Проводник
Шрифт:
— Стечение обстоятельств — не более. Прошу меня простить, господин майор, но наш хозяин проявляет признаки беспокойства — он не говорит по-японски. А ваш переводчик ничего ему не переводит. Увы, но моё дело связано именно с ним.
Огано поклонился.
— Разумеется, господин подполковник. Полагаю, у нас с вами ещё будет время для беседы…
— Господин Ляо! — голос Веллера прозвучал как удар кнута. — Я хочу выразить своё неудовольствие! Господину У будет очень неприятно узнать, что наши совместные интересы поставлены под удар. Вами, любезный Ляо!
— Любезный господин! Но в чём же провинился ваш покорный слуга?! — вся поза грозного хунхуза сейчас выражала искреннее раскаяние.
— Во-первых, любезный Ляо, моя почта! Она стала опаздывать!
— Тысяча извинений, любезный господин! Нам мешают пограничники!
— Они мешают вам уже десять лет. Однако же, раньше вы на это не жаловались, ведь так? Кстати, раз уж мы коснулись этой темы… где женщина?
— Какая женщина, мой господин?
— Ляо… — казалось, воздух в зале заледенел. И слова подполковника острыми льдинками отскакивали от стен и потолка. — Я не люблю, когда меня обманывают…
— Милостивый господин… я… и в мыслях не было… как мог ваш покорный слуга…
— Дочь старшины заставы.
Хунхуз, словно ища поддержки, оглянулся на майора.
— Мы… это вышло случайно… нашей целью был…
— Командир заставы, — кивнул Веллер. — Знаю. А она здесь при чём?
— Они были вместе… так вышло…
— Плохо, любезный Ляо! Вы очень сильно мне помешали. Я буду вынужден… просить господина У, чтобы он принял соответствующие меры, дабы такое впредь не повторялось …
Лицо хунхуза сейчас напоминало лицо восковой статуи. Да и его телохранители тоже не остались безучастными — до них тоже, наконец, дошёл весь ужас создавшегося положения. Веллер сейчас говорил на мандаринском диалекте — и большинство присутствующих его понимали.
В наступившей тишине слышалась только скороговорка переводчика — он переводил японцу всё сказанное.
Огано кашлянул.
— Будет ли мне позволено, господин подполковник, прояснить создавшуюся ситуацию?
— Прошу вас, господин майор.
— Похищая командира заставы, наш хозяин выполнял просьбу… полковника Сато.
— Разумеется, господин Сато не откажется это подтвердить?
— Само собой.
— А девушка? Её похищение тоже входило в ваши планы?
— Э-э-э… нет. Это ненужная самодеятельность господина Ляо.
— Так. Благодарю вас, господин майор. И где сейчас эти… м-м-м… персоны?
— Здесь. Вы хотите их видеть?
— Зачем? Девушка… с ней всё в порядке?
— Она сопротивлялась… её несколько раз ударили. Но ничего серьёзного, господин подполковник!
— Так… вам она не нужна?
— Нет.
— Могу ли я просить вас об услуге, господин майор?
— Разумеется. Всё, что в моих силах, господин подполковник!
— У вас ведь есть с собой некоторые…э-э-э… медицинские препараты?
— О каких именно препаратах идёт речь, господин подполковник?
— Мне нужно, чтобы она уснула. Прямо сейчас. И проспала не менее суток. Пусть два ваших солдата доставят её в район реки. Туда, где располагается переправа. Пусть они охраняют её сон до моего возвращения. Я не очень-то доверяю… — Веллер обвел рукою вокруг, имея в виду хунхузов.
— Нет ничего проще, господин подполковник.
— Я надеюсь, что её пробуждение не доставит мне неприятных эмоций?
— За исключением тех, что связаны с уже произошедшими событиями.
— Это — уже моя забота, господин майор. Как скоро вы отъезжаете отсюда?
— Прямо сейчас, господин подполковник.
— И не будете допрашивать пленного?
— Он не очень-то сейчас расположен к разговору. Надеюсь, вы меня понимаете, господин подполковник?
— Он что же — ранен?
— Нет. Просто… его взяли живым… на глазах женщины, которую он не сумел защитить… — развёл руками Огано.
— Да… это позор для настоящего воина. Понимаю вас.
— С ним поговорят позже. Для подобной беседы у нас есть… соответствующие специалисты.
— Могу ли я присутствовать при этом разговоре? Надеюсь, ехать не слишком далеко?
— Ничуть. Пара часов — не более. К утру вы сможете быть уже у реки, я распоряжусь отвести вас на моей машине.
— Тогда пусть солдаты, увозящие девушку, захватят и моего коня.
— Я распоряжусь, — кивнул майор, вставая. — Мы отъезжаем немедленно.
— Могу ли я попросить вас… подождать меня на улице? Недолго, всего пару минут.
— Разумеется, господин подполковник. Вам… не требуется помощь?
— Нет.
Оба японских офицера вытянувшись, отвесили уважительный поклон Веллеру. Тот, привстав, ответил им таким же образом, чем вызвал немалое удивление у них обоих.
За японцами захлопнулась дверь. Следом за офицерами вышел и переводчик в сопровождении солдат.
Подполковник, опустившись на своё место, взял со стола чашку с чаем.
— Ляо!
— Да, мой господин?
— Там, — палец Веллера указал на дверь, — стоит твой помощник… как его?
— Вэнь И, мой господин!
— Позови его.
Непрерывно кланяющийся Вэнь И, подошёл к столику.
— А ну-ка… — подполковник встал и обошел дрожащего хунхуза со всех сторон, внимательно его разглядывая. — Ляо! Как давно у тебя этот человек?
— Четыре года, мой господин!
— И как?
— Он всецело мне предан!
— То есть, он перережет горло по твоему приказу?