Чтение онлайн

— Заснул наконец, — прошептала Изабо. — Я дала ему еще макового сиропа, но он тревожит меня, Латифа, сердце у него бьется неритмично, и дыхание неровное.

Кухарка кивнула, ее смуглое лицо озабоченно нахмурилось.

— Побудь с ним, Рыжая. Я знаю, уже поздно, но думаю, что его не стоит оставлять одного.

Изабо кивнула, и Латифа через детскую прошла в комнаты Банри. Все было тихо, и она в который раз подумала, что же произошло с ее старой противницей Сани, которая исчезла в ночь рождения Бронвин. Несмотря на поиски, которые длились несколько дней, на холмах, окружавших лагерь, не обнаружили никаких ее следов, и когда об этом сказали Майе, Банри прикрыла глаза и сказала:

— Должно быть, Сани решила, что она нужнее где-нибудь в другом месте.

Кухарка освободила поднос, наполнила кувшин Банри свежей водой и тяжело дыша подкинула в огонь еще дров. Я становлюсьслишком толстой для всего этого, подумала она и внезапно оглянулась через плечо.

Она заметила, что Банри наблюдает за ней. Ее серебристо-голубые глаза слегка мерцали в отблесках огня. Как только Латифа обернулась, Майя улыбнулась и сказала хрипло:

— Ты так добра к нам, Латифа, что бы мы делали без твоей поддержки и заботы?

Латифа залилась румянцем.

— Благодарю вас, Ваше Высочество.

— Ты всегда была такой верной, — продолжила Банри еще более хриплым голосом. — Ты любишь Ри так же сильно, как и я. Я так беспокоюсь за него, Латифа. Боюсь, что это последнее предательство окончательно сломило его дух. — Она беспрестанно крутила головой, и ее шелковистые волосы разметались по подушке. — Если бы я только не подвела его так... — Ее голос прервался.

— О чем вы говорите?

Майя взмахнула рукой.

— Я не смогла дать ему наследника.

— Но у вас же чудесная девочка — я знаю, она еще совсем крошка, и родилась слишком рано, но она сильная и здоровая...

— Но она не может править, — ответила Майя.

— Разумеется, может, — воскликнула Латифа. — Конечно, она еще слишком мала, но наш Ри тоже был совсем мальчиком, когда унаследовал...

— Но она же женщина, — закричала Майя, выйдя из себя.

— Это не имеет никакого значения, миледи, разве вы не знаете?

На лице Майи боролись противоречивые чувства. Даже в неверном свете камина Латифа различила изумление, надежду, вину и что-то еще, очень похожее на торжество.

— Ты хочешь сказать, что женщины могут наследовать престол?

— Ну конечно. У нас было множество правительниц-Банри, как вы могли этого не знать? Дочь Эйдана, Мэйред Прекрасная, была первой Банри, она правила после него. А еще были Марта Вспыльчивая и Элеонора Великодушная — престол унаследовала ее дочь Матильда, несмотря на то, что у нее было четверо братьев. Да, женщины не правили уже больше шести поколений, но лишь потому, что Мак-Кьюинны всегда были сверх меры награждены сыновьями — должно быть, поэтому вы так и подумали.

— Полагаю, никто никогда не рассказывал мне о порядке наследования, потому что я так долго была бесплодна, — сказала Майя, и Латифа сочувственно сжала ее руку. — Значит, были случаи, когда трон наследовала дочь, даже если были сыновья или другие наследники престола мужского пола? — Она говорила так, как будто эта мысль казалась ей совершенно неестественной и невероятной.

— Конечно, — улыбнулась Латифа. Банри привстала с постели.

— Но она же такая маленькая, как она может править?

Исполненная желания успокоить Банри Латифа сказала:

— Но Ри назначит вас регентом до тех пор, пока Бронвин не станет достаточно взрослой, чтобы править от своего имени. Это обычная практика.

Бледная щека дернулась. Майя выпрямилась и, отбросила со лба блестящие черные волосы.

— Разумеется, наследник всегда должен быть избран Лодестаром, — продолжила Латифа. — Лодестар отвечает за внутренние качества того, кто его держит. Однажды у нас даже была гражданская война, когда младший сын, которого Лодестар избрал наследником, воевал со старшим, который посягнул на престол. Он был холодный и честолюбивый человек, не заботящийся о благе народа так, как должны Ри и Банри...

Майя прервала ее.

— Значит, если бы у Бронвин был Лодестар, в ее праве унаследовать престол никто бы не усомнился? Но если кто-нибудь другой завладеет им, он сможет оспаривать ее право?

На лице Латифы мелькнуло настороженное выражение.

— Лодестар потерян, — сказала она. — Кроме того, не осталось никого, кто мог бы оспорить ее право...

— А как же Архиколдунья Мегэн, разве она не Ник-Кьюинн? — негромко спросила Майя. — Если Бронвин может править, почему она не может? А как насчет кузена Джаспера, Дугалла? Его мать тоже была Ник-Кьюинн, разве он не может подчинить себе Лодестар?

— Мак-Кьюинны всегда устанавливали связь с Лодестаром при рождении, — встревоженно ответила Латифа. — Дугаллу Мак-Бренну могли дать подержать Лодестар, но не дали, поскольку он вырос в клане Мак-Бреннов.

— Но ему могли бы его дать?

— Ну конечно, ведь в его жилах течет кровь Мак-Кьюиннов. Я не знаю, мог бы он установить связь с Наследием сейчас или нет — это всегда делали только в младенчестве.

Майя на миг замолкла, комкая в пальцах край одеяла.

— А в каком возрасте детей впервые связывают с Лодестаром? — спросила она, когда Латифа уже собиралась выйти из комнаты.

Старая кухарка оглянулась через плечо.

— Примерно в месяц.

— Моя дочь, Латифа... — сказала Майя тихо. — Она спит? Я хочу подержать ее.

Она впервые спросила о девочке, и у Латифы радостно подпрыгнуло сердце.

— Конечно, миледи, — ответила она и легкой походкой отправилась в покои Ри.

— Банри хочет, чтобы ей принесли дочку, — ликующе сообщила она Изабо, которая немедленно нахмурилась и прижала к себе спящую девочку.

— Она спит.

— Ей не повредит, если мать немного подержит ее на руках, Рыжая. Я ее отнесу.