открытому пандусу и посмотрел вниз. Четыре купола указывали на то, что предыдущие парашютисты прыгнули удачно. Далеко подо мной проплывала зеленая с черными квадратами убранных полей земля, а вокруг все та же синева неба. И не дожидаясь, когда меня сопроводят пинком, я рванулся вперед и полетел. Всего один шаг, но какой же он трудный. Этого не объяснить. Сердце ушло в пятки, но я вспомнил, чему нас учили, и начал отсчет.

— Пятьсот один! Пятьсот два! Пятьсот три! Кольцо! — Правая ладонь дергает за кольцо, и отсчет продолжается: — Пятьсот четыре! Пятьсот пять! Купол!

Резкий рывок, и белый купол парашюта Д-6 раскрылся. На миг я потерял ориентацию, а как только меня перестало болтать, я окинул взглядом раскинувшийся подо мной ландшафт и обомлел. И было отчего, так как внизу была абсолютно незнакомая местность. Широкая река светло-синей лентой петляла меж заросших густым темно-зеленым лесом крутых холмов, и она никак не напоминала Дон. Дальше, примерно на юго-востоке, лес заканчивался, а река разделялась на несколько рукавов. На левом берегу, где я должен был приземлиться, если меня не отнесет ветром, рельеф местности выглядел не таким холмистым, как на правом, и это хорошо, поскольку данный факт повышал мои шансы при приземлении не сломать себе руки и ноги. В излучине реки на возвышенности стояло какое-то высокое здание с остроконечными верхушками. А вокруг него на склонах вырисовывались строения поменьше. Для того чтобы рассмотреть все более подробно, расстояние было слишком большим. Да и не занимали меня в тот момент странные постройки — меня волновало совсем другое. Где мой родной город и ровное поле, на которое я должен приземлиться? Голова крутилась из стороны в сторону, но Ростова-на-Дону было не видать. Поля тоже. И купола в небе отсутствовали. Полный мрак!